Джон Толкиен - Хранители

— Ах, — сказал Сэм, — помню. Я помню даже больше. Мне самому не нравятся мои мысли, но я думал о том и другом, вспомнил рассказы мастера Бильбо и вообще… Мне показалось, что я догадываюсь об имени этого существа. Отвратительное имя. Может быть, Горлум?

— Да, я все время этого боялся, — сказал Фродо. — С той самой ночи на флете. Я думаю, он блуждал в Мории и там напал на наш след, но я надеялся, что остановка в Лориене собьет его со следа. Жалкое создание, должно быть, скрывалось в лесах у Сильверлоуд, выслеживая нас.

— Нам лучше быть более осторожными, — сказал Сэм, — или мы почувствуем отвратительные пальцы на своих шеях однажды ночью, если вообще сумеем проснуться. И вот к чему я веду. Не нужно сегодня беспокоить Бродяжника и других. Я буду сторожить. Я могу выспаться завтра: ведь я всего лишь багаж в лодке.

— Я сказал бы: «багаж с глазами», — ответил Фродо. — Ты будешь сторожить, но при условии, что обещаешь разбудить меня в середине ночи, если до этого ничего не случится.

Среди ночи Фродо вынырнул из глубокого сна оттого, что Сэм тряс его.

— Мне стыдно вас будить, — прошептал Сэм тихо, — но вы сами велели. Рассказывать нечего. Мне только показалось, что я слышал совсем недавно мягкое шлепанье и фыркающий звук, но ночью у реки можно услышать много странных звуков.

Он лег, а Фродо сел, укутался в одеяло и боролся с сонливостью. Медленно проходили минуты и часы, но ничего не происходило. Фродо преодолевал искушение снова лечь, когда едва видимая темная фигура подплыла к одной из причаленных лодок. Было видно, как из воды высунулась длинная бледная рука и ухватилась за планшир, холодно сверкали два бледных, похожих на фонари глаза, сначала они заглянули в лодку, потом поднялись и уставились на Фродо, сидевшего на островке. Они были не далее, чем в одном-двух ярдах, и Фродо слышал тихий свист затаенного дыхания. Он встал, вытащил из ножен жало. Глаза тут же погасли. Послышался всплеск, темная длинная фигура уплыла в ночь. Зашевелился во сне Арагорн, повернулся и сел.

— Что это? — прошептал он, вскакивая и подходя к Фродо. — Я что-то почувствовал во сне. Зачем ты обнажил свой меч?

— Горлум, — ответил Фродо. — По крайней мере я так считаю.

— А! — сказал Арагорн. — Значит, вы уже знаете об этих тихих шагах за нами? Он шел за нами в Мории вплоть до Нимродель. Когда мы поплыли на лодках, он лег на бревно и греб руками и ногами. Я пытался раз или два ночью захватить его, но он хитер, как лиса, и скользок, как рыба. Я надеялся, что река собьет его со следа, но он слишком хорошо ориентируется в воде.

Завтра надо попытаться двигаться быстрее. Теперь ложитесь, а я посторожу оставшуюся часть ночи. Хотел бы я положить на его запястья руки. Он мог бы быть нам полезным. Но нельзя, он слишком опасен. Не говоря уж о тайных убийствах по ночам, он может сообщить врагу, что идет по нашему следу.

Ночь прошла, а Горлум больше не показывался. После этого случая было решено дежурить, но путники не видели Горлума. И если он продолжал идти за ними, то очень осторожно и умело. По просьбе Арагорна они теперь подолгу шли на веслах, и берега быстро проплывали мимо. Но путники почти не видели местности, потому что плыли большей частью ночью и в сумерках, отдыхая днем в укрытиях. Время до седьмого дня проходило без всяких событий.

Погода была по-прежнему плохая, небо затянуто облаками, дул восточный ветер, но к вечеру небо на западе прояснилось, и среди серого моря облаков показались желтые и бледно-зеленые просветы. Стал виден белый лунный серп, отражавшийся в отдаленных озерах. Сэм взглянул и наморщил лоб.

На следующий день характер местности по обоим берегам начал быстро меняться. Берега начали подниматься и стали каменистыми. Скоро путники уже проплывали через холмистую скалистую местность, по обоим берегам были крутые склоны, заросшие густыми чащами терновника, перевитого ежевикой и ползучими растениями. За ними стояли низкие обветренные холмы, с глубокими расщелинами, поросшими плющом. Еще дальше возвышались горные отроги, увенчанные изогнутыми ветрами лиственницами и пихтами. Путники приблизились к серой холмистой местности Эмин Муил — южной окраине Диких Земель.

На сказал и ущельях было множество птиц, и весь день высоко в небе кружили черными точками на фоне бледного неба птичьи стаи. Когда они в этот день лежали в лагере, Арагорн с сомнением глядел на птиц, размышляя, не сделал ли уже Горлум свое злое дело и не разносятся ли вести о их путешествии по диким землям. Позже, когда садилось солнце и товарищество вновь готовилось к пути, Арагорн увидел в небе черную точку: высоко и далеко в небе кружила большая птица, то паря, то направляясь на юг.

— Что это, Леголас, — спросил он, указывая на небо. — Мне кажется, это орел.

— Да, — ответил Леголас, — это орел, охотящийся орел. Хотел бы я знать, что это предвещает. Так далеко от гор.

— Мы не двинемся до полной темноты, — решил Арагорн.

Наступила восьмая ночь путешествия. Она была тихой и безветренной, восточный ветер утих. Тонкий полумесяц луны поблек в восходящем солнце, но небо было ясное, и только далеко на юге видны были большие облака, еще слабо светившиеся. Появились звезды.

— В путь! — сказал Арагорн. — Нам предстоит еще один ночной переход. Мы достигли тех мест реки, которые я не знаю хорошо, я никогда не добирался сюда по реке, но бывал и дальше, у порогов Сарн Гебир. Но я думаю, что до них еще много миль. И еще до них нас ждут многие опасности: скалы и каменные острова в потоке. Мы должны будем быть внимательны и не стараться плыть быстро.

Сэму в передней лодке было дано задание быть наблюдателем. Он лег и стал всматриваться в полумрак впереди. Ночь была темной, но звезды вверху сверкали ярко и отражались в реке. Приближалась полночь и они плыли уже довольно долго, изредка пуская в ход весла, когда Сэм вскрикнул. Всего лишь в нескольких ярдах впереди он увидел выступающее из воды темное пятно и услышал шум воды. Быстрое течение сворачивало влево, к восточному берегу, где русло было чисто. Проплывая мимо, путешественники ясно видели пену, с которой течение разбивалось о скалы, торчащие из воды как неровные зубы. Все лодки сблизились.

— Эй, Арагорн! — закричал Боромир, — когда его лодка ударилась о ведущую. — Это безумие! Мы не сможем преодолевать пороги ночью. И ни одна лодка не сможет преодолеть Сарн Гебир ни днем, ни ночью.

— Назад, назад! — кричал Арагорн. — Поворачивайте! Поворачивайте, если можете! — Он погрузил весло в воду, стараясь удержать лодку и направить ее на чистое место. — Я ошибся, — сказал он Фродо. — Я не думал, что мы зашли так далеко, Андуин течет быстрее, чем я считал. Сарн Гебир должен быть совсем близко.