Орландо Паис Фильо - Энгус: первый воин

Тут Айвар сделал намеренную паузу, чтобы дать слушателям вдоволь насладиться услышанным. Он явно хотел, чтобы ненависть, сжигавшая его самого, воспламенила и остальных. Но я-то понимал, что причиной, толкнувшей норвежцев на нынешнее рискованное предприятие, была не месть, а жажда завоевания новых земель и богатств. Их родина была не в состоянии предоставлять пищу и кров стремительно множившемуся народу, и все, что им оставалось, — это идти покорять новые земли, в том числе и изумрудные поля этого острова.

— И вот почему мы здесь — мы пришли мстить за Рагнара! — провозгласил Айвар. — Мы перещелкаем этих королей поодиночке, одного за другим, мы возьмем их крепости, их богатства, их женщин, мы пройдемся мечом по их святыням и искореним их проклятую веру, мы сделаем из этого острова новую Данию — и будет проклят тот, кто посмеет встать на нашем пути!

Последние слова вкупе с бесконечным элем привели пирующих в настоящее неистовство. Все заговорили одновременно, поддерживая Айвара и выказывая свою ненависть к Аэлю. А один из сидевших за нашим столом ярлов даже предложил тост во имя бога Тора и братьев Айвара и Хальфдана. Все сдвинули кубки с грохотом грома и выпили три раза подряд.

Поскольку захмелевшие вожди стали поглядывать на женщин, а некоторые даже гоняться за ними по всему залу, я поспешил приказать привести ко мне Осбургу и усадил девушку к себе на колени.

Неожиданно Хальфдан, который на первый взгляд выглядел вполне дружелюбно, но на самом деле был полон дикой злобы, обратился с вопросом к Ранду Ларсену. Между нами находился один человек из отряда Хальфдана, работорговец по имени Сван Виг. Он был ют и много лет путешествовал с племенами русов[7] на Восток. Происходил он с берегов реки Волги и жил там в большом деревянном доме, в котором и торговал на редкость красивыми рабами. Все свое свободное время он проводил, развлекаясь с наложницами на глазах у всех честных людей, как это вообще принято у русов. Этот человек ненавидел женщин, как и многие норвежские пираты, а потому, сам того не подозревая, имел немало союзников среди отряда Ранда Ларсена.

— Думаю, мы воспользуемся присутствием среди нас некоторых известных ярлов, чтобы скальды поведали нам об их подвигах. Это будет достойное развлечение. И первым пусть будет Ранд Ларсен, несравненный ярл, что не может удержаться, чтобы не броситься в битву. Его путешествие в Смоланд вместе с Вагном Бьессоном против Сига Вигватра по сей день вдохновляет скальдов по всей Норвегии. Ранд, расскажи же нам о своих приключениях в Смоланде, — попросил Хальфдан, чтобы оживить начинавшее затухать веселье пира слушанием историй о битвах недавней войны в северных странах. Ранд был уже полупьян и потому не сумел заметить иронии, прозвучавшей в предложении Хальфдана. А поскольку он ничего не знал об отношениях Свана Вига с ярлом из Смоланда, то не понял и той ловушки, что расставил ему Хальфдан. Он пьяно улыбнулся, считая, что ему предоставили огромную честь, и выпрямился на своем стуле.

— Из всех удивительных вещей, происшедших со мною в Смоланде, — начал Ранд Ларсен, — самой удивительной является история о том, как меня и почти всех бывших со мной людей спасли от неминуемой смерти Гуннар и солдаты.

— Это гнусная ложь! — выкрикнул вдруг Сван Виг, который хоть и не знал Ранда Ларсена, но отлично понял, чего добивался Хальфдан упоминанием о Сиге Вигватре. — Любой солдат стрижет свои волосы и бороду, чтобы в битве враг не мог уцепиться за них.

— Не перебивай его, Сван, — остановил викинга Хальфдан.

— Вот именно, — подхватил другой ярл. — Дай ему рассказать историю, а уж потом мы решим, ложь это или правда.

— Битва между Сигом Вигватром и мной, — продолжил Ранд, — была сугубо личной. Он прошел все мое королевство, ограбив весь Вестфолд. Тогда я поклялся, что убью его и возьму себе в жены его дочь Ингеборд, поскольку она действительно была самой красивой женщиной во всем Смоланде. Меня сопровождал мой друг и союзник Вагн Буессон на своем драккаре, было у нас и еще одно судно под командованием Гуннара. Оказавшись на территории врага, мы с удивлением увидели, как на нас несутся шесть драккаров. Мне удалось выяснить позже, что у Сига Вигватра в Вестфолде было немало шпионов, и известие о нашем нападении прибыло к нему гораздо раньше, чем наши корабли. Мы с Вагном подняли паруса и ринулись на людей из Смоланда, а Гуннар совершил предательство, пытаясь спасти свою шкуру, чем запятнал навеки свою честь, и оставил нас на растерзание врагу. Скоро суда Сига Вигватра обрушились на наши, и его люди попрыгали на палубы. Драккар Вагна оказался немного впереди нашего, он первым принял удар и первым потерпел поражение. Я еще успел увидеть, как Вагн получил удар мечом, который срезал ему нос и часть челюсти. Он обернулся на мгновение, споткнулся о свой сундук с сокровищами, где хранилась драгоценнейшая его добыча, — и выпал через планшир за борт, забрав с собой все свои сокровища.

По залу пополз приглушенный ропот; все, каждый на свой манер, заговорили о легендарных сокровищах Вагна Буессона. В этот момент мой взгляд совершенно случайно пересекся со взглядом Свана Вига, и я заметил, что, глядя прямо на меня, он меня не видит. Казалось, он блуждает где-то далеко, поглощенный теми чувствами, что кипят у него внутри. А чувства эти были не что иное, как ненависть к противникам его союзника Сига Вигватра. Ропот все нарастал, и Ранду пришлось возвысить голос, чтобы продолжить свой рассказ.

— Один из друзей Вагна, викинг по имени Сигвальд, берсеркер, сдернул с головы шлем, отшвырнул щит и голыми руками схватил обидчика Буессона за горло, чем и прикончил его без всякого оружия. Он еще долго сжимал его труп, пока другой викинг из Смоланда не отсек ему голову ударом меча. Силы врага были слишком велики, сопротивление бесполезно, и все мы сдались в плен. Сиг Вигватр заковал в цепи оставшихся в живых — всего семнадцать человек — и высадил на берег. Там нас усадили вдоль длинного бревна и заставили положить перед собой связанные руки. Скоро появился и Сиг Вигватр с топором в руках. Он подошел ко мне вплотную, поглядел мне в лицо и расхохотался: «Так ты собирался убить меня и взять в жены Ингеборд, правду я говорю, Ранд Ларсен? Но, сдается мне, что в гости к Одину теперь соберешься ты, а не я».

— Я, как видишь, пока еще жив и здоров, как и все остальные смоландцы, — ответил я ему. Тогда, чтобы показать, что меня ожидает, Сиг Вигватр выхватил из ряда Крока Синезубого, сидевшего рядом со мной. Старый Крок покинул нас, не потеряв ни крупицы своей чести, и теперь, я уверен, занимает одно из лучших мест на пиру у Одина. Потом Сиг Вигватр снова повернулся ко мне и сказал, что уступает удовольствие умертвить меня Бьоргу Вольфссону, одному из сопровождавших его ярлов. Бьорг подошел, посмеиваясь, словно собирался зарезать не человека, а барашка. Я заглянул ему в глаза, пытаясь прочитать в них свой конец, но увидел только будущее. Тогда я улыбнулся ему и снова повторил, что я еще жив.