Родерик Гордон - Туннели

«Как тихо… и спокойно, — подумала она. — Вот бы так было всегда». Девочка стояла неподвижно, как будто в трансе. Наконец она глубоко вдохнула через нос, на несколько секунд задержала дыхание и выдохнула через рот.

Наверху кто-то глухо кашлянул. Ребекка возмущенно поглядела в сторону лестницы. Момент был испорчен.

— Как же мне все это надоело, — проговорила она.

Ребекка сняла цепочку на входной двери и ушла в гостиную. Окна не были зашторены, и она могла наблюдать за садом, усыпанным пятнами серебристого лунного света. Не сводя глаз с сада, Ребекка опустилась в кресло миссис Берроуз и откинулась на спинку. Так она, окутанная шоколадной темнотой, сидела до самого утра, наслаждаясь одиночеством. И наблюдая.

Глава 8

Доктор Берроуз никак не мог навести порядок в витрине с пуговицами у окна. Нужно было добавить к неровным рядам пластиковых, перламутровых и эмалевых пуговиц новые — позеленевшие латунные армейские пуговицы различных полков, недавно поступившие в музей. Доктор начинал сердиться, потому что новоприбывших из-за петель сзади никак не получалось ровно уложить на сукно — они то и дело норовили перекатиться. Он устало и раздраженно вздохнул. На улице засигналил автомобиль, и доктор машинально поднял голову на звук.

Краем глаза доктор заметил на другой стороне дороги человека в кепке, длинном пальто и — несмотря на то, что день был пасмурный, — в темных очках. Это мог быть тот, с кем доктор столкнулся у магазина, но точно он бы не сказал, ведь все «люди в кепках» были очень похожи друг на друга.

Чем же его так притягивали эти люди? Доктор Берроуз чувствовал, что в них есть что-то особенное, что-то чуждое — они как будто вышли прямиком из другого времени, быть может, из георгианской эпохи, если судить по покрою пальто. Для него эти люди были живой историей — как кистеперая рыба, попавшаяся в рыбачью сеть, или даже нечто более редкое и удивительное…

Доктор Берроуз был всерьез заинтригован. Поведению загадочных людей должно было найтись рациональное объяснение, и доктор решительно вознамерился найти его.

«Что ж, сейчас вполне подходящий момент», — вдруг подумалось ему.

Оставив витрину с пуговицами, доктор Берроуз устремился к выходу из музея. Когда он запер за собой дверь и осмотрелся, «человек в кепке» шел по Центральной улице. Держась на почтительном расстоянии, доктор последовал за ним.

Вслед за незнакомцем он повернул на улицу Дизраэли, перешел дорогу и повернул направо на улицу Гладстона сразу после старого монастыря. Доктора отделяли от преследуемого около пятнадцати метров. Вдруг «человек в кепке» резко остановился, развернулся и посмотрел прямо на доктора.

Доктор Берроуз увидел, как в стеклах очков незнакомца отразилось небо, и у него почему-то по спине пробежали мурашки. Понимая, что игра окончена, доктор быстро отвернулся и присел, сделав вид, что завязывает отсутствующий шнурок. Не вставая, он осторожно посмотрел через плечо, но загадочный человек уже исчез.

Вертя головой по сторонам, Доктор Берроуз будто безумный, пошел, потом побежал к тому месту, где стоял незнакомец. Там он заметил узкий проход между двумя невысокими домами. Как ни странно, доктор никогда раньше не обращал на него внимания, хотя часто бывал в этом квартале. Из-за арочного свода проход напомнил доктору туннель. Свод шел до конца стен; проход продолжался еще несколько метров, но уже без крыши. Доктор Берроуз заглянул внутрь, но в темноте было трудно что-либо различить. Только в конце прохода виднелась глухая стена. Тупик.

Доктор еще раз обвел глазами улицу. Так быстро незнакомец мог исчезнуть только здесь. Глубоко вздохнув, доктор шагнул в проход. Он осторожно продвигался вперед, понимая, что тот человек может поджидать его в темноте. Постепенно его глаза привыкли к темноте, и он увидел валяющиеся на брусчатке по всему проходу размокшие картонные коробки и молочные бутылки, большей частью битые.

Наконец арочный свод кончился, и доктор с облегчением вышел на свет. Проход упирался в стену трехэтажной фабричной постройки. Справа и слева возвышались садовые ограды. Окна в здании были только на верхнем этаже, так что туда незнакомец никак попасть не мог.

«Куда же он делся?» — подумал доктор Берроуз, разворачиваясь лицом к улице. Там, вдалеке, проехала машина. Ограда справа от него дополнялась решеткой высотой в метр. Перелезть через нее было практически невозможно. Слева же такой преграды не наблюдалось, так что доктор спокойно мог заглянуть в одичавший садик, заваленный пластмассовыми тарелками с темно-зеленой дождевой водой.

Доктор Берроуз беспомощно посмотрел на это частное болото. Он был готов сдаться, но вдруг передумал. Он решительно перебросил через ограду портфель и неуклюже полез через нее. Приземлился он не так удачно, как рассчитывал, и задел одну из тарелок, промочив весь рукав. Доктор встал на ноги, тихо выругался и начал отряхиваться.

— Черт! Черт! Черт! — пробормотал он сквозь стиснутые зубы, услышав, как у него за спиной скрипнула дверь.

— Эй, кто здесь? Что случилось? — спросил встревоженный голос.

Доктор обернулся и увидел седоволосую женщину, стоявшую в дверях. У ее ног сидели три кошки, созерцавшие его с типичным кошачьим безразличием. Судя по тому, как женщина рассматривала его, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону, видела она плоховато. Одета она была в цветастый домашний халат. Доктор заключил, что ей не меньше восьмидесяти.

— Э-э… Позвольте представиться, Роджер Берроуз, — сказал он, не зная, как объяснить свое появление. Выражение лица хозяйки тут же изменилось.

— Ах, доктор Берроуз, как мило, что вы заглянули! Какая приятная неожиданность!

Для доктора это стало не меньшей неожиданностью.

— Э-э… Что вы, что вы… — сбивчиво проговорил он. — Благодарю…

— Знаете, нам с кошечками тут бывает одиноко… Не желаете чаю? Чайник только что вскипел.

Не найдя что сказать, доктор Берроуз кивнул.

Женщина развернулась, и кошачий эскорт умчался на кухню.

— С молоком и сахаром?

— Да, спасибо, — ответил доктор. Он стоял у входа на кухню, пока хозяйка суетилась, доставая чашки. — Простите, что явился без предупреждения, — сказал он, чтобы заполнить паузу. — Спасибо, вы очень любезны.

— Нет, это вам спасибо. Это вы были со мной очень любезны.

— В самом деле? — пробормотал доктор, лихорадочно пытаясь вспомнить, кто же это такая.

— Да, вы написали мне такую чудесную записку. Вижу-то я уже плохо, но мистер Эмберс прочитал мне ее вслух.

Все встало на свои места. Доктор Берроуз вздохнул с облегчением.