Маргарет Уэйс - Драконы Исчезнувшей Луны

— Итак, перед Ее Темным Величеством возникла новая угроза — великие драконы.

— Великие драконы... — прохрипел Скай. — Да, они действительно стали для нее большой проблемой. Такхизис надеялась на продолжение жестоких междоусобных войн, в которых воюющие стороны рано или поздно истребили бы друг друга, но вместо этого драконы вдруг заключили перемирие, а вслед за ним объявили и об окончании войны. Люди воспряли духом, и Владычица Тьмы испугалась, что скоро жители Кринна начнут (а некоторые уже начали) служить могучим драконицам и тогда новый Бог будет никому не нужен. Однако она еще не успела набраться сил и не могла открыто выступить против своих врагов. Нужно было срочно искать другой выход, и тут Ее Темное Величество превзошла саму себя. Видишь ли, Такхизис давно уже знала об огромном количестве энергии, покидавшей Кринн вместе с душами умерших, и страстно желала получить к ней доступ. В конце концов она нашла способ удерживать эти души в пределах нашего мира, а вместе с тем приобрела и возможность повелевать ими. Такхизис заставила мертвых похитить стихийную магию природы и передать ее ей. Вскоре, напитавшись бесценным даром, силы Такхизис полностью восстановились, и однажды ночью Владычица Тьмы вернулась в мир, вызвав великую бурю.

— Да, — подтвердил Мирроар, — она говорила со мной. Такхизис велела мне вступить в ее легионы и служить ей как Богу. Возможно, я так и сделал бы, но что-то удержало меня. Разум мой не мог узнать ее голос, но мое сердце узнало его. А потом она покарала меня. Я...

Он замолчал. Скай вдруг начал извиваться, пытаясь приподнять свое массивное тело с каменного пола.

— Что с тобой? Почему ты пытаешься встать?

— Тебе лучше спрятаться, — ответил Скай, продолжая отчаянные попытки приобрести контроль над собственным телом. — Малис приближается.

— Малис! — повторил встревоженный Мирроар.

— Она уже знает, что я умираю. Должно быть, ее известили о случившемся трусливые подхалимы, бывшие моими слугами. Великая стервятница идет сюда, чтобы забрать мой тотем. И я должен молча смотреть на подобную наглость! С меня хватит и Такхизис, которая попользовалась им для своих нужд. Я знаю, Малис ждет не дождется, когда я умру. Так пусть это красное чудовище подойдет поближе. Я покажу ей, чего стоит мой последний вздох!

Мирроар был уверен, что Скай бредит. Тем не менее его совет спрятаться показался серебряному дракону вполне разумным. Мирроар ненавидел и презирал красную драконицу всеми силами души, однако не рискнул бы схватиться с ней, даже будучи зрячим, — слишком часто ему доводилось видеть, как другие драконы заканчивали свою жизнь в мощных челюстях Малис или сгорали в ее ужасающем пламени. Одной лишь храбрости было недостаточно, чтобы сражаться на равных с подобным существом. Самый большой и сильный из драконов Кринна не пожелал бы вступить в схватку с Малистрикс, и даже Боги не захотели бы встретиться с нею!

Серебряный дракон принял человеческое обличив и сразу почувствовал себя очень слабым и уязвимым в теле с мягкой кожей, тонкими костями и хлипкой мускулатурой. Но зато теперь он мог двигаться. Мирроар решил забраться подальше от входа и спрятаться в глубоких лабиринтах пещеры.

Он ощупью пробирался вдоль массивного туловища Ская, когда его рука вдруг наткнулась на что-то гладкое и холодное — это был тотем синего дракона, сделанный из черепов его жертв. Поняв, к чему он прикоснулся, Мирроар вздрогнул и от отвращения так быстро убрал руку, что потерял равновесие и налетел на стену. С трудом удержавшись на ногах, он двинулся дальше.

— Подожди. — Шипение Ская эхом пронеслось по темным коридорам. — Ты оказал мне услугу. Благодаря тебе я не закончу свою жизнь в грязных лапах Малис. У меня появился шанс умереть со всем сохранившимся у меня достоинством. Теперь я тоже хочу оказать тебе услугу. Ты искал своих соплеменников — серебряных и золотых драконов, но не нашел их, верно?

У Мирроара не было ни малейшего желания признавать это даже перед умирающим. Ничего не ответив, он продолжил пробираться вдоль стены.

— Металлические драконы не бежали в страхе, — донеслись до него слова Ская. — Когда Владычица Тьмы обратилась к ним в ночь великой бури, они узнали в ней Такхизис и, поняв, что означало ее появление, отправились на поиски старых Богов.

Мирроар остановился и повернул свое незрячее лицо туда, откуда исходил голос, но в это время снаружи донесся еще один звук, услышанный Скаем задолго до Мирроара, — хлопанье могучих крыльев.

— Твои собратья попали в ловушку, — сообщил Скай, — и теперь не могут ни покинуть Кринн, ни вернуться назад — Такхизис удерживает их между мирами, подобно тому как она удерживает души мертвых.

— Есть ли способ помочь им? — спросил серебряный дракон.

— Я уже рассказал тебе все, что знал, — ответил тот, — и оплатил свой долг перед тобой. А теперь поторопись.

Слепой Мирроар поторопился слишком сильно, споткнулся и полетел вниз по наклонному коридору. Почувствовав, что его несет куда-то вглубь пещеры, он сумел ухватиться рукой за стену и больше не отпускал ее — потом, следуя вдоль этой стены, можно было выбраться обратно. Послышалась визгливая речь Малис, и он мысленно отметил, что столь массивное существо могло бы иметь и более низкий голос. Он присел на корточки, став совсем незаметным во тьме, и постарался даже замедлить дыхание, которое могло выдать драконице его местонахождение.

Итак, затаившийся Мирроар сидел в пещере синего дракона и с тревогой ожидал исхода их встречи.

Скай знал, что умирает, — слишком неровно билось сердце в его могучей груди. Но он продолжал бороться за каждый вздох, хотя больше всего на свете ему сейчас хотелось лечь, закрыть глаза и погрузиться в воспоминания. Там он мог в последний раз расправить свои могучие крылья цвета небесной синевы и воспарить над облаками. А еще он мог опять увидеть Китиару, бросающую вызов всем и вся, услышать ее решительные приказания и почувствовать, как своими надежными и умелыми руками она направляет его в самое сердце битвы. Ему хотелось снова опьянеть от лязга оружия, запаха крови и звука чужой плоти, рвущейся под натиском его когтей, а потом вернуться домой, залечить раны и ждать прихода боевой подруги. Она всегда приходила к Скаю, предпочитая его компанию обществу своих хилых сородичей, усаживалась рядом, и они начинали вспоминать прошедшую битву. Дракон и его наездница... единство на грани жизни и смерти...

— Так-так, Скай, — раздался ненавистный голос, и голова Малис просунулась в пещеру, заслонив солнечный свет. — Похоже, меня дезинформировали. Я вижу, ты еще жив.