Александра Руда - Ола и Отто 2

Ознакомительный фрагмент

— Нет, — ответила я с завистью. Моих кухонных усилий на борщ никогда не хватало.

— Это хорошо, — обрадовался Ряк, продолжая завтрак. — А что ты натворила в Рорриторе?

У меня похолодело где-то в кишках.

— А что?

— Тамошние приехали вчера и такое рассказывали! Будто ты голыми руками разорвала десяток зомби. Наши, конечно, усомнились, но рорриторцы в показаниях не расходились.

— Ряк, а ты недавно в участке городской стражи отсидел?

— Откуда ты знаешь?

— Да так, — улыбнулась я. — И что практики?

— В общем, ребята решили у тебя сегодня все подробности выяснить. Сама понимаешь, ведь это же рорриторцы рассказали! С одной стороны, врать они не будут, но с другой стороны…

Я все понимала. Студенты из Рорритора для наших практиков были недосягаемыми идолами. Ведь даже самый паршивый тамошний первокурсник имел за плечами хотя бы одну боевую вылазку! А наши изучали повадки нежити в основном на лабораторных образцах, несчастных и затурканных нелегкой подопытной жизнью.

Когда я явилась в мастерскую, там уже поджидали первые любопытствующие. Они вежливо поздоровались, не сводя с меня глаз и шушукаясь между собой. Отто приобнял меня за талию и прошептал:

— Что происходит?

— Рорриторцы вчера приехали и рассказали, как я зомби уничтожила. Вот практики и явились узнать подробности.

— Ага, — обрадовался полугном. — Зависть давит! Сами-то небось… Хе-хе… Ничего им не говори.

— Что ты придумал?

Отто поднял вверх палец:

— Любая информация денег стоит!

— Ладно тебе! Не будут они за такую ерунду платить.

Полугном хитро улыбнулся и приступил к работе.

Практики молча понаблюдали за нашей работой какое-то время и не выдержали:

— Э-э-э, Ольгерда!

— Что, ребятки, артефакты нужны? — спросил Отто. — Мы быстро, вы только закажите.

— Да нет, мы тут у Ольгерды хотели спросить, а правда ли что она в Рорриторе десять зомби одним махом уничтожила?

— Не одним махом…. - начала я, но Отто меня перебил:

— Знаете, когда Ола голодная, она такая неразговорчивая! Вы тут спрашиваете, а девушка, между прочим, еще не обедала!

— Какой обед? — удивились практики. — Утро же?

— Значит, не завтракала!

Студенты посмотрели на меня с сомнением. Я, недавно съевшая две миски гречки с колбасой, попыталась изобразить муки голода. Видимо, это получилось неубедительно, потому что один из практиков, пошарив в кармане, достал медную монетку и протянул ее Отто.

— Что? — возмутилась я. — Да я даже пива себе на эти деньги купить не смогу! Не то, что поесть.

— Ты не выглядишь сильно голодной, — объяснил студент.

— Я на последней стадии отощания, — взыграла у меня жадность. — Вам предъявить мои ребра, как доказательство?

Практики радостно закивали.

— Э, нет! Так дело не пойдет! — обломал их надежды полугном. — За стриптиз еще бы доплатить!

— Какой стриптиз? Она сама предложила.

— Вот видите! У нее от голода вообще ум за разум заходит! Разве может приличная девушка предложить такое бесплатно?

— Как раз приличная девушка такое бесплатно и предлагает, — заикнулся рыжеволосый студент.

Отто фыркнул с таким видом, будто был матерью-настоятельницей монастыря девственниц.

— Нам не о чем с вами разговаривать!

— Эй, — возмутился хозяин медяка. — Верни монетку!

Полугном прикинулся глухонемым и повернулся к наковальне.

Практики вполголоса нецензурно выразили к нам свое отношение и ушли.

— Вот видишь, — сказала я. — Мы теперь ничего не получим вообще! Не надо было жадничать.

— Ничего! — отмахнулся полугном. — Мы только интерес подогрели.

Он оказался прав. За время нашей работы в мастерской заглянуло еще несколько жадных делегаций и одна не очень жадная. Ссыпав в карман мелочь, принесенную не очень жадными студентами, Отто важно ответил:

— Да.

— Что «да»?

— Вы спросили, правда ли то, что Ола в одиночку убила десять зомби. Я и ответил: да, правда.

У практиков загорелись глаза.

— А как?

— Что-то горло пересохло, — сказала я.

Практики злобно посмотрели на нас и попробовали схитрить:

— Ну и не говорите! Мы сами все у рорриторцев узнаем.

— Узнавайте, — пожал плечами Отто. — Но с зомби сражалась Ола и только она знает все подробности.

Практики долго совещались, но ушли, так ничего нам не добавив.

— Отто, — сказала я. — Что ты несешь? Какие подробности? Я не помню ничего, кроме ужаса и того, что надо бежать, чтобы успеть начертить чертеж, а потом мне руку вывихнули, а потом я заклинание забыла…

— Видишь, сколько ты всего помнишь! А все остальное можно придумать!

Когда мы заявились на пары, то в Университете нас ждали заинтересованные взгляды и шепотки за спиной. Как назло, мы натолкнулись на Профессора Партика, моего преподавателя некромантии.

— Ольгерда! — обрадовался он. — Я слышал, вы в Рорриторе отличились! Почему вы мне ничего не рассказали? Я знал, я всегда знал, что у вас большой некромантский потенциал! Я знал это еще тогда, когда вы сдали блестящую практическую работу по некромантии! Она до сих пор у нас на кафедре служит образцом для студентов. Вы бы не хотели поменять специализацию?

— Нет, Профессор! — сказала я. — Извините, нам надо идти.

— Хороший у тебя некромантский потенциал, — не удержался Отто. — В Рорриторе сейчас диссертацию пишет. Будешь писать письмо, не забудь упомянуть, что практическая, которую он написал, до сих пор популярна. Ему будет приятно.

— Многие работы Ирги служат образцом для студентов, — огрызнулась я. — И ничего страшного, если одна из них подписана моим именем. Я, между прочим, за эту практическую могилу копала.

— Ты точно не хочешь сменить специализацию? — продолжал издеваться полугном. — Представь, семейка некромантов! Можно романтические вечера устраивать, не отходя далеко от работы. Тихое кладбище, красивые надгробия, вы с вином и розочками удобно расположились в чьем-то склепе…

— Ты не пробовал романы писать? — разозлилась я. — Тебя ждет блестящая карьера!

— Ладно, ладно, — примиряющее сказал Отто. — Пойдем лучше к Бефу, узнаем, что нам делать. Вдруг твоя битва с зомби — это государственная тайна?

— Ты эту государственную тайну продать хотел совсем недавно.

— А зачем еще нужны государственные тайны, как не для продажи? — удивился полугном. — На чем тогда зарабатывать бедным госслужащим?

— Тебе однозначно нельзя работать в государственных структурах, — сделала я вывод, стуча в двери кабинета Наставника.