Спецкурс магической ботаники - Валентина Ильинична Елисеева

— Шпионы тут, шпионы там, без них ни встать, ни охнуть нам. Так мы не к самому королю явились?

— К нему, к нему.

— А с какой целью?

Левитт сделал вид, что озабочен выбором места приземления, и с ходу ей не ответил. Хм, вряд ли он обиделся на её подколку, они давно установили промеж собой весьма демократичный стиль общения. С глазу на глаз или когда вокруг были только сотрудники СИБа, ей даже разрешалось обращаться к начальству на «ты».

Прищурившись, Кэсси вспомнила короткую встречу с главой конторы, его фразу про «ответственность» и что её запачканный и запылившийся рабочий наряд вполне «сойдёт». Сойдёт для аудиенции у короля??? Раз речь шла не о жалобах принца, то грядущее дельце чертовски сильно смахивало на подставу. Совет нэсса быть осторожнее оказался актуальней, чем думалось?

Когда охранники и несколько придворных на ступеньках поспешно ей поклонились (именно ей, а не кузену его величества!), плохие предчувствия усилились. Церемониймейстер сбивчиво пробормотал: «Добро пожаловать, нэсса Валенса и лорд Левитт», и Кэсси поняла, что всё очень-очень плохо. Ещё утром она точно знала, что не настолько известна в столице, чтобы её узнавали в королевском дворце, но, похоже, ситуация успела измениться.

Упёршись в паркет грязными сапогами, замызганными землёй и удобрениями, и остановившись у парадной лестницы, покрытой красным бархатным ковром, она прошептала зеленоглазому прежний вопрос:

— Куда мы идём и зачем?

— Не бойся, я клянусь вывести тебя из дворца живой и невредимой, — прошептали ей в ответ. Прямо скажем, не сильно успокоив!

— И поможешь сбежать из страны под другим именем и с липовыми документами? — шутливо предположила Кэсси.

— Если потребуется, — серьёзно подтвердил Левитт.

— Вот знала я, что надо нестись прочь, без оглядки сразу, как про направление от безопасников услышала. Коротко и внятно: что произошло?

— У королевы есть любимый соловей, к которому она нежно привязана. К сожалению, утром она позабыла предупреждение короля, что в одну из оранжерей вчера доставили новое редкое растение — дьявольские силки.

Чертыхнувшись про себя, Кэсси в очередной раз поразилась, как люди умудряются забывать о подобных сообщениях! Впрочем, раз некоторые беспечно садятся на зубастых мухоловок, похожих на гладкий пенёк, особо удивляться не приходится. А растение — не человек, и даже не животное. Дракона или собаку можно магически принудить к любви, к послушанию и к верности хозяину, а с растением такой фокус не пройдёт. Одна из причин, по которой Кэсси больше уважала и ценила флору, чем фауну... включая людей.

— Она забыла, а птичка померла, — проворчала Кэсси.

Дьявольские силки являлись полуразумной лианой, как её Кока, только относились к более агрессивному, крепкому и хищному всеядному подвиду. Взрослое растение, ствол которого окончательно одеревенел, было способно спеленать ветвями и удушить крупных размеров альбатроса, не то что соловья. Собственно, так они и питались в дикой природе: приманивали птиц и насекомых яркими плодами и цветами со сладком ароматом, а потом с аппетитом съедали их, разрывая на кусочки, как Кока лепёшки. Одно из правил выживания в диком лесу: если увидел под деревом груду белых костей, не поленись обойти его по большому кругу.

— Соловей пока жив, растение успели парализовать заклинанием. Только как теперь вытащить птаху из силков, не переломав все ветви и не загубив дорогое экзотическое растение, не совсем понятно.

Ясно, либо погибает птичка, и тогда в истерике бьётся королева, требуя казнить виновного (разумеется, виновен кто угодно, только не её величество; например, виновен тот, кто не смог вытащить соловья живым из силков), либо погибает лиана, и тогда яростно гневается король. После неоднократных столкновений с аристократами Кэсси лучше понимала сложности работы службы имперской безопасности, вынужденной следить за тем, чтобы целых пять королевских семей сосуществовали относительно дружно в рамках одних границ.

— Я подумал, ты единственная, у кого хватит умений, чтобы спасти птаху без смертельного ущерба для молодой лианы, — добавил Левитт.

— Или контора решила пожертвовать тем, кого не так жалко.

— Нет!!!

Праведному возмущению зеленоглазого она поверила, хоть все окружающие явно придерживались гипотезы Кэсси. В оранжерее на неё уставились с откровенным любопытством, тоже слегка приправленным сочувствием. Король угрюмо ей кивнул, рыдающая королева на её появление никак не отреагировала, а вот главный королевский садовник отвесил Кэсси поясной поклон. Да, она бы тоже низко поклонилась тому, кто бы любезно занял её место «во всём виноватой».

Повисла тишина, и перед Кэсси в полный рост встала новая проблема. Ей доводилось строгим тоном выгонять из аудиторий и питомника младшего принца и его сотоварищей, однако это не то же самое, что приказать королю закрыть дверь с обратной стороны.

Кэсси посмотрела в зелёные глаза своего невозможного начальства, многозначительно обвела взором придворных и указала взглядом на выход из оранжереи. Маг не подвёл. Чуть улыбнувшись кончиком губ, он зычно гаркнул:

— Господа и дамы, просьба освободить помещение во избежание случайных травм. Молодые дьявольские силки человека не сожрут, но покусать и кости поломать при самозащите могут. Ваши величества, вам также лучше проследовать в другие помещения.

Сам Левитт остался в оранжерее. Он встал рядом с Кэсси и с таким суровым видом сложил на груди мускулистые руки, что вариант попросить его тоже покинуть место действия умер в момент формирования самой идеи. Общеизвестная истина, что маг человеку не товарищ, таки имела область принципиальных исключений. Одним из таковых определённо являлся лорд Левитт, и то было чертовски неудобно: Кэсси хотелось без свидетелей «пообщаться» с деревом. С деревом, завившим в клубок все ветви и открыто приготовившимся умереть в бою, но не отдать захваченный трофей. Лиана действительно была совсем молодой, и силовые методы вырубания соловья из веток необратимо подорвут её здоровье.

Пройдясь по оранжерее, Кэсси встала в самой широкой части под прозрачным куполом: здесь выстроились полукругом скамейки и журчали невысокие фонтаны.

— Перенеси кадку с лианой сюда, на пятачок между фонтанами, — распорядилась она. — Вели доставить с кухни десяток свежих булочек с корицей и тушёное в сладком или в кисло-сладком соусе мясо. Если среди разносолов королевского стола этого не найдётся, пусть несут всё, что сильно и ароматно пахнет, а корицу можно просто молотую в банке принести.

— Что ты делаешь? — полюбопытствовал Левитт, когда она с его магической поддержкой взялась развешивать в воздухе все подношения. Очевидная вера в её способность управиться с любым растением приятно согревала сердце. Как обычно, из великого мага выходил неплохой ассистент: не болтающий попусту, беспрекословно исполняющий все указания и лишь изредка интересующийся целью её действий.

— Сооружаю рай для растений: много солнца, текущая в изобилии вода,