Мария Суворкина - Солнце восходит редко

— Если он попытается использовать Предел на Отраве, — терпеливо разъяснила черная, — это немедленно учуют криэйторы. И тогда останется лишь надеяться, что наши бомбы долетят раньше, чем твари утащат его слишком глубоко в подземелья. И для его блага… и для нашего. Хранитель в лапах какого-нибудь Лорда — это неизмеримо хуже, чем мертвый Хранитель.

— Оно, конечно, так, — вздохнул командир корабля, — да только Дух, покидая горящее тело, вряд ли все это сможет оценить. Кто-нибудь в курсе, у него личная память какая-то есть? Или только мозги Хранителя? Меч уж точно запомнит, что его по приказу Дракона поджарили.

— Ну и что? Сам по себе Меч не злопамятен. Да и вообще, вероятность выхода Хранителя именно в это время, да еще в этом месте слишком мала. Радоваться надо, что нас именно на Отраву послали, а не страшилки себе выдумывать.

— Погоди, что значит «именно на Отраву»? Что, могли послать куда-то еще?

— Ага. Например, на Онлиар. Пока ушастые легко отделались — всего лишь одна кассетная. По сравнению с нашим грузом — чепуха, не стоящая внимания. Одного нашего корабля достаточно, чтобы сделать из любого континента сплошное поле черного стекла. Представь, что могут сотворить пятьдесят. Ты сможешь нажать на кнопку, видя внизу онлиарские сады?

— Ну ты и спросишь! — Ракхара аж передернуло. — Не знаю. И проверять не хочу.

— Вот-вот. Я тоже не знаю. Так что скажи Лидеру спасибо, и держи курс поточнее.

Прежде, чем поджигать местные небеса тоннами антиматерии, они по традиции обкатывали высокоточное оружие — сотня пенетраторов класса «Контрольный выстрел» погрузилась на несколько километров в недра планеты, прежде чем сдетонировать. К сожалению, судить об успехе или неудаче акции было сложно. С формальной точки зрения все прошло блестяще — глубина и координаты взрывов соблюдены с точностью до метра. Но вот поразили они кого-то, или впустую испаряли породу — так и осталось неизвестным. Лишь три боеголовки доложили перед взрывом о найденных пустотах — это могли быть как подземные дворцы Лордов, так и простые магматические карманы.

— Тектоникой бы их, — мечтательно облизнулась черная. — Чтоб подавило как крыс, прямо в норах… А лучше пару астероидов подогнать и…

— Астероиды нельзя, ты же знаешь, — пожал плечами командир. — А тектоника… ну, есть у нас «Основание скалы». На двенадцатой машине, если не ошибаюсь. И куда им прикажешь лупить?

Второй пилот тоскливо вздохнула. Она, конечно, знала, что самое мощное, астроинженерное оружие запрещено к применению даже против криэйторов. Его и испытывали-то всего пару раз — в отдаленной системе без признаков жизни. Результаты оказались слишком страшными, чтобы переносить это в Анлион.

Что же касается оружия тектонического, то есть искусственно вызванных землетрясений и извержений вулканов, то оно на Отраве применялось часто и успешно. Процентов семьдесят всех потерь Лордов после первой бомбардировки приходились именно на сейсмические удары. Но была в этом деле одна маленькая хитрость, не позволяющая применять такое оружие бесконечно.

Чтобы вызвать цепную реакцию сдвига больших масс планетарной коры, необходимо найти место, где они и сами уже хотят «поехать», но какой-то пустячок им мешает. Такие места, где относительно слабый взрыв или работа орбитального излучателя может спустить с цепи тысячекратно более мощные силы, на жаргоне драконов именуются «подхвостьями Санкара», что примерно соответствует «Ахиллесовой пяте» в земном фольклоре. Так вот, даже у столь огромного зверя, как планета, количество этих «подхвостий» ограничено. Однажды использованная критическая точка сбрасывает напряжение и чаще всего перестает быть таковой на много десятилетий, если не веков. Все зоны, где литосферные плиты сталкиваются или расходятся, все потенциально активные вулканы и лавиноопасные склоны давно значились на драконьих картах — и в основном были давно раздолбаны. Половина из них «сорвалась» еще в дни первой бомбардировки. Слабые, в пять-семь баллов судороги били Отраву непрерывно, кое-где продолжались извержения, но к тому и другому криэйторы давно привыкли. Их бионические базы эффективно гасили толчки, а из лавы, кажется, даже научились черпать энергию для роста. Выдать что-то действительно эффектное, изменяющее очертания континентов и климат на десятки лет вперед, планета уже не могла — исчерпалась потенциальная энергия литосферы.

Поэтому работка получалась довольно занудная, без творческого огонька. Сначала расчистить достаточный просвет в облаках над океаном, чтобы спустить туда очередной отравляющий завод, потом обойти планету и сбросить оставшиеся заряды на континент. Заснять результаты взрывов, зачистить лазерами, если что-нибудь высунется, отладить спутники-наблюдатели, запустить парочку новых — и домой. Рутина…

Поэтому, когда восемь ударных планетолетов класса «Император» разом превратились в огненные шары, Ракхар и Шинари даже не сразу поняли, что трудовые будни закончились. Это был определенно какой-то сбой экранов, учебная тревога, спецэффект вместо реальной видеохроники! Ну кто, спрашивается, мог угрожать хозяевам пространства здесь, в открытом космосе, в тридцати тысячах километров над атмосферой практически мертвой планеты?! Силы Высшего мага, конечно, хватило бы превратить в бесполезные жестянки половину эскадры, но не на таких скоростях и расстояниях! За пределами атмосферы они были почти беспомощны: рожденный ползать, летать не может. Какая-нибудь криэйторская тварь, возможно, могла подобраться незаметно и вывести из строя один корабль. Но восемь? Мгновенно? Для этого понадобилась бы такая свора чудовищ, что они затемнили бы весь космос! Пилоты ошеломленно переглянулись, а за это время еще пять кораблей разделили судьбу погибших.

Первым сообразил, что происходит, киберпилот:

— Внимание, девять кораблей эскадры ведут огонь по остальным. Связаться с их бортмозгами не могу. Предположительно, планетолеты захвачены неизвестным противником! Выполняю маневр уклонения! Прошу разрешения на ответный огонь!

Ремни-фиксаторы впились в спины астронавтов. Захрустели суставы от перегрузки, звезды на экранах поплыли вверх. Ракхар наконец отошел от шока:

— Огонь только лазерами, по инжекторам! Отстрелить заградители! Нужно лишить их хода!

Шинари поморщилась. Она сомневалась, что там на захваченных судах еще кто-то живой. А вот риск возрастал многократно. Планетарные бомбардировщики не предназначены для боя с себе подобными. Ракеты, способные превратить в пыль целый континент, в космосе беспомощны, как слепые котята — слишком велики расстояния, слишком малы скорости. Даже если удастся выполнить наведение, их просто сожгут на подлете.