Павел Мороз - Восхождение пламени

Ознакомительный фрагмент

– Но если все же такой человек найдется, то я лично готов просить Архимага о досрочном экзамене. Ведь такому гению здесь делать нечего – на самом деле, основное время обучения занимают медитации и практические занятия для развития Дара. Начиная с первой медитации и на протяжении следующих пяти-семи лет – период наиболее активного развития Дара, а затем этот процесс замедляется в несколько раз, именно поэтому так важно уделять как минимум по шесть часов в сутки на медитацию, если не хотите остаться никчемными слабаками. А теорию на уровне выпускника вполне реально освоить за месяц – для рунной магии и полтора-два года – для стихийной.

– Так нам что же, придется каждый день медитировать? Но это же скучно!

В разговор начали включаться все больше и больше людей. Последняя фраза принадлежала вихрастому подвижному парню. Слово «проказник» как нельзя лучше подходило этому персонажу.

– Ничего не поделаешь… В начале всем приходится медитировать очень много, но если вы разовьете свой Дар достаточно, чтобы создавать боевые заклинания, то можно тренироваться и так. Постоянно создавая заклинания и опустошая ядро, вы будете развиваться даже быстрее, чем при медитации. Вернее, время медитации сократится до двух-трех часов в день – для восстановления потраченной энергии. Правда, есть у этого способа и несколько минусов: такие тренировки жутко изматывают мага физически и на долгое время он остается практически беспомощен.

– Нельзя ли как-то ускорить рост Дара? Ведь есть же зелья, ускоряющие рост мышц, может…

Гном поморщился:

– Способ есть… – Было видно, что рассказывать об этом наставник не хочет. – Светлые эльфы торгуют одним зельем, называется вирар. Оно ускоряет рост Дара… но и у него, конечно, есть несколько недостатков. Во-первых, цена – золотой империал за дневную дозу, причем принимать вирар необходимо каждый день. Во-вторых, если прекратить принимать зелье хотя бы на три дня, то Дар безнадежно деградирует и вчера еще могучий чародей будет не способен даже свечу зажечь. Выводы делайте сами… Ладно. – Трор хлопнул ладонями по столу, поднимаясь на ноги. – Хватит вопросов. Идите за мной, пора приступать к практическим занятиям.

Вопреки моим ожиданиям, зал для практических занятий оказался не угрюмым глухим подвалом, расположенным глубоко под зданием Академии, а самой обычной комнатой, не отличимой от сотен таких же, если бы не отсутствие мебели. Усадив всех на ковре в три ряда в позу пирамиды (ноги скрещены, спина выпрямлена, глаза закрыты, руки свободно и расслабленно лежат на коленях), наставник, неторопливо прохаживаясь между рядами, начал объяснять нам принципы передачи энергии из источника магического Дара к заклинанию из десяти рун, начертанному на лежащем перед каждым листе бумаги.

Уже спустя минуту я внутренним взором увидел тонкую, с волос, нить Силы, соединившую мое сердце с центром рунного круга. Я как-то незаметно для себя отстранился от мира и потерял счет времени… Происходящее вокруг отошло на второй план. Но в то же время я отчетливо видел и слышал все, что происходило в комнате, даже за спиной. Такого полного и четкого видения мира у меня не было еще никогда.

– Не получается…

– Ого! Смотрите, оно светится…

– А у меня вспышка…

– Молодец, – похвалил гном сидевшего в последнем ряду паренька, кстати, того самого «активиста», задававшего больше всех вопросов.

Постепенно, один за одним, все мои одногруппники закончили тестирование, и я остался в одиночестве.

– Что он так долго? – спросила возмущенным шепотом тощая, с нездоровым цветом лица и стянутыми в хвост на затылке волосами девица у своей маленькой и пухлой соседки, над которой возвышалась на две головы. – Если нет Дара, сколько ни сиди, все равно ничего не высидишь. Впрочем, чего еще можно ожидать от навозника? – фыркнула стервочка.

Похоже, я окончательно спустился в иерархии группы на самое дно. Ничего, переживу! Чего бы действительно не хотелось, так это опаздывать на следующую пару (одногруппники уже покидали зал). Что там у меня, травничество, кажется? И пусть я довольно хорошо разбираюсь в изготовлении различных мазей и эликсиров, помогающих при травмах, ограничиваться только этой узкой областью не стоит.

Но, к моей радости, огненный шарик Дара перед моим внутренним взором начал тускнеть, истощаясь, и уже спустя минуту совсем исчез, оставив после себя только пустую оболочку-тень. Последняя капля Силы перетекла в руны. Я открыл глаза и распростер ладонь над листом, мысленно приказав заклятию активироваться, как и учил гном.

Дрослир, до того напряженно наблюдавший за моими действиями, в удивлении выпучил глаза и с невероятной для своих коротких ножек скоростью, подбежал ко мне. Рунный круг в это время засветился ярким светом, подернулся светящимся туманом, и из его центра на высоту человеческого роста поднялся тонкий столбик света, в мгновение разросшийся до самых краев круга… и тут же осыпавшийся искрами.

– Молот мне в зад! – прохрипел коротышка ошарашенно, словно ему дали любимым молотом по черепу, с силой дергая себя за короткую (для гнома, конечно) бороду и выдирая клок черных волос. – Невероятно! Клянусь бородой Подгорного Хозяина, это невозможно!

Я скромно молчал, стремительно, как рыба-пузырь на берегу, надуваясь от собственной значимости. Знай наших!

– Ты почти активировал заклинание! – Рыбка резко сдулась. – Ты уже где-то учился? – Коротышка подозрительно прищурился.

– Нет.

– Ты хочешь сказать… у тебя такой сильный Дар от рождения?!

Я кивнул.

– Так… Когда испытываешь сильные чувства… Дар как-то проявляется?

– Да. Меня и из деревни вытурили за постоянные пожары… – нехотя признался я.

– А как у тебя с эмпатией? – спросил гном какую-то чушь. Поиздеваться решил, недомерок?!

– Чего?

– Ты когда-нибудь чувствовал то же, что и другие люди? – терпеливо разъяснил Дрослир.

– В последние пару месяцев постоянно, с некоторыми даже говорить не могу – противно (чужие эмоции были подобны разноцветным светящимся запахам, а я стал собакой с великолепным нюхом – негативные эмоции, даже запрятанные глубоко-глубоко внутри, пахли очень неприятно, и это еще мягко сказано). А девушки… э-э…

Наставник понимающе кивнул, и я обрадованно заткнулся. Не рассказывать же, что от большинства бывших подружек меня стало откровенно воротить… Хотя не от всех, конечно. Были среди них и нормальные, с чьими недостатками мой «нюх» смог свыкнуться, пусть и далеко не сразу. Амбар старосты тому доказательство.