Ольга Багнюк - Возвращение в Алмазные горы

Ознакомительный фрагмент

— Много раз, мастер магистр. В том числе и вы.

— Думаю, мы спустились достаточно глубоко, можно передохнуть.

— Достаточно глубоко для чего?

— Это уж сама могла понять, — скривилась Регина. — Для того чтобы оторваться от возможной погони.

Магистр вынула из сумки плащ, расстелила его на влажных камнях, устраиваясь на привал.

— Настоятель боится потерять свое место председателя Совета магов империи. Он поступил несколько опрометчиво, — Регина удрученно покачала головой, — отправляя послушников на бойню. И представил Совету свою версию произошедшего. — Она немного помолчала. — Те события касаются тебя напрямую. И выбор у настоятеля невелик. Или он предоставляет возможность Совету допросить тебя под заклятием подчинения и теряет свое место, когда старейшины вытянут из тебя все подробности, или не выдает тебя и теряет место сразу, вместе с должностью настоятеля монастыря, за сокрытие свидетелей и виновных в массовой гибели послушников.

— Это я виновная?! — Такое просто не укладывалось в моей голове.

— В той версии, которую настоятель представил Совету, да, — коротко кивнула мастер.

— А Юстинна? — с дрожью в голосе спросила я о подруге.

— Ее больше нет, — тихо ответила магистр. — Она шла в первых рядах, как и все остальные с твоего курса, и попала под когти демонов одной из первых. Пока мы сумели организовать приличную оборону, почти весь твой курс погиб.

Некоторое время мы сидели молча. Я глотала слезы, не давая воли рыданиям, лишь сдавленные всхлипы вырывались из груди. Мастер-магистр мне не мешала, но и не оставляла наедине с горем. Я чувствовала, как она накидывает на меня легкую сеть «равнодушия», стараясь облегчить душевные терзания, и не сопротивлялась.

Вместе с нитями сети «равнодушия» в душу заползли давно забытые, как я думала, строки великой воительницы-поэтессы прошлого, которые мне довелось выучить из курса «Жизнеописания великих полководцев». Я почти шепотом продекламировала вслух:

Когда мечи булатные схлестнутся,Скомкав платочки горестной любви,Дай Бог, чтобы в крови не захлебнуться,Во вражьей или собственной крови.О Созерцатель! Смерть во имя песен,И подвигов, и сказок, и молвы?Для этого с таких-то юных весен,Улечься на ковер седой травы?

— Не замечала раньше за тобой страстной любви к поэзии, — отметила магистр.

— Раньше ее и не было. А тут… — Я неопределенно пожала плечами. — Вспомнилось к месту. Стихи очень любила Юська. Это ей особенно нравилось.

— Можем написать на надгробном камне, — предложила Регина.

— Эпитафия от великой воительницы прошлого для несостоявшейся воительницы настоящего, — горько улыбнулась я.

Успокоившись не без помощи магических манипуляций мастера, я поднялась на ноги с твердым намерением держать путь прямо в Софьянград к императору. И поведать ему все, что мне известно о той резне, которую демоны устроили послушникам в Алмазных горах.

— Ты куда? — поднялась вслед за мной магистр.

— К императору. Он должен знать, что монастырем управляет предатель империи, отправляющий на смерть подданных его величества. — Я развернулась и зашагала к выходу.

— Да постой же ты! — схватила меня за руку мастер Регина. — Император и сам без зазрения совести отправляет людей и магов на смерть.

— Он имеет на это право. Во благо империи, — отрезала я и стряхнула с себя ее руку.

— Стоять! — скомандовала магистр, и я по старой монастырской привычке подчинилась ее окрику. — Ты не дослушала меня. Давай договоримся. Я раскладываю тебе все аргументы, а потом ты решаешь, как поступить. Обещаю, что не буду тебе мешать, какое бы решение ты ни приняла. Хоть топись, пальцем не пошевелю.

Я невольно улыбнулась ее высказыванию, вспоминая свой неудачный опыт в этой попытке лишиться жизни.

— Ты думаешь, никто не знает, что произошло тогда? Если так, то ты сильно ошибаешься, — начала упрекать меня мастер. — Но одно дело — знать, и совсем другое — иметь доказательства. Если ты вернешься, тебя будут использовать в своих целях все, кто сможет подобраться поближе. Сначала — чтобы скинуть настоятеля и занять его место, потом — чтобы вытянуть из твоей головы все, что тебе стало известно о Братстве. Дальше, возможно, как заложника, чтобы выторговать у Братства сведения о том, как переходить в другие миры и беспрепятственно проводить чернокнижные исследования. Перечислять можно долго. Людская фантазия безгранична, мы можем только гадать, как и с какими целями постараются использовать твое возвращение старейшины. Всем известно, что Братство своих не бросает. Было над чем подумать. Я позволила мастеру развернуть себя в противоположную сторону, и мы снова двинулись в глубь подземелья.

— Почему настоятель не приказал вам просто убить меня? Тогда бы все его проблемы отпали сами собой.

— Такой приказ я бы выполнить отказалась. И он это понимает.

— Он мог сделать это сам, — не унималась я. — Он хороший боевой маг, выигравший множество дуэлей и поединков. А учитывая, с какой легкостью он кинул в пасть к демонам своих воспитанников, можно сделать вывод, что излишней сентиментальностью и человеколюбием он не страдает.

— Могу предположить, — пожала плечами Регина, — он просто боится.

— Боится? — Я не поверила своим ушам.

— Да, боится, — подтвердила магистр и снизошла до объяснений: — Ты вышла из цитадели Братства живой, значит, тебя приняли как равную, обучали и подарили магическую татуировку. Несмотря на то, что она невидима, никто не сомневается, что ты ее носишь. Настоятель не располагает сведениями о том, какими знаниями и умениями Братство поделилось с тобой. Он боится проиграть послушнице, а еще боится гнева Братства, если проиграешь ты. Вот такой заколдованный круг. И убить тебя нельзя, и не убить тебя нельзя. Единственный вариант для вас обоих — чтобы ты не попала в лапы старейшин, но при этом осталась живой и невредимой. Поэтому я и согласилась спрятать тебя на время.

— На какое время?

— Пока не знаю, — пожала плечами мастер Регина. — Посмотрим по обстановке.

— Мне придется жить здесь, под землей? «Лучше бы я послушалась Шторма и осталась с ним в цитадели, — подумала я. — Нет, понесло меня искать приключения на свою… голову! Решила разобраться, что творится в родном монастыре! Разобралась!»

— Подожди, скоро сама все увидишь, — ответила мастер. — Некоторое время тебе не нужно показываться на поверхности, но я очень надеюсь, что в том месте, куда я тебя веду, искать послушницу никому в голову не придет.