Алан Уоттс - Остров колдуна

— Но сперва я хочу узнать, в чем дело. Шемит кивнул. Своими толстенными руками он оперся на штурвал, но варвар знал, что Джилзан готов в любой момент развернуть парусник в нужную сторону. Он видел, как вздымаются и опадают огромные бицепсы кормчего, которые могли посрамить его собственные.

Небольшой бот пристал к их кораблю, и на палубу влез какой-то павлин, разряженный, как туранская танцовщица.

Конан брезгливо поморщился. Впрочем, то же самое сделал и юнец. Он пристально осмотрел экипаж и визгливым голосом осведомился:

— Кто капитан этого сброда. Глупец был настолько уверен в своей силе которую давал его мундир, что даже не удосужился подстраховаться, взяв с собой на борт парочку солдат.

Киммериец шагнул вперед.

— Я капитан. Что угодно столь блистательному господину и несравненному воину?

Его голос был полон ехидства, но хлыщ не заметил издевки.

— Я что, должен отчитываться перед варваром? — надменно спросил он.

— Конечно же, нет. Просто мне поскорее хотелось бы узнать волю милостивого господина, дабы тут же исполнить ее.

Пираты гнусно заржали, понимая, что еще чуть-чуть, и стигиец отправится на дно, однако тот продолжал строить из себя хозяина положения, так ничего и не поняв.

— Тебе, варвар, не положено знать всего. Сообщу лишь, что ночью был убит жрец Сета — Аммамунм-Пха, а его галера украдена.

Конан тут же заинтересовался услышанным, но виду не подал.

— Это были не мы, — доверительно сообщил он.

— Сам вижу, червь, — отрезал хлыщ.

— Тогда мы можем продолжить свой путь?

— Продолжишь, когда я разрешу. Кто вы такие, ответствуйте мне немедля.

— Мы честные труженики, господин. Зарабатываем перевозкой грузов.

— Что-то мне не верится. Уж больно бандитские у вас рожи.

— Увы, не все появляются на свет с такими утонченными чертами лица, как вы, господин.

Конан настолько вошел в роль, что старательно оттягивал неизбежную развязку. Его поражала тупость этого разодетого идиота.

— Это верно, — согласился стигиец, окинув взором команду. — Вы более похожи на стадо.

— Абсолютно верно. Куда уж нам до орлов, что подобно вам, господин, парят в поднебесье и гадят сверху.

Хлыщ опешил. Он не знал, как прореагировать на эту фразу. То ли оскорбиться, то ли нет. Ведь он и впрямь считал всех остальных свиньями, годными лишь на то, чтобы исполнять волю господ.

Зато Конана поняла команда, и многие из них заухмылялись.

Хлыща это задело, и он взвился, подобно петуху.

— Я арестовываю ваше судно до окончания разбирательства! — громогласно сообщил он и повернулся спиной к киммерийцу. Варвар сделал неуловимый жест рукой, и пираты, по его команде, разрядили свои арбалеты в сидящих в лодке солдат. Те умерли, так ничего и не успев понять.

Опешивший офицер завизжал:

— Что вы делаете? Да, как вы осмелились? Вас закуют в цепи, рабы!

Он попытался выхватить свою изящную шпагу, но киммериец, наконец-то получивший возможность выпустить накопившееся раздражение, вложил его в один-единственный удар. Женоподобное лицо стигийского офицера в тот же миг превратилось в кровавое месиво.

— На абордаж! — рявкнул варвар, и галера легко заскользила к вражескому кораблю.

Джилзан и вправду оказался великолепным шкипом. Капитан стигийской громадины даже не успел понять, что происходит, а пираты уже оказались на его палубе.

Первым в толпу змеепоклонников ворвался киммериец. Перескочив одним махом расстояние, разделяющее два судна, он как коршун обрушился на врагов.

— Кром! — дико заревел он, кося стигийских воинов, точно сорную траву.

Экипаж, видя ту брешь, что пробил их капитан в стигийской защите, устремился следом.

Преимущество отлично обученного войска было сведено на нет, и битва разбилась на одиночные стычки. Возможно, стигийцы и смогли бы переломить ход битвы, но Рана Риорда, ярко блистающая в руках варвара, не позволила этого сделать. Не зная преград ни в виде крепких доспехов, ни в виде упругих тел, она разила всех и вся.

Конан рубил направо и налево. Рубил, ревя, как дикий медведь в ярости. Рубил… пока рубить стало некого.

Варвар, так и не утоливший жажду мести, огляделся, и когда кровавая пелена спала с его глаз, увидел, что вся палуба залита кровью и устлана телами.

— Клянусь девятью преисподними Зандры, — прохрипел он. — Эта падаль дохнет так быстро, что даже не успеваешь как следует разогреться…

Над ухом прохрипел дух Небесной Секиры:

— Потомок Гидалы, ты подарил мне кровь более чем полусотни воинов. Это было великолепно!

Конан захохотал.

— Полно тебе, Рорта. Я же обещал, что напою тебя по самую рукоять. И это только начало. Скоро я утоплю в крови тех, кто отнял у меня праведную месть. Ты говоришь о тех, кто убил жреца Файона? — поинтересовался дух.

— Верно. Они украли карту сокровищ, что вез с собой это червь.

— Да, — согласилась Рана Риорда. — Долги должны быть оплачены. Смерть тех, кто лишил тебя мести, послужит им уроком.

— А мне — местью! — закончил за него варвар.

Затем он оглядел своих людей, и остался доволен. Пираты знали свое дело и в понуканиях не нуждались. Они уже занимались обследованием кают, добивая по пути раненых и обшаривая их карманы. Вскоре на палубе их корабля блистала приличная гора золота и серебра. Отдельно были сложены доспехи, а также оружие. Варвар одобрительно кивнул. Парни определенно знали, что следует брать.

— Мкванга, демоны тебя задери. Быстро сюда! Уже через мгновение перед ним стоял вечно улыбающийся негр.

— Сколько наших погибло?

— Чуть более трех десятков, — отрапортовал зембабвиец.

— Неплохо, — произнес Конан. — Три дюжины против полутора сотен. А теперь ступай в трюм и пополни команду за счет гребцов. Да смотри, не скупись. Выбирай самых лучших.

Мкванга кивнул.

— Будет сделано, капитан. Обещаю набрать самых широкоплечих и крепких. Да и рожи У них будут самые мерзкие.

— Точно, — согласился варвар. — Остальных, не нужно. Пойдут на дно, вмести с этой лоханкой.

Конан справедливо полагал, что каждый человек должен сам бороться за свою свободу. И если эти людишки до сих пор остаются в цепях, то это только их вина. Он сам еще совсем недавно висел в кандалах, в каменном мешке Файона. А где он теперь? И где этот самый Файон? Разрушен до основания. А злобный Шапшум обгладывает косточки его обитателей.

Когда Мкванга исполнил приказание, Конан спустился вниз и парочкой ударов крест-накрест раскроил обшивку корабля. Галера стала тонуть, и варвар поспешил оттуда убраться.