Кэтрин Куртц - Хроники Дерини

Хью, потупясь в пол, оправлял края сутаны.

— Я не шпион, милорд, — чуть слышно сказал он. — Я… я хочу присоединиться к вам.

Арилан посмотрел на своего товарища. Кардиель, сложив руки на груди, спросил:

— Что привело вас к такому решению, отец мой? Вы ведь столько лет были секретарем Карригана…

— Я не изменился, ваше преосвященство, — во всяком случае, я не имею никаких личных обид. На прошлой неделе, когда я узнал о готовящемся отлучении Корвина, я доложил об этом его величеству. Я обещал ему, что останусь при Карриганс и буду сообщать все новости. Но дольше оставаться я не могу.

— Я, кажется, понимаю, — улыбнулся Кардиель. — Что же, Денис? Принимаем его?

— Я — за.

— Хорошо. — Кардиель протянул Хью руку. — Что ж, милости просим, отец Хью. Нас немного, но, как сказал псалмопевец, вера наша крепка. Может быть, вы поделитесь с нами тем, что знаете о дальнейших намерениях Лориса и Карригана? Ваша помощь сейчас была бы очень кстати.

— Возможно, я и могу помочь вам, ваше преосвященство, — пробормотал священник, наклоняясь, чтобы поцеловать руку Кардиелю. — Спасибо.

— Ну уж, без церемоний, — улыбнулся Кардиель. — Нас ждут важные дела. Найдите, пожалуйста, моего секретаря, отца Эванса, — вы оба понадобитесь нам через четверть часа. Нужно будет отправить несколько писем.

— Конечно, ваше преосвященство, — сказал Хью и, поклонившись, вышел.

Кардиель вздохнул, опустился на свободное кресло и, закрыв глаза, потер лоб рукой, а потом взглянул на Арилана, стоящего в конце стола. Тот улыбнулся:

— Что ж, мы сделали это, друг мой. Раскололи церковь накануне войны.

Кардиель повел бровью и устало улыбнулся:

— Войны с Венцитом и гражданской войны. Если вы думаете, что это нас не затронет…

Арилан пожал плечами.

— Чему быть, того не миновать. Вот Келсона мне жаль. Следующей жертвой Лориса будет он. Полукровка Дерини, как и Морган. Да еще особые силы, унаследованные от отца.

— Из этого следует одно: Келсон — реальное доказательство тому, что силы Дерини могут быть благотворны и чисты, — сказал Кардиель. Он вздохнул, заложил руки за голову и посмотрел в потолок. — Что вы думаете о Дерини, Денис? Действительно ли они так страшны, как считает Лорис?

Арилан слегка улыбнулся:

— Думаю, что есть разные Дерини. Как и среди всех, есть хорошие, но есть и дурные люди. Я не думаю, что Келсон, Морган и Дункан — злодеи, если вы это имеете в виду.

— Хм. Я удивлен. В первый раз вы прямо сказали, что думаете об этом. — Он повернулся к Арилану. — Не знай я вас лучше, я бы усомнился — уж не Дерини ли вы?

Арилан удивленно вскинул брови и положил руку Кардиелю на плечо.

— Странные вещи вы говорите, Томас. Идемте. Надо действовать, не то настоящий Дерини постучит в двери.

Кардиель встал и покачал головой:

— Боже сохрани.

Глава XVIII

«ОСТАВАЙСЯ ЖЕ СО ВСЕМИ ВОЛШЕБСТВАМИ

И СО МНОЖЕСТВОМ ЧАРОДЕЙСТВ ТВОИХ,

КОТОРЫМИ ЗАНИМАЛАСЬ ТЫ ОТ ЮНОСТИ СВОЕЙ»[20]

До начала следующего дня оставалось еще несколько часов, когда Морган и Дункан подъехали к городским стенам Кулда. Они не сходили с седел около двадцати часов, после короткой остановки в Ремуге, где узнали, что Келсон уже уехал, не дождавшись их, в Кулд.

Нигель, замещавший Келсона в столице, был испуган словами Дункана о собрании в Дхассе и согласился, что прежде всего необходимо сообщить новости Келсону, и как можно быстрее. Рано или поздно известие о происшествии в Святом Торине достигнет Келсона, может быть, в форме официального декрета Дхасской курии об отлучении; а тогда молодому королю небезопасно будет самому посылать за двумя осужденными Дерини. Тем временем Нигель продолжал собирать войска для предстоящей кампании. Но если смута на юго-востоке не утихнет, их придется использовать для внутренних нужд: гражданской войны допустить нельзя.

Итак, Морган и Дункан выехали в Кулд, не зная, что ожидает их в этом городе, кроме встречи с молодым королем. Когда в свежих утренних сумерках они достигли главных ворот, привратник выглянул в окошко и с подозрением осмотрел их. После трех дней пути они выглядели и впрямь так, что не вызывали доверия, тем более в столь ранний час.

— Кто хочет попасть в город до рассвета? Назовите себя или предстанете перед городскими властями.

— Герцог Аларик Морган и Дункан Маклайн хотят видеть короля, — громко сказал Дункан. — Пожалуйста, открывай быстрее, мы спешим.

Привратник возбужденно пошептался с кем-то, кого не было видно, потом появился в окошке снова и кивнул.

— Отойдите чуть назад, милорды. Сейчас выйдет капитан.

Морган и Дункан отъехали на несколько шагов и привстали в седлах. Морган осмотрелся и вдруг увидел чью-то седую голову на пике над воротами. Он нахмурился и, коснувшись плеча Дункана, движением головы указал ему на пику.

— Сколько знаю, так наказывают предателей, — сказал Морган, удивленно рассматривая голову. — Давно здесь такого не было, однако. И случилось это, по-видимому, на днях.

Дункан повел бровью и пожал плечами.

— Я не знаю его. Лицо молодое, а волосы совсем белые. Интересно, что он натворил?

Тут загремела задвижка, тронулись с места стальные затворы, ворота приоткрылись, и показался всадник. Морган удивленно посмотрел на Дункана — обычно гостей встречали в Кулде не так. С другой стороны, они никогда еще не въезжали в город до рассвета. Да и в любом случае силы к Моргану вернулись и теперь им были не особенно страшны опасности.

Дункан въехал в ворота и пересек маленький двор, Морган последовал за ним. Внутри стояли стражники в темных плащах, держа коней под уздцы. Капитан со значком личной охраны Келсона подошел к Аларику и взял уздечку его коня.

— Добро пожаловать в Кулд, ваша светлость, и вы, монсеньор Маклайн, — сказал он, не сводя с них глаз. Лошадь Моргана вдруг подалась вперед, и он поспешно отступил. — Эти люди будут сопровождать вас для большей безопасности.

Он отпустил лошадь Моргана, и тот вновь удивленно вскинул брови. Во дворе было темно, но в факельном свете Морган разглядел креповую повязку на руке этого человека. Как странно, что офицер Келсона публично носит траур! Кто же умер?

Эскорт двинулся, стражники держали факелы в вытянутых руках. Морган с Дунканом поехали следом за ними. Улицы Кул-да были пусты в этот утренний час, и стук копыт гулко отдавался в воздухе. Городская охрана молча пропускала прибывших, видя их эскорт. Взглянув на окна королевской резиденции, Дункан и Морган увидели, что окна покоев, где обычно останавливался Келсон, освещены.