Mona Lisas Nemo - Золотые Небеса. Полёт Одной Птицы

   Знает каждый камышок:

   Только вырастет с вершок -

   И давай себе мечтать,

   О камышечке страдать.

   - Как не знать,- недовольно пробормотал портной, потеряв всякий интерес к двум незнакомцам.

   - Теперь ясно чего лошадей отпустили. Думаете, выдадим? По коням отследим. Вы давайте топайте отсюда побыстрее. И что б ни слуху, ни духу от вас больше, ясно. Идите куда хотите, только если сами знаете кто узнает, что вы к её дочери пробрались, мы вас не видели? Молчок, ага?

   - Да,- тут же отозвался Лант и быстро, кивнув дозорному, поспешил вперёд по дороге. Следом за ним шёл, не отставая Мэроу. Скачущие и не смыкающие всю ночь глаз, оба переставляли ноги не так быстро, как ожидали. Но Лесовик был и впрямь, довольно близко. Солнце уже припекало, так что оба перестали зябко ёжиться.

   - Мэроу, у тебя есть с собой оружие?- спросил Лант, ускоряя шаги.

   - Кинжал Фрара.

   - Если кто-то его увидит, скажешь это из-за разбойников.

   - Считаешь понадобиться его доставать?

   - Не знаю,- сказал Лант, ступая всё быстрее и быстрее.- Слышал, в долине появилась северная стража, кто его знает из каких именно земель. А может разбойники попадутся или что-нибудь произойдёт в деревне.

   Отсюда дорога была посыпана мягким белым песком, где лишь изредка встречались упавшие сосновые иголки. Через сорок шагов уже красовались как большие старые дубы, так и молодые, совсем тонкие. А ещё через пятьдесят справа показались деревянные крыши Приречья, через которое протекала небольшая река - Дубовка.

   Когда же дубов стало становиться меньше, а на смену им вновь пришли сосны, большой воткнутый в землю столб, с прибитой доской-стрелкой, указал налево. Они подошли к Лесовику.

   Разброс крепких изб и тихий людской гомон встретил двух путников. Тут и там глазам попадались уложенные брёвна, из которых и были сложены сами избы, ровные и крепкие, иногда украшенные грубой резьбой. Под широкими окнами стояли лавки, попадались старые и новые телеги, несколько колодцев, амбары, примостилась у другого края деревни и кузница.

   Тут же, не отходя далеко от столба, возвышалась двухэтажная небольшая харчевня, где многие собирались по вечерам, после трудного рабочего дня. Где курили трубки и поглощали пиво, делились новостями и обсуждали всё значимое. Харчевня была украшена резьбой больше остальных домов, вырезанные травы и листья обвивали подоконник, дверь и крышу. Главный вход выходил на квадратную деревянную площадку, другой во внутренний двор - окружённый такими же небольшими хозяйственными пристройками. Из трубы валил густой дым.

   Где-то залаяли собаки, и тут же одна маленькая чёрная с белым меховым воротником перебежала дорогу, скрываясь за избой.

   Кое-кто из местных бросил любопытный взгляд на пришедших, но так ничего и не сказав, продолжил заниматься своими делами.

   В целом, жители Лесовика ничем не отличались от жителей всей долины, спрятавшейся как улитка в раковине среди кольца гор и леса. Разве что Лесовик был последней деревней или первой, смотря, откуда считать. Первой от прохода - ущелья, где из долины можно было выбраться во внешний мир. Этим единственным путём наёмники и проникали сюда, ища лёгкой наживы среди непривыкших воевать жителей. Оттого в Лесовике - где чаще попадались разбойники - каждый носил при себе топор, даже дети получали по маленькому топорику, с которым привыкли обращаться чуть ли не с первых шагов. Все носили овчинные куртки, которые обменивали на разные инструменты и дичь у приречных. Штаны из грубой материи и сапоги, не такие высокие, как привык Лант, но и не низкие, как в Приречье, где больше было пастухов на лужайках, и мало кто совался в лес. В лесу иногда можно подцепить кучу клещей, а потом и борись с ними до посинения. Жуки-древесники могли прогрызть обувь и забраться в сапог, могли попадать за шиворот. Змея какая попадётся. Хорошо если уж, их тут много, а там и гадюка подвернётся.

   Мальчишка лет шести, пристально следивший за Лантом и Мэроу, подобрался ещё ближе, так что Лант подозвал его к себе.

   - Как тебя зовут?- обратился Лант к мальчику, выпачканному с ног до головы похуже Мэроу. Мальчишка утёр нос тыльной стороной ладони и ещё немного подумав, всё же выговорил своё имя.- Нандин звать.

   - Нандин, тут сегодня никто не проезжал?- спросил Лант, улыбаясь мальчишке, так что тот расплылся в такой же улыбке, а может ещё шире.

   - Никто.

   - И никто новый не проходил?

   - А-а,- светлая голова быстро с готовностью замоталась из стороны в сторону.- Все новые вот сюда заходят.- И он кивнул на харчевню. Вам туда?

   - Похоже, туда,- отозвался Лант поворачиваясь к Мэроу, и они прошли к высоким крепким дверям харчевни.

   Только Лант хотел отворить двери, как к ним вышла сама хозяйка, крепкая и наливная, как яблоко. Она радостно распахнула двери, вытерла руки об заляпанный маслом фартук, обсматривая чужаков и тут же, быстро впихнула обоих вовнутрь. Успела затворить за ними двери и усадить гостей за стол.

   Кругом всё было из дерева: и расставленные в беспорядка затёртые от времени столы, и лавки, стулья. Пол тоже был деревянным, но на удивление гладким и казался мягким и тёплым. В уголках стен висели засушенные травы и ягоды, на других стенах сушились грибы на нитках, тут и там глазу попадались связки чеснока.

   За всю свою жизнь Кошна, хозяйка харчевни, привыкла к вечерним сборам, готовилась к ним с самого утра. Жарила, пекла, гоняла мальчишек и девчонок, чтобы те делали всё исправно и не ленясь. Нежданные гости же попались рано утром, когда и предложить-то ещё не было чего поинтереснее.

   - Какие славненькие,- пролепетала женщина взъерошивая волосы Ланта, чего тот совершенно не ожидал, но всё же сохранил полное спокойствие. Заза недолго позволяла себе сюсюкать с ним, пока "господин маг" впервые не показал при ней свои недюжинные магические способности. Луса обычно ходила тихо и незаметно, предпочитая с магами вообще не разговаривать, а если и придётся - то исподлобья.

   Хозяйка умилённо сложила руки, и тут только Лант вспомнил, что с собой у него нет никаких денег. Даже ничего ценного, на что можно выменять завтрак.

   Окно, у которого стоял их стол, как и большинство окон харчевни, выходило на единственную улицу или же дорогу как посмотреть, пролегавшую через деревню. Тут удобнее всего было ждать Тиену не обращая на себя ненужных взглядов.

   - У нас нет...- начал, было, он, но тут со второго этажа послышались громкие стоны и проклятья.

   Хозяйка харчевни встрепенулась, бросила беспокойный взгляд наверх.