Гленда Ларк - Запах Зла

– Проклятие! Блейз, они обнаружили, что ты сбежала. Нужно побыстрее отсюда сматываться.

Еще не договорив, она кинула мне мою сумку, и я невольно выпустил поводья, чтобы ее подхватить, а Блейз протянула цирказеанке руку, чтобы помочь ей забраться на селвера.

– Эй! – запротестовал я. – Что это вы затеяли?

Не обращая на меня внимания, Флейм уселась позади меня, а Блейз схватила поводья и ударила селвера пятками.

В этот момент из-за угла здания выбежали с полдюжины стражников, возглавляемые торопливо ковыляющим на своих дурацких котурнах жрецом. Все стражники были вооружены пиками; к счастью, ни у одного из них не оказалось лука. Селверы – крупные и сильные животные, но трое всадников, двое из которых к тому же такие великаны, как я и Блейз, – это было чересчур. Скандор замотал головой и уперся всеми четырьмя ногами. Жрец завопил, чтобы мы не двигались. К моему ужасу, это был тот самый жрец, которого я повстречал в гостинице. Бежавший впереди стражник, размахнувшись, кинул в нас пику… а поводья были не у меня – их держала эта проклятая полукровка.

Ей удалось развернуть Скандора, и пика пролетела мимо. Я выставил ногу и ударил подбежавшего стражника в грудь. На мгновение наши глаза встретились; стражник не удержался на ногах и покатился по земле. Из-за толчка мы все трое едва не потеряли равновесие и чуть не свалились с селвера. Блейз подтянулась в седло, ухватившись за луку, и втащила меня – клянусь небесами, ну и сильна же она была! Я вцепился в Флейм и ее тоже посадил прямо.

К этому моменту стражники уже почти окружили нас, а Скандор все не желал трогаться с места…

– Флейм! – рявкнула Блейз. – Сделай что-нибудь, ты, напичканная силв-магией идиотка! – Чего она ожидала от однорукой цирказеанки, я не мог себе представить. Сама она продолжала дергать за поводья, пытаясь заставить Скандора двинуться вперед. – А ты, рыжеволосый-как-тебя-там, – продолжала она вопить, – вытащи мой меч!

Следующий стражник уже готов был ударить нас пикой. Я попытался извлечь меч из ножен за спиной у Блейз. Он был слишком длинным. Мне удалось это сделать, только привстав на стременах, а сначала еще нужно было вытряхнуть из них ноги Блейз. Я чуть не выронил оружие, не сразу поняв, что управляться с ним можно только двумя руками, и тут же едва не отсек голову сначала Блейз, а потом себе. Даже и справившись с мечом, я совершенно не представлял себе, что с ним делать, и только неуклюже махнул им в сторону стражника. Я, может быть, и не выглядел грозным, но меч-то выглядел, и стражник отскочил.

Блейз извернулась и выхватила у меня меч, проклиная мою неумелость в таких выражениях, что у меня загорелись уши. Потом без всякого усилия, казалось, она взмахнула клинком, целясь не в стражников, а в жреца, который пытался повиснуть на поводьях селвера. Я закричал, пытаясь ее остановить, но тут же понял, что недооценил Блейз: она не собиралась убивать жреца, а с замечательной ловкостью – Скандор в этот момент как раз начал разворачиваться – рассекла ленту, удерживавшую на голове жреца его смешную шляпу. Шляпа свалилась как раз под копыта Скандору. Блейз расхохоталась, а жрец побагровел и от ярости лишился способности говорить.

К этому времени стражники окружили нас, и хотя Скандор наконец решил, что ему лучше начать двигаться, вырваться из круга нацеленных на нас пик он не мог.

– Схватим их со всех сторон разом! – закричал кто-то из стражников.

Однако неожиданно – без всякой, на мой взгляд, причины,– все феллиане замерли как вкопанные, и на лицах их отразилось изумление, а потом и страх. Из-за угла здания выбежали еще несколько стражников, и они с разбегу врезались в тех, что окружали нас. В воздухе разлилось благоухать – сильное и дразнящее. Пачули? Я не мог определить, вспомнил только, что ощущал этот аромат в гостинице. Откуда ни возьмись появился тот неуклюжий пес, что нападал на священнослужителя на площади; когда он начал хватать за ноги стражников, хаос еще увеличился. Потом пес занялся шляпой жреца. Один из стражников попытался ударить его мечом, но поднятый клинок так и не опустился. Стражник непонятно почему побледнел и выронил оружие. Блейз в конце концов удалось справиться со Скандором, и селвер, растолкав остолбеневших стражников, побежал прочь. В последний момент Блейз наклонилась и кончиком меча подцепила с земли шляпу жреца. Так мы и скакали с ней по улице, как со знаменем поверженного противника. Под нашим весом Скандор даже не запыхался. Оставшиеся позади стражники и жрец растерянно смотрели нам вслед.

– Что они увидели? – заинтересованно поинтересовалась Блейз.

– Ничего особенного, – ответила Флейм. – Я просто скрыла нас в тумане, а потом добавила пожар и парочку чудовищ. Вполне достаточно, чтобы мы смогли беспрепятственно смыться. – Она вздохнула. – Я только что снова нарушила закон: ни один суд не сочтет это оправданным применением магии.

Яничего не понял и уже открыл было рот, чтобы задать вопрос, но сообразил, что не знаю, что сказать. Блейз отбросила шляпу передала мне меч, чтобы я снова сунул его в ножны. Почему-то это оказалось даже труднее, чем извлечь его: я порезался сам и уколол острием Скандора, который обернулся и возмущенно фыркнул, а Блейз ударил рукоятью по голове.

– Проклятие, Блейз, – раздраженно бросила Флейм, – что это тебе приспичило играть со шляпой этого проповедника? Нас могли убить, пока ты развлекалась.

– Он приказал своему приспешнику ударить меня дубинкой, Флейм, а потом кинул в тюрьму. Можешь мне поверить: я испытывала искушение еще и не так разделаться с этим лицемерным выродком. – Блейз оглянулась через плечо и усмехнулась. – Ты видела, какое у него было лицо, когда мы уезжали?

Флейм хихикнула. Я почувствовал, что оказался в компании двух умалишенных, сбежавших из местного сумасшедшего дома.

Я дождался, пока от погони нас стало отделять приличное расстояние, перехватил у Блейз поводья и остановил Скандора. Мы миновали спуск к реке, и сумерки наконец сгустились. Мимо прошел фонарщик, и на столбах закачались, мигая, масляные фонари. В этот час большинство горожан сидели дома за вечерней трапезой, и нас как будто никто не видел – если не считать все того же щенка-переростка, который теперь обнюхивал ноги селвера.

– В чем дело? – оборачиваясь в седле, спросила Блейз.

– Слезайте, – едва сдерживая гнев, бросил я. – Слезайте обе.

– Хорошо, – ответила она, – только нельзя ли нам сначала проехать немного дальше? На мой вкус, мы еще слишком близко от этой кучи навоза – бюро по делам религии и закона.

– Слезайте, – холодно повторил я. – Просто слезайте и оставьте меня в покое.