Сергей Афанасьев - Кадавр

Ознакомительный фрагмент

— Ну что же ты? — чуть не плача прошептал Игорь, суетливо отрывая руки малыша от себя. — Убегай! Ну!?

Подхватив Кешу, он быстро опустил его на пол, решительно подталкивая к ближайшей стене. И обернулся…

Никого в коридоре не было. Пусто… И тихо…

Игорь медленно вытер холодный пот со лба.

Посадил послушного ребенка обратно.

Поехал.

— Кто это? — через какое-то время спросил он у мальчика, все еще с трудом переводя дыхание. Сердце бешено колотилось и никак не хотело успокаиваться.

— Упырь, — сдавленно прошептал ребенок.

— Ты не испугался? — спросил он, совершенно не удивляясь такому ответу.

Мальчик, стиснув губки, отрицательно покачал головой. Но в глазах его стоял непередаваемый ужас.

— Ну и правильно. Нечего их бояться, — попытался ободрить малыша Игорь.

Я попал в сказку, подумал он невесело. Причем, как видимо — в очень страшную.

Игорь все ехал и ехал по уходящему вдаль коридору, которому явно не было конца и края. Впрочем, и лестниц вверх или вниз также больше не попадалось.

Вот урод-то! — мысленно злился Игорь на странного летающего мужчину, упыря — как назвал его Кеша. — Взял и не пустил нас вниз. Сейчас бы уже, поди, к дому подъезжал. И даже пива бы купил! От этих мыслей непроизвольно потекли слюнки. Что ему от меня было надо? Не крови же попить? Глупость какая! Опять, что ли, придется здесь ночевать?

Иннокентий зевнул в очередной раз. Притормозив, Игорь внимательно посмотрел на мальчика. Глаза у ребенка слипались, и сам он был вялый и сонный. Игорь посмотрел на часы — однако уже вечереет. Он вдруг почувствовал, что и сам, в общем-то, порядком устал. Тем более, что за спиной — две бессонных ночи.

Игорь и сам все это время старался не закрывать глаза, но ловил себя на том, что вдруг, неожиданно, перескакивает из одного фрагмента коридора в другой. То есть он попросту засыпал на это время, что было очень неприятно. Тем более — за рулем. И еще тем более — с маленьким ребенком, который доверился тебе.

— Спать хочешь? — спросил Игорь, с трудом удерживаясь от зевоты.

Иннокентий кивнул.

— А где ты обычно ночуешь?

— В пустых комнатах, — пожал плечами малыш.

Да уж, грустно подумал Игорь, представив себе маленького мальчика, свернувшегося калачиком на пыльном кресле.

Он задумался. Посмотрел на пустой коридор, на бесконечный ряд дверей.

— Хорошо, — утвердительно наклонил голову Игорь. — Сейчас что-нибудь найдем.

7) Опасный ночлег

В комнате было темно. Игорь нашел выключатель, но он не работал. Да и не надо, подумал Игорь, оглядывая помещение, все равно ведь спать.

Голая кровать в углу — совершенно без спальных принадлежностей, стол, стул, маленькая тумбочка. Вот и все.

Ну что ж, подумал Игорь, тоже неплохо. Займемся подготовкой спальных мест.

Оставив входную дверь открытой — для большего света, Игорь из снятого со стены тяжелого и толстого гобелена (уже без изображения чертей — он специально проверил) соорудил самодельный спальный мешок. Из ранца мальчика организовал подушку. Постелил все это на кровать.

— А привидения разве спят? — зачем-то спросил он у Кеши, комкая в рулон материю, чтобы организовать подушку и себе под голову.

— Конечно, — серьезно ответил малыш.

— И едят?

Мальчик снова утвердительно кивнул маленькой головой, сглотнув при этом слюну.

— Слушай, а с едой-то у меня напряженка, — виновато развел руками Игорь, давно уже чувствуя, что и сам — страшно голоден.

— Да ничего, — тихо ответил мальчик. — Я привык.

Игорю стало неловко. Что же это он — большой и достаточно взрослый мужчина и не может обеспечить едой маленькое детское существо.

— А чем ты питаешься? — спросил он. — Где еду берешь?

— Дяденьки разные давали, — сонно пробормотал мальчик. — Охотница тоже иногда приносила…

— А охотница — это кто? — спросил Игорь у Иннокентия.

— Это тетенька с пистолетом, — просто ответил мальчик, зевая.

Игорь задумчиво помолчал, понимая, что он ничего не понимает во всех этих людях, зачем-то слоняющихся по исторической ценности. Жить им, что ли, негде? Или это такое развлечение? Что-то типа ролевых игр?

— Немного поспим, — сказал Игорь, — и обязательно что-нибудь раздобудем. Хорошо?

Мальчик кивнул.

— Ложись.

Иннокентий без лишних слов лег на указанное место, по-детски свернувшись маленьким калачиком.

Игорь старательно укрыл его свободным краем гобелена.

— Мы правда найдем моих родителей? — с надеждой спросил карапуз, доверчиво глядя прямо в глаза Игорю.

И Игорю стало неловко.

— Конечно, — поспешно ответил он, отворачиваясь. — Спи. Все будет хорошо.

Мальчик послушно закрыл глазки.

Игорь с грустью посмотрел на ребенка. Тяжело, наверное, ему, подумал Игорь в неясной тоске, один, никто не позаботится, не приласкает, не успокоит, когда приснится страшный сон, не закроет собой в минуту опасности. Надо будет расспросить его завтра… а вернее, когда проснемся, о родителях.

Игорь закрыл входную дверь, и в комнате стало абсолютно темно. Только свет уличных фонарей слабо освещал оконную раму. Игорь еще раз старательно поправил одеяло-гобелен на мальчике. Лег на другой край кровати. Сам укрылся, закрывая глаза и старясь уснуть, но сон все не шел — перебивали разные грустно-тревожные мысли.

Устав ворочаться, Игорь осторожно встал, стараясь не разбудить Иннокентия, прошелся по комнате, остановился у окна, присел на подоконник, устало глядя на площадь перед замком, на отблески мокрого булыжника, на светящийся изнутри киоск, на редких одиноких прохожих в мокрых плащах или под такими же мокрыми зонтиками. А на дождливой площади одиноко стояла его «Королла», освещаемая рекламными огнями, которых было в избытке. Бегающие разноцветные блики давало казино «Старый рояль», расположенное прямо напротив замка, ярко желтые исходили от ресторана «Фараон», примостившегося на углу, и красные — от круглосуточного супермаркета «Квартал». Да уж, с грустью подумал Игорь, где-то кипит совсем другая жизнь, народ ходит по магазинам и казино, пьет пиво, водит женщин в рестораны… И, при мысли о женщинах, он переключился на девушку в голубом платье. И что ее потянуло работать именно в это место? — озадаченно подумал Игорь. — Здесь так много всего странного. Хотя, если подумать, то она и сама — странная.

Он снова лег, и, вспоминая их отношения, тревожные предчувствия обволакивали его.

Впрочем, мучался он недолго, усталость взяла свое, и вскоре он провалился в глубокую бездну, бесконечно падая и падая, причем почему-то — затылком вперед. И в животе вдруг похолодало и сжалось, подступая к горлу, словно он падал на самом деле.