Галина Ли - Призрачные дороги

Я с головой ушел в раздумья. Вероятное будущее, изменчивое, мерцающее, разворачивалось перед взглядом текучими, как вода, картинами. Не могу сказать, что я рад был вновь обретенному дару, уж слишком он напоминал проклятие.

— Дюс, позволите задать вам один… ммм… деликатный вопрос? — вытянул меня из зыбких видений правитель нежити и, дождавшись кивка, сказал: — Узнали что-то об отце?

Вот же любознательный какой…. Во все дыры нос сует. И как тот еще не отчекрыжили?

— А вот это, Андру, не ваше дело, — усмехнулся я в ответ.

Однако простым отказом сбить со "следа" вязкого, как хорошая гончая, вампира, не получилось.

— Поскольку рассказывать не хотите, позвольте предположить… Я не ошибусь, если скажу, что вы — плод непорочного зачатия?

Эдхед то… Вот умник… Неудивительно, что пророчица тебе в свое время подписала смертный приговор.

Мне ничего не оставалось, как хмыкнуть и переключить всеобщее внимание на сирин, затихшего как мышь при появлении кота:

— Яир, ты ничего не хочешь нам показать?

— А стоит ли? — тихо спросил маг, недовольно стрельнув глазами в сторону этернус.

— Все равно узнает. Рано или поздно. Особенно если учесть, что Морра пока останется в Азале.

— Хотите, облегчу вашу участь? — почти пропел правитель нежити, заставив сирин нахохлиться, а меня — закашляться в кулак от смеха.

Неисправим, Мо шизане… Неисправим!

— Ну раз вам так нравится играть в "угадайку", милый юноша, то извольте, — не дождался ответа мага Андру. — У вас на руке появилась татуировка из предсказания. Вы жених нашей малышки и вероятный правитель Юндвари.

— Как вы узнали? Подглядывали?! — вскинулся мальчишка, непроизвольно ухватившись рукой за левое предплечье.

— Он попросил перевести, что говорит Морра, когда ты краснеешь, — подал голос Агаи, молчавший все это время. — А еще ты постоянно закатываешь рукав и пялишься на руку, когда думаешь, что никто не видит. Так что ты решил? Станешь бороться за власть, как Рис?

Большие уши мальчишки тут же налились красным цветом. Он скомкал скатерть и угрюмо обронил:

— Как вы себе это представляете? Думаете, стоит показать знак — и нас тут же коронуют? Да скорее уж по-тихому убьют! Там сейчас такая грызня начнется…

А вот тут белобрысый прав. Провидицы больше нет. Без кнута видений начнется жесткая игра, в итоге которой рано или поздно у власти останется единственный выживший. И если Морру, благодаря ее дару и нежному возрасту, еще могут сделать игровой фигурой, то Яира сразу пустят в расход. Слишком упрям, слишком правилен, слишком независим. Даже если друзья решат помочь, все равно шансов фактически нет. Разве что этот Грэзу впряжется и подомнет под себя армию. Это вполне ему по силам. Особенно если рядом останется второй, Вэлвиль. Вот тогда… лет эдак через двадцать… Смогут. Вот только захотят ли?

— Ваш народ, вам и решать, как все будет, — очень тихо и очень серьезно сказал правитель нежити.

Мальчишка в ответ промолчал, только оглянулся на соплеменника. Агаи в ответ на этот взгляд вздохнул. Жизнь хорошо настучала бывшему аптекарю по лбу. Настолько, что он уже не кидался с ходу спасать миры и отстаивать свои идеалы. Хотя, скорее всего, это было временным явлением. Теперь, когда эйфория победы прошла, все мысли и желания мага были связаны с противоядием и Танитой. Я Агаи понимал. Сам такой. Верховный подарил мне шанс, оставалось им воспользоваться. Но сначала требовалось уладить самые срочные дела и… подумать. Как следует подумать. "Не пожалей" — слишком явное предостережение. Божественное, чума его забери. Одно похожее я мимо ушей пропустил, за что сейчас и расхлебываюсь.

Скрипнула дверь, в комнату ворвалась Морра, за ней, едва поспевая, зашла невеселая Феара. Женщина осталась в Азале, Рис не взял ее с собой. У королей нет права на любовь, которая не приносит выгоду.

— Дюс, Агаи, кататься, лошадки! — заявила девочка, но на руки полезла к Яиру. Мальчишка привычно покраснел, улыбнулся через силу и осторожно придержал малышку, чтобы не упала. Напророченная невеста у Яира пока ничего кроме досады и смущения не вызывала. Парень по-прежнему грустил об убитой возлюбленной, хотя ответственность за Морру и необходимость ее защищать все-таки чувствовал.

— Если его светлость разрешит, — кивнул я в сторону вампира и посмотрел на Яира: — А ты… слетай к братьям. Покажи им знак.

— Они уже видели, — тихо сказал Яир.

— И? — заинтересованно прищурился князь.

Сирин болезненно поморщился:

— Вэлвиль сказал, что все предсказания — дерьмо, а пророки…

Парень покосился на девочку и недоговорил, перескочил на другое.

— Ваша светлость — знаете, мы нашли в вашей библиотеке один интересный рисунок. Посмотрите? Мне кажется, он решит нашу проблему с парусами. Возможно, мы вообще обойдемся без них.

Вампир тут же подхватился:

— Неужели? Кажется, я догадываюсь, о чем идет речь.

Повеселевший Яир охотно вскочил и поспешил следом за алхимиком:

— Я отдал его Рэми. Он обещал сделать к утру рабочую модель в масштабе один к двадцати.

— Реми! Игрушки! Идем! — обрадовано дернула "жениха" за волосы Морра.

— Увидимся позже, — поклонился мне Андру и попрекнул замешкавшегося мага: — Поторопитесь, юноша, не привыкайте попусту тратить драгоценное время.

Физиономия вампира буквально светилась от предвкушения новой забавы.

Правильно говорят: старый, что малый, только игрушки другие. Правитель нежити полностью оправдал поговорку. Стоило враждебной орде рассеяться, как он быстренько разогнал своих подопечных, отправив одних восстанавливать замки, других — помогать Рису, а сам как ни в чем не бывало занялся новой игрушкой — летучим кораблем. Да еще подбил на это безобразие Яира. Даже нелюдимый Грэзу с верным Вэлвилем — и те в итоге перебрались в мастерскую. Мне кажется, во взгляде рыжего появилась надежда. Слабая, неуверенная, но надежда. Не на счастье, просто на что-то лучшее, чем бессрочное скитание вместе с душами проклятых. Юноша много времени провел в раздумьях: сначала с утра до вечера просиживал на берегу озера, а затем в один прекрасный день явился в лабораторию к Реми, да так и не ушел.

Я хмыкнул — еще бы мальчишка ушел… Андру теперь каждый день соловьем разливался перед крылатой троицей, рассказывая сказки про дальние страны. И ведь почти не врал, подлец. Так… всего лишь немного приукрашивал.

— Дюс… — вырвал меня из раздумий знакомый голос.

— Дюс, — снова, уже совсем нерешительно прошептал Агаи.

— Ладно тебе, что телишься. Спрашивай, что хотел.

— Если ты бог — то, наверное, можешь вылечить Таниту? Ведь можешь? — выдохнул маг и затаил дыхание.