Рисс Хесс - Planescape: Torment: "Пытка Вечностью"

Он вытащил из- под барной стойки потемневшую от времени, запечатанную воском бутыль. Я слышал, как внутри плещется жидкость. Я распечатал бутыль, и в ноздри мне ударил неприятный запах какого-то вещества, предохраняющего от разложения. Внутри обнаружилось глазное яблоко.

— Ты бы лучше решил, что будешь с ним делать... Теперь, когда ты впустил в сосуд воздух, пользы от жидкости никакой. Так что решай, парень.

Какое-то время я просто рассматривал глаз, не в силах поверить, что потратил на него практически все остававшиеся у меня деньги. А затем резко вырвал глаз из своей глазницы. Бармен помог перерезать оптический нерв и отправил глаз в сосуд с какой-то дрянью, который стоял на стойке. В пустую глазницу я вставил свой старый глаз. Боль была невыносимой. Я почувствовал, как оптический нерв сросся с этим новым- старым глазом... и, внезапно, воспоминания захлестнули меня.

Безбрежная, непрерывно изменяющаяся пустошь простерлась передо мною, а впереди возникли какие-то люди птицы, которые набросились на меня, потрясая примитивным оружием. Рукоять моего сверкающего меча привычно легла в ладонь...

Трое громил в странного цвета ливреях окружили меня. В руках их блестели длинные кинжалы, а свет отражался от торчащих изо ртов клыков. Я взглянул на свои покрытые шрамами руки и понял, что вскоре они окрасятся кровью...

Гигантская тварь, похожая на лягушку, неслась по направлению ко мне. Я резко бросил копье и пригвоздил чудовище к камню...

Я с удивлением понял, что воссоздал в памяти свои давно утраченные боевые способности.

Я еще немного порасспрашивал бармена, которого, как оказалось, звали, Баркис. В баре было несколько посетителей, в том числе и демонов, и я поинтересовался, кто, по его мнению, сможет помочь мне. Он назвал несколько имен, и я отправился перекинуться с ними парой слов.

Я заметил слегка согбенного старца с длинной бородой и пышной гривой седых волос. Он носил наплечники и держал шлем рядом с собою на столике. Старец курил трубку, время от времени заправляя ее табаком из мешочка, притороченного к поясу. Он выглядел достаточно сильным, хоть и немного раздобрел, и, казалось, испытывал проблемы с дыханием.

— Да, парнишка, ну у тебя и видок! Никогда не видел столько шрамов разом — как будто у тебя плащ из одних шрамов! Где это тебя так? — Он заржал. — Ладно, парень, просто шучу, не хотел обидеть и надеюсь, ты не обиделся. Я Эбб. — Он протянул руку.

— Здравствуй, Эбб.

Его рукопожатие оказалось на удивление крепким.

— Еще раз приношу извинения за неуместный смех, парнишка. Не обижайся; могу я предложить тебе бокал или два чего- нибудь, чтобы уложить обратно взъерошенные перышки?

Я, вообще-то, и не думал обижаться, и кивнул в знак согласия.

— Наш человек! Подожди минутку...— Он поднялся на ноги и направился к бару, вернувшись с парой кубков. — Вот, парень. Давай, пей! — Он сделал хороший глоток из собственного кубка, затянулся трубкой, и сказал: — Ну и что старый Эбб может для себя сделать в этот прекрасный день в Сигиле?

— У меня есть вопросы касательно этого места.

— О, это я уже понял сразу же, как тебя увидел. Я имею в виду, ты не похож на здешних, паренек... ты выглядишь несколько иным, нежели местные старожилы. — Эбб хохотнул, сделал еще один глоток. — Так что я могу сделать для тебя, дружище? Хочешь узнать, как устроен этот мир?

Он подмигнул.

— Кто ты, и чем ты занимаешься?

— Эбб Скрипучие Колени, Третья Ступень Гармониума, теперь в отставке и уже не так легок на подъем, как 20 или 30 лет назад.

— Третья Ступень Гармониума?

Эбб гордо напыжился и добавил в речь немного бравады.

— Да, Третья Ступень Гармониума... Хоть я уже много десятилетий не на службе. Скрипеть пером оказалось не по мне после всех сражений, в которых я участвовал, так что я провожу время, следя за порядком здесь, в Улье, и помогаю кому- нибудь время от времени. А ты выглядишь так, как будто нуждаешься в помощи... Ты, часом, не в беде, парень?

— А в каких сражениях ты участвовал? — полюбопытствовал я, не желая переводить разговор на собственную персону.

— О, в гораздо большем количестве, чем могу сейчас вспомнить! — Эбб закатил глаза. — Ну, если не в гораздо, то в чуть большем, по крайней мере. Я слишком долго участвовал в Войне Крови, этой адской Войне Лжи на Террасе, слишком много лет провел в Войне Черных Столетий...— Эбб принялся загибать пальцы, считая про себя. — А затем была Война Трех Планов, и множество других. Я даже принял участие в Войне Освобождения Гармониума! А в конце я даже был стражником в Сигиле... и многие согласятся, что это самая опасная кутерьма из всех!

Он громко захохотал. Упоминание о Войне Крови было сродни ледяному кинжалу, вонзившемуся мне в сердце. А попросил его рассказать мне побольше об этом конфликте.

— А, Война Крови. Весьма опасная семейная войнушка на этой стороне творения. На одной стороне - толпа дьяволов, приверженных идее, на другой - орда демонов, одержимых войной. Эту войну породило само творение, и с тех пор она и ведется. Между танар'ри, самовлюбленными жестокими убийцами, и баатезу, которые стремятся к закону и порядку в их понимании. Вся эта бойня время от времени перебрасывается на разные Планы и делает вселенную куда менее пригодным местом для мирного существования.

Я подумал, что он может знать что-нибудь о человеке, которого я ищу.

— А ты знаешь что-нибудь о сборщике по имени Фарод?

— Ну, всего-то я точно не знаю, но ведаю кое- что о тьме, его окружающей. Если ты собираешься поймать этого паука и пришпилить его к стене, я думаю, что расскажу тебе о кое- каких слухах, чтобы знал, с чем имеешь дело. — Он замолчал ненадолго, забивая табачок в свою трубку. — Недавно Фарод угнездился глубоко на Площади Сборщиков Тряпья, собрал вместе несколько отрядов сборщиков и местных негодяев и основал то, что некоторое назвали бы «фракцией сборщиков». По крайне мере, очень на то похоже.

— Где я могу найти его?

— Ну, парень, если ты ищешь Фарода — что, я замечу, весьма смело с твоей стороны, то ты несколько сбился с торного пути. Ты должен отправиться на Площадь Сборщиков Тряпья. Ходит молва, что Фарод окопался где-то там. Даже такой прожженный старик, как я, не знает, где именно. Думаю, Фарод хочет, чтобы тайна его темной дыры и впредь оставалась тайной. Если действительно хочешь добраться до истины, топай на Площадь Сборщиков Тряпья и порасспрашивай местных. Только будь осторожен, там много таких, которые просто пырнут тебя ножом, стоит тебе на секунду отвести глаза.