Константин Бояндин - Мозаика (книга первая)

Ознакомительный фрагмент

— Я здесь работала, несколько месяцев, — пояснила Хольте, возвращаясь за столик. Они зашли в кафе, «Старый очаг», и уселись в углу. Поблизости от того самого очага. — Сейчас принесут. Я заказала вот это, — она указала на меню — очень хорошая имитация пергамента. Старого, очень старого пергамента. — Нормально?

— Вполне, — кивнула эль–Неренн. — Не думала, что могу так проголодаться.

Хольте улыбнулась, поправила волосы. Ей тридцать семь, подумала эль–Неренн. Выглядит лет на шестьдесят. Шесть лет в доме Рекенте. Никогда не осмелюсь спросить, как это было.

— Вы хотели о чём–то спросить? — эль–Неренн понизила голос.

— Не знаю. Давай на «ты» — так будет проще.

— Хорошо, Хольте.

— Пока тебя обследовали, — охранница оглянулась, по привычке — никто не слушает. — В больницу заявились двое. Переодетые полицейскими. У одного в кармане было вот это, — она показала фотографию. Эль–Неренн. Фас и профиль. Эль–Неренн оторопела. Не могла понять, где и когда сделаны снимки.

— У второго такая же, — Хольте усмехнулась. — Я забрала не все улики. И пистолеты с разрывными пулями. Готова поспорить, пришли за тобой.

Эль–Неренн вздрогнула, ощутила, что сердце забилось быстрее.

— Полиция должна была забрать тебя, как свидетельницу. Они видели эти фотографии, видели тебя. Внешность у тебя очень уж приметная, — Хольте прижала палец к губам. Официант расставил на столе блюда и удалился.

— Они ко мне даже не подошли, — тихо заметила эль–Неренн.

— Точно. Наоборот, посоветовали возвращаться назад. Именно поэтому я решила не возвращаться.

— Можно подумать, мы здесь в безопасности, — эль–Неренн оглянулась.

— В большей, чем ты думаешь, — Хольте откинулась на спинку. — Но выходить отсюда не стоит.

— Так что же делать?

— Ждать, — Хольте подняла взгляд. — Поешь, хоть немного.

— Немного я уже поела, — эль–Неренн тряхнула головой. — Чего ждать–то?

— Помощи, — Хольте вынула из внутреннего кармана телефон. Нажала несколько кнопок. Выждала, глянула на индикацию, кивнула. — Думаю, осталось минут пять.

Эль–Неренн смотрела в лицо охранницы. Та спокойно выдерживала взгляд. Официант — который подал им обед — встал у стойки, вместе со своим коллегой. Иногда обмениваясь с ним парой фраз.

Минуты три прошли в полном молчании. Телефон Хольте несколько раз помигал огоньками. Она нажала ещё несколько кнопок. Тряхнула головой, и — эль–Неренн не успела понять, откуда он взялся — на столике перед ней возник пистолет.

— Если мы не поехали назад, в машине, — эль–Неренн говорила медленно. — И они знали, что мы здесь, в городе, почему не схватили по дороге в кафе?

— Ждали моего сигнала, — Хольте не отводила взгляда от глаз девушки. — Именно Старуха помогла мне и Аспиду попасть в «зверинец».

Эль–Неренн молчала. Снаружи послышался шум. Несколько машин подъехали к кафе.

— Старуха всегда получала то, что хотела, — Хольте не отводила взгляда. — Я не знаю, зачем ей нужна именно ты. Поверь, я не желаю тебе зла. Но она забрала мою дочь.

Телефон Хольте. Что–то появилось на его экранчике. Хольте взглянула… лицо её стало совершенно белым, мёртвым.

— Моей дочери больше нет, — произнесла она, едва слышно.

Эль–Неренн не ожидала, что охранница может действовать настолько молниеносно. Она ногой толкнула ножку стула, на котором сидела эль–Неренн. Оттолкнулась от пола другой ногой, поворачиваясь в падении.

Два хлопка — два выстрела.

Эль–Неренн вскочила на ноги. Рядом с тем местом, где только что была её голова, в стене виднелось пулевое отверстие. Хольте стояла, сжимая в руке пистолет. Рядом с ней лежали неподвижно два тела. Официанты — те, что были у стойки.

— Полиция! — крикнула Хольте, держа над головой что–то прямоугольное, блестящее. В другой руке сжимала пистолет. Только сейчас эль–Неренн заметила, что оба убитых были вооружены. — Всем на пол! Не шевелиться!

Испуганные возгласы, шум, скрежет. Посетители оказались послушными.

Топот. Кто–то — и не один — бежит к дверям кафе. Звуки выстрелов на улице.

— Она не оставляет свидетелей, Ньер, — Хольте взглянула в лицо эль–Неренн. — Инспектор всё расскажет. Вряд ли ты простишь меня. Но может быть, поймёшь.

Она подняла пистолет к виску.

— Нет! — эль–Неренн ощутила, что время замедляется, замедляется стремительно. Чернота сгущалась вокруг.

Она не успела бы допрыгнуть. Всё, что смогла сделать — схватить кружку и бросить так, чтобы попасть в оружие.

Попала. Послышался звон и окружающий мир рассыпался на миллионы сверкающих осколков.

— Самый страшный сон, который я мог себе представить, — инспектор Тигарр осторожно положил компресс ей на лоб, — это то, что случилось сегодня.

Эль–Неренн осознала, что находится в машине. Её почти не трясло, но скорость была неплохой — судя по тому, что мелькало за зашторенным окнами.

— Здравствуйте, инспектор, — прохрипела эль–Неренн. Горло вновь болело. — Простите, что я снова выжила.

Тигарр оторопело посмотрел на неё и… расхохотался. Покачал головой, вытирая слёзы у уголков глаз.

— Я к тебе уже привык, эль–Неренн, — сообщил он, помогая ей улечься поудобнее. — Было бы жаль потерять тебя так скоро. Кстати, мне пообещали повышение. Думаю, это твоя заслуга. Лежи, лежи. Мы уже подъезжаем.

— Что с… — начала эль–Неренн и заметила Хольте, сидящую рядом с инспектором. Охранница встретила её взгляд и опустила голову.

— Все живы, — инспектор уселся, вынул пачку табачных палочек, подумал, и спрятал обратно. — Ну, почти все. Хольте сообщила, кто и где должен изловить тебя. Ещё вчера. Давненько я не сидел в настоящей засаде.

Эль–Неренн закрыла глаза.

— Ты теперь звезда, — инспектор явно был доволен. Таким довольным эль–Неренн его ещё не помнила. — Попадёшь во все газеты.

— Это почему? — девушка открыла глаза.

— Старуха Рекенте, наконец–то, попалась по–настоящему, — инспектор подмигнул. — Двадцать два года её пытались поймать — ни единой зацепки. Ни одной улики, ни одного свидетеля. До сегодняшнего дня.

— Ей не повезло вчера вечером, — усмехнулась эль–Неренн. — Или когда у неё случился инсульт?

— Позавчера ночью, — кивнул инспектор. — Вчера у неё был день рождения.

Эль–Неренн расхохоталась — хрипло, превозмогая боль. Смех был недобрым. Смеялась долго, её не останавливали.

— День рождения, — повторила она. — Ну что же, теперь мы в расчёте.

Инспектор и Хольте переглянулись, но не стали ни о чём расспрашивать.

Стук в дверь.

Эль–Неренн закрыла книгу, оглянулась.