Маркус Хайц - Повелитель гномов

— Можешь поставить его на пол, Джерун. Думаю, они поняли, кто мы.

— Андокай! — изумленно воскликнул Тунгдил, опуская топор. — Вот оно что!

Она откинула капюшон, чтобы гномы увидели ее лицо.

— Вспыльчивая? — изумился Родарио, не заметивший, что к его щеке прилипла рыбья чешуя, так что вид у него был не из лучших. — Андокай Вспыльчивая? Волшебница? А я думал, она умерла. — Нисколько не смущаясь, он оглядел волшебницу с головы до ног. — Нет, она жива. Жива. Проклятье! — Он повернулся к Фургасу и Нарморе. — Придется переписывать пьесу.

— Пьесу? — Андокай подошла к костру и протянула ладони к пламени. Шар света развеялся в воздухе. — О чем он говорит? И вообще, кто это?

Джерун опустил гнома на землю.

— Актер, — извиняющимся тоном сказал Тунгдил. Вопросы теснились в его голове сотнями.

— Вот как? Я уже героиня пьес? Надеюсь, это почетно…

Родарио принялся было рассыпаться в комплиментах, но договорить ему не дали.

— Да что такое с этим твоим чудовищем? — потребовал ответа Боендал. — Почему он следил за нами?! Да я же его чуть не убил!

— Он за вами не следил. Он стоял на страже. И уж, конечно, тебе не удалось бы его убить, — осадила она гнома, снимая накидку, чтобы побыстрее отогреться.

Под накидкой на ней были доспехи, плотная зимняя одежда и меч. От обилия одежды ее фигура казалась еще более коренастой, чем обычно.

— Я приказала ему поймать альвов, которые преследуют вас от Мифурдании.

— Я так и знал, — мрачно проворчал Гоимгар.

Боиндил рассмеялся.

— Не хватало еще, чтобы одно чудовище спасало меня от другого. — Он ласково погладил свои топоры. — Мы с ними и сами справимся.

— Вы их не замечали до сих пор, и вы не заметили бы их и тогда, когда они проникли бы в ваш лагерь, — с серьезным видом сказала волшебница. — В трех милях отсюда Джерун убил двоих, а еще парочке удалось уйти. Я подумала, что альвы не ограничатся простым преследованием, и выслала Джеруна вперед.

— Я так и знал! Так это он спас меня от стрелы в Корольграде? — воскликнул Тунгдил.

Андокай кивнула.

— К сожалению, альву удалось от него скрыться.

— Я не позволил бы ушастому скрыться, — буркнул Боиндил. — От меня ни один противник не скроется, даже если я буду его преследовать.

— Он подстрелил Джеруна. — Она сочувственно посмотрела на своего спутника. — Когда бежишь за кем-то, тебя легко заманить в ловушку.

— Меня в ловушку не заманишь, — упрямо возразил гном.

Боиндил забрался на покосившуюся колонну и выглянул наружу.

Его голова оказалась на одном уровне с головой гиганта. Гном с любопытством заглянул за забрало, пытаясь хоть что-то увидеть, но даже его привыкшие к темноте глаза ничего не могли разобрать. Казалось, будто за металлическим забралом скрывается глубокая пропасть.

Остальные расположились вокруг костра.

Родарио достал бумаги, но обнаружил, что у него замерзли чернила. Нармора убрала свои удивительные глефы, а Джерун отступил в тень и застыл как статуя.

— Почему вы передумали, глубокоуважаемая волшебница? — спросил Тунгдил после того, как волнения улеглись. — И как вы нас нашли?

— Я могу свободно говорить в присутствии ваших новых спутников?

— Они помогли нам, вы можете им доверять.

— Ну-ну… — буркнул Боиндил.

— Нам можно доверять! Еще как! — воскликнул Родарио и в своей неподражаемой манере представил волшебнице своих друзей. — Узнав об Огненном Клинке, мы присоединились к этим героям, коим суждено в будущем войти в эпические предания, для того чтобы защищать их от мечей и когтей богглинов, досточтимая волшебница, — активно жестикулируя, заявил он. — Мы — верные спутники.

Обычно его улыбка способна была растопить лед, но на Андокай она не произвела никакого впечатления.

— Это ты виноват. — Она взглянула на Тунгдила. — Твои слова не шли у меня из головы. Я никак не могла забыть то, что ты говорил о моей ответственности перед королевством. Мне не удалось вступить в сделку с собственной совестью. Нод'онн заслужил смерти по многим причинам.

Отблески пламени лишили ее лицо обычной строгости, черты Вспыльчивой стали мягче, женственнее. Родарио неотрывно глядел на нее и прислушивался к ее словам. Ее суровое обаяние и холодность — это вызов ему как обольстителю.

— Итак, я вернулась ко Вторым и занялась тем отрывком, который раньше не могла перевести. Помнишь белое пятно в вашем плане? — сказала она, глядя в огонь.

Она повела пальцами, и из искр костра начали формироваться буквы всеобщего. Вспыхнув в воздухе, слова погасли.

— Огненный Клинок, выкованный подземными жителями, сможет противостоять Злу, если им будет орудовать враг подземных жителей, — громко прочитал Родарио. Взяв уголек, он записал на бумаге эти слова. — Надо сделать заметки. Я бы сам себе дал пощечину, если бы позволил себе это забыть.

— Пощечину? Могу помочь, — усмехнулся Баврагор.

— Храни меня бог от таких лапищ, — отказался Родарио. — Это будет лучшая пьеса, когда-либо ставившаяся в Потаенной Стране, — принялся хвастаться он, царапая угольком по бумаге. — Театр будет полон…

Фургас пихнул его локтем в бок, чтобы он замолчал.

— Враг подземных жителей, — тихо сказал Тунгдил, не сумев скрыть разочарования в голосе. «Что же имеется в виду?»

— Врагов у нас достаточно, — растерянно сказал Боендал. — Орки, огры, — он покосился на Джеруна, — богглины и все, кого Тион создал для войны с людьми и эльфами. Тебе ничего не приходит на ум, книгочей? Сейчас твои знания пригодились бы.

Баврагор достал свой бурдюк с водкой.

— Весело. Это нам что же… теперь ловить орка и уговаривать его идти драться с магом? А может, попросим огра стукнуть Нод'онна этим нашим оружием?

— Ну вот и все, провалилась наша экспедиция, — мрачно подытожил Гоимгар слова Андокай. Внезапно он побледнел. — Мой король! Он же этого не знает!

Тунгдил громко вздохнул.

— Вы уверены, что перевод правилен? — замявшись, спросил он.

Андокай кивнула.

— К сожалению, да. Я занималась им слишком долго и не могла совершить ошибку.

— Вы можете что-то предложить по этому поводу? — сказал он, глядя на Джеруна.

— Джерун не чудовище, уверяю тебя, — улыбнулась она. — Он не подойдет на эту роль.

Тунгдил почесал бороду.

— Значит, у нас большие проблемы. — Он обвел взглядом своих спутников. — Мне ничего не приходит в голову. — Улегшись, он закутался в покрывало. — Возможно, во сне Враккас ниспошлет мне озарение. Отдыхайте, нам нужно набираться сил.