Дарья Бойко - Клинки Стихий(СИ)

- Случилось кое-что серьезное, вот я и прибыл пораньше,- нехотя буркнул он.

Лиесса, все это время пристально разглядывающая сына, насторожилась:

- И что же?- она прищурилась.

На какое-то мгновение Аланелю показалось, что его мать все же получила каким-то образом предупреждение от ректора Эстара, ибо уж слишком подозрительным был ее взгляд. Но полуэльф быстро расслабился: по долгу службы Лиесса должна быть подозрительной и цепкой к словам.

- Много чего,- промолвил Аланель.- Думаю, не стоит об этом разговаривать при Кейре,- он покосился на кузину.- То, что я хочу рассказать, может породить в ней не слишком хорошие мысли.

- Что?!- возмутилась девочка, огорченная таким предательством брата.- Но я же видела рисунок! Я понимаю, что это что-то значит, я хочу знать обо всем!

- Пожалуй, ты прав, если уж новости твои плохи, то маленьким девочкам не стоит присутствовать при беседе,- грозный взгляд Лиессы уперся в Кейру.- Отправляйся-ка ты во дворец. Король Залибер просил передать тебе, что гортензия в королевском саду распустилась сегодня утром, и он хотел бы тебе ее показать.

- Гортензия?!- вскинулась девочка, услышав название любимого осеннего цветка.- Ура! Уже бегу!

Она подскочила с места, сразу забыв об обиде на кузена, и побежала прочь.

- Король ждет тебя у ворот!- крикнула ей вслед Лиесса. Когда хлопнула входная дверь поместья, королевская магичка обернулась к сыну:- Итак, теперь мы можем начать.

Она прошла к креслу, стоящему напротив кушетки Аланеля, и устроилась в нем. Ашисилл беззвучной тенью встал за ее спиной. Имиллина и Лиендер сели с Аланелем. Получилось немного тесно, но ничего, сойдет.

Аланель, чувствуя, что строгий взгляд матери грозится прожечь его насквозь, заговорил хриплым голосом:

- Заранее предупреждаю: все, что я расскажу прозвучит как вымысел душевнобольного человека, но это правда, надеюсь, что вы мне поверите и не высмеете, как ректор Академии Стихий.

Четыре пары испытующих взглядов приобрели заинтригованное выражение.

- Так вот,- продолжил полуэльф, немного осмелев,- все произошло, когда я собирал сумку для отправления домой...

И Аланель рассказал абсолютно все про посещение Минигиллы и Димигиана, а так же не забыл упомянуть о конфликте с ректором и уговоре с Эдором. Умолчал он лишь о письме, которое уничтожил, опасаясь, что после него мама ему не поверит.

По завершении сего длинного и, что скрывать, чудного повествования, родственники Аланеля, вопреки его мнению, не стали смеяться и сочувственно глядеть на него. Они мрачно переглянулись, и Лиесса звенящим от страха голосом выдавила одно-единственное слово:

- Началось.

Аланеля сковал животный ужас. Ибо это слово показалось ему предзнаменованием начала конца. Теперь он ожидал чего угодно: что сейчас разверзнутся хляби небесные, и мир утонет в потоках кровавого дождя; что славное поместье семьи Зингрисских взлетит на воздух, взорванное неведомыми могущественными врагами; что землю сотрясет сильнейшее землетрясение, и вся столица упадет в гигантскую трещину. Но ничего этого не было, лишь легкий ветерок из окна пошевелил невидимой рукою шторку, да коснулся вспотевшего лба полуэльфа.

Нервный смех Лиендера заставил всех вздрогнуть.

- Есса, ты уверена?- осведомился он, отсмеявшись.- Мне казалось, что ты давно забыла слова Димигиана.

- Я ничего не забыла,- покачала головой Лиесса и невольно положила ладонь на живот, словно защищая его.- Во-первых, даже если бы я это и забыла, то пророчество осталось. А во-вторых, если все россказни Бога Огня были неправдой, то зачем ему было сводить меня и Аша?

- Мама, ты о чем?- Аланель не мог вникнуть в суть этого странного обмена репликами.- Какое пророчество и причем здесь Димигиан?

Лиесса вновь переглянулась с остальными, будто решая посвящать сына в эту тайну или оставить все при себе. Она, скривив губы, проговорила:

- Помнится, в детстве ты любил читать Хронику Огненного проклятья, написанную мной. Как ты знаешь, это важный исторический документ и все описанное там происходило на самом деле и предшествовало твоему появлению на свет. Однако дело вот в чем: я многое утаила, когда писала Хронику,- магичка негромко рассмеялась, прикрыв глаза.- Очень много я утаила. Но ты должен знать обо всем: с твоим отцом я познакомилась не в придорожном трактире, а в Долине Огня, куда нашу команду отправил Димигиан; пророчество было снято самим Димигианом после долгого разговора с нами, а не потому, что мы уничтожили ядро проклятья, кое нашли в так называемой обители; существовало пророчество, что однажды в мире Делес будут двое - дитя эльфов и ребенок магии и что от этого союза родится Избранный, который остановит Темное время. Это ты.

Аланель был столь же поражен, сколь и обижен. Еще при самом поступлении в Академию, когда выяснилось, что он обладает силой всех четырех Стихий, в душе полуэльфа начались зарождаться подозрения, что родители слишком много от него скрывают. Теперь же это подозрение переросло в обиду. Уголком сознания он, конечно, понимал, что все это делалось ему во благо, но все-таки как неприятно было, когда все эти пренеприятные открытия происходят в столь короткий промежуток времени, как год.

- Почему все это выясняется только сейчас?- совладав с собой, спросил Аланель.- Почему вы мне ничего не рассказали раньше?

Ашисилл отвел взгляд, чтобы не видеть осуждающих очей своего сына. Лиесса же продолжала смотреть Аланелю прямо в глаза.

- Мы были не до конца уверены во всем этом,- призналась она.- Но теперь, когда тебя посетили Димигиан и Минигилла и велели найти Клинки Стихий, мне становится понятно, что те давние слова Бога Огня подлинны и не имеют ни капли лжи. Тебе надо отыскать эти Клинки, как бы не был против Эстар. Детали обсудим позже. Сейчас мне любопытно, о каком рисунке говорила Кейра.

- Ах, да!- воскликнул Аланель - за время разговора он уже успел подзабыть о том зловещем послании.

Полуэльф быстро метнулся к столу, достал из ящика рисунок и преподнес его матери. Та его осмотрела расширившимися глазами, нахмурилась и передала в руки брату. Он в свою очередь тоже оглядел рисунок, присвистнул от изумленья или даже, скорее всего, от шока, и отдал жене. Имиллина вскрикнула, прижала ладонь ко рту. Листок полетел на пол.

- Это он!- вырвалось у всех троих.

Ашисилл нагнулся, подобрал рисунок, и лицо его недоуменно вытянулось.

- Откуда Кейра узнала об Орминасе и его мече?

- Она не могла нарисовать такого. Этот рисунок кем-то подкинут,- негромко заметила Имиллина, вступившись за дочь.

- Тогда откуда это?- продолжал удивляться Ашисилл.