Алан Аюпов - Саньяси

— Ладушки. Тогда поедем.

Я махнул проносящимся по дороге машинам. Одна из них лихо подрулила к бордюру. Ещё через полчаса мы сидели у фонтана в городском саду и вели странную беседу.

— Зачем Вам понадобилась эта конспирация? — Спросил я.

— Я слышала Ваш разговор с Иской Нюмовной.

— и что?

— У меня нет сестры, и никогда не было. — Едва слышно произнесла девушка.

Я оторопел. Такого поворота событий не предусматривалось никакими правилами. Не зная, что говорить, я спросил:

— Вы хотите сказать, что Иска Нюмовна врёт?

— Да. — Просто согласилась Зассиль.

Это никак не укладывалось в моей голове. Во-первых, зачем Иске Нюмовне врать? Во-вторых, какое ей дело до моих похождений?

— Вы не знаете Иску Нюмовну. Поверьте, то, что Вы видите, это совсем не то, что есть на самом деле.

— Вы хотите сказать, что она представитель МОССАДа? — Усмехнулся я.

— Нет, конечно. — Улыбнулась и Зассиль. — Но она не тот человек за кого выдаёт себя.

— Зассиль, послушай. — Перешёл я на "ты". — Пожилая женщина. Ей уже лет за восемьдесят, не меньше!..

— Восемьдесят три. — Уточнила девушка.

— Ладно, пусть будет восемьдесят три. — Согласился я. — Тем более. Насколько я понял, её волнует судьба твоей сестры.

— У меня нет, и никогда не было сестры. — Твёрдо и безоговорочно заявила Зассиль.

— То есть как?! — Я опешил.

— Очень просто Я детдомовская. — Она посмотрела на мой одурелый вид, и добавила: — Мне неизвестна вся подноготная моего рождения, но Иска Нюмовна забрала меня из родильного дома и передала на воспитание бездетной семье. Там я и выросла. Поэтому Иска Нюмовна называет себя тётушкой. Возможно, она на самом деле является тётушкой, а может просто по ассоциации. Не удивляйтесь. Про Ваши похождения, скорее всего, тётушка узнала от одного из посетителей, с которым она имела достаточно долгую беседу за совместным обедом в нашей столовой. Не там, где все обедают, а в домашней.

— Так! Значит, к вам пришёл некий человек, долго беседовал с Иской Нюмовной, и что?

— Ничего. — Пожала плечиками девушка. — Я ведь всего разговора не слышала. Поэтому ничего сказать особенного не могу. Но, судя по тому, что сегодня услышала перед обедом, поняла, что за Вами идёт охота.

— Это как?

— Да так. Этот гражданин передал тётушке карточку. Как Вы думаете, сколько там оказалось денег?

— Ни чего себе!!! Тебе удалось даже это?

— Проблема! Зная код и прочие данные, мне не доставило большого труда выяснить такие мелочи. Снять, конечно, я не могла, да и не рискнула бы, а вот на сумму было любопытно взглянуть. Я ведь тогда ещё не знала, о ком шла речь?! — Она немного помолчала, потом продолжила. — Сумма там была не малая, около двух тысяч евриков.

Я задумался. Ситуация представлялась в абсолютно ином свете. Ничего противозаконного за мной не числилось. Никого не насиловал, не убивал, не грабил, даже банки, хоть и мог это сделать. Но мой жизненный принцип всегда был и остаётся — ненасилие. Всё должно быть по обоюдному согласию. Так что с этой стороны мной заинтересоваться было некому. Криминальные авторитеты марку держали и не позволили бы своим шестёркам так далеко лезть в их дела. Да и не знал я ни одного авторитета, кроме президента, разумеется, если его можно так назвать. Для спецслужб я вообще никто. У них спецы и покруче меня имеются. Никакими сверхъестественными способностями я не обладал. Да и не верил я в них. Откуда им взяться?! В общем, куда не копни, зацепиться было не за что.

— А вот это!.. — Она открыла сумочку, немного там покопалась, достала оттуда конверт и протянула мне. — Я, откровенно говоря, украла.

Из конверта выпала фотография, на которой очень хорошо смотрелась давешняя водитель троллейбуса, расслабленно лежащая на широкой софе, в полном неглиже, с торчащими вверх сосками грудей, ярко выделяющимся тёмным лобком на совершенно белом фоне кожи, со слегка разведёнными в стороны ногами. А рядом, укрывшись до пояса простынёй, герой сегодняшних событий собственной персоной. А вот это уже было плохо!.. Очень плохо!.. Снимали сверху, с потолка. Ракурс был выбран великолепно, только в фокусе оказался не я, а моя напарница.

— Я понимаю Вашу задумчивость, — нарушила тишину девушка, — только помочь вряд ли смогу. Я больше ничего не знаю. А предполагать могу всё, что угодно. Как и Вы.

— Так ты хочешь сказать, что никакая Малка или Мила к вам в ресторанчик не заглядывала? — Спросил я, судорожно пытаясь сообразить, что же делать дальше?

— именно это я и хочу сказать.

— Зато заходил некий субъект, который интересовался мной и подал Иске Нюмовне всю информацию обо мне. В том числе и эту фотографию?

— Точно так.

— Тогда почему Иска Нюмовна представила тебя сестрой этой самой Малки? Почему позволила украсть фотку? Ведь это улика… Это страшная улика.

Девушка неопределённо пожала плечами.

— Откуда я знаю? Возможно, предполагалось, что я не пойду на контакт с Вами. Возможно, наоборот, хотела, чтоб Вы узнали об этом, но не из её уст. Выбирайте нужное сами.

— Да! Ну и задачку ты мне задала!.. — Я сунул фотку в карман и растёр лицо руками. — Ну что ж, придётся принимать предложение Митьки.

— извините, но я не знаю, что Вам предложил этот самый Митька.

— Неважно. — Отмахнулся я, доставая мобильник.

Девушку я проводил почти до самых дверей дома. Поймал такси и рванул на окраину города в одно незаметное заведение, где был выход в Интернет. Надо было навести некоторые справки. Образовывающаяся ситуация мне решительно не нравилась. Что-то здесь было не то. На кой иске Нюмовне играть в эти игры? Зачем втянула сюда Зассиль? Или это девушка сама устроила всё это? Зачем? Только для того, чтобы переспать? Бред… Можно найти миллионы разных способов договориться, не усложняя себе и другим жизнь. Нет, здесь явно что-то было не то.

На следующий день я посетил Семёна Ивановича и попросил отпуск за свой счёт недельки на две. Заявление мне подписали, но с каким-то неудовольствием. Тут я был немало удивлён, узнав, что буквально несколько минут назад директор вынужден был подписать такое же заявление Маше.

— Что это Вы надумали в самый разгар работы отдыхать? — Спросил он.

— А когда же отдыхать, если не летом? — Удивился я. — На Вашем месте я бы радовался, что в самом начале, а не в разгар сезона.

— Спасибо, утешил. — Усмехнулся директор, подписывая заявление. — Вместе, что ли едете?

— Простите? Куда?

— Откуда я знаю, куда?!

— Хм. Я никуда не уезжаю. Возьму палатку и отбуду в дикие края. Без свидетелей.