Элла Рэйн - Академия магических искусств. Полукровка

Ознакомительный фрагмент

Ранним утром, в окно влетел свиток, маленькая птичка, сбросив его мне на руку, тут же исчезла. В свитке, торопливой рукой было написано: "В воскресенье, сразу после завтрака, выходи с подругой к зданию морга. Там мы вас заберем", подписи не было, но я и так догадалась, кто это мог быть.

Оставшиеся два дня пролетели совершенно незаметно, а вечером, когда выполняли домашнее задание, я сказала:

- Тама, в воскресенье мы побываем в деревне.

- Вида, нам нельзя без родственников, накажут, - и испуганный взгляд.

- Ну, значит, накажут, - пожала плечами, - ты хотя бы на каникулы отсюда выбираешься, а я пятый год здесь безвылазно обретаюсь, кроме учебы ничего не вижу. Если боишься, оставайся, а я пойду.

- Я тебя одну не отпущу, только вместе, - на том и порешили.

В воскресенье проснулась ранним утром. Мысль, что мы сегодня посетим деревню, не позволила долго нежиться в постели. Я даже не заметила, что было на завтрак, после которого мы с Тамилой незаметно выскользнули из нашего корпуса и устремились к корпусам лечебного факультета, где, рядом с моргом, нас ждали Эдвард и еще два старшекурсника. Нас взяли за руки, Эдвард открыл портал, и все ступили в него. Рев ветра, мрак и все прекратилось, мы оказались на окраине леса из-за холма виднелся шпиль храма.

- Ну вот, деревня за холмом, - сказал один из старшекурсников, и представился нам, - меня зовут Патрик, а его, Густав.

- Видана.

- Тамила.

Поднялись на холм, внизу которого раскинулась деревня, я и замерла от восторга. В центре деревни, храм Черной Луны, в готическом стиле, устремленный вверх, вокруг которого, в старинной ограде, раскинулось кладбище. А от храма лучами солнца в разные стороны разбежались улочки в обрамлении домов, и все это фоне желтовато-красной гаммы листы деревьев, прозрачного воздуха и нежно синего небосвода.

- Какая красота, - вырвалось у нас с Тамилой.

- Фоксвиллдж в любое время года выглядит волшебно, - ответил Эдвард, - вы сможете оценить это за оставшиеся годы обучения. Девушки, мы здесь появились все вместе, вместе и покинем деревню, просьба от нас никуда не отходить.

- Вначале в храм, а потом покажем девчонкам магазинчики, - распорядился Патрик.

- А кладбище? - жалобно вырвалось у меня.

- А что ты там не видела? - спросил Густав, - могилы везде одинаковы, или у тебя дар некромантии и хочется его потренировать? Так утро на дворе.

С шутками старшекурсники пошли вперед, а мы с Тамилой, держась за руки, отправились за ними.

Тенистая улочка привела нас к входу в храм, у которого толпилось много народу.

- Сегодня отмечается день жатвы и все приезжают в храм с дарами, - просветил нас Патрик, - чтобы не потеряться держитесь рядом.

По ступенькам поднимаемся в храм, и мне становится как совсем не по себе. Ледяная рука, охватывает мое сердце и начинает потихоньку сжимать.

- Эдвард, - тихонько дернула его за рукав, - а почему здесь такая странная атмосфера? Мне нехорошо.

- Вида, тебе просто показалось, ты так хотела сюда попасть, что, наверное, напридумывала бог весть что, а реальность оказалось другой. Да?

Я молчала, предчувствия меня редко обманывали, а разубеждать Эдварда не видела смысла.

В храме было полно народу, темный купол расположенный высоко светился бело-синеватыми звездами, главный жрец возвестил: Черная Луна, прими наши дары и поднеси Матери всех стихий, испроси нам мир и безбедное существование.

Все склонили головы в знак почитания, стройным голосом грянул невидимый мне хор, славя Матерь всех стихий и Черную Луну. В полумраке я старалась рассмотреть росписи, на которых изображалась история развития магии и великих войн. Но подойти ближе к колоннам, не получалось, поднявшись на цыпочках я вертела головой по сторонам, и вдруг мое сердце замерло, на меня в упор смотрели глаза незнакомого мне вампира, которые, совершенно неожиданно для меня, стали приближаться. Резко опустилась на пятки и попыталась спрятаться за спину Эдварда, но незнакомец неожиданно возник рядом, и схватив меня за руку, потащил к выходу. К моему удивлению, Эдвард не только не помешал вампиру, а сделал вид, что ничего не происходит. Я попробовала сопротивляться, одновременно вспоминая всех преподавателей академии, к моменту, когда меня вытащили из храма, осознала, в академии этого вампира вообще никогда не видела.

На ступенях храма не было никого, вырвав свою руку из руки вампира, я побежала вниз, перепрыгивая через ступеньки. В воротах, ведущих на территорию храма, стоял Патрик, ловушка - промелькнуло в голове, и резко изменив траекторию движения, я кинулась в кладбищенские ворота. Бегу по аллее старинного кладбища и мучительно пытаюсь найти место, чтобы спрятаться, сзади слышны голоса догоняющих меня мужчин, и в стороне от аллеи, замечаю склеп. Терять нечего, напролом через бурьян и сухую траву, бегу к склепу, поскальзываюсь, и мои, вытянутые в падении, руки ударяются в запертую дверь, мгновение - тяжелые старинные замки на двери начинают таять и она распахивается. Я быстро вползаю в склеп, прикрываю дверь и слышу щелчок закрывающихся магических замков, тишина и темнота окружают меня. Прижавшись спиной к закрытой двери, опускаюсь на корточки, мне нужно передохнуть и подумать, в какую переделку я попала? Почему-то за Тамилу, я не волновалась, была уверена, с ней все будет в порядке.

Посидела немного. Глаза привыкли к темноте, и я обнаружила, что сижу на верхней площадке, а вниз ведут ступени. Подергала дверь, закрыта, а внизу зажглись огоньки, приглашая меня спуститься к ним. Поднялась и стала спускаться, десять каменных ступеней привели меня в нижнюю просторную часть склепа, в ней, на постаментах, располагалось полтора десятка каменных гробов, и в изголовье каждого горела свеча. Страха не было совсем, я обходила гробы и читала имена и даты рождения/смерти, выбитые на них. Фамилия одна - Тримеер, самая старая плита с именем Августина Тримеера датирована 1275 г., на каждое столетие приходилось одно - два погребения.

Обхожу могилы, как странно, род большой, а здесь только редкие представители, почему? В свободном углу склепа обнаружила массивное деревянное кресло, и опустилось в него. В тот же момент свечи погасли, и только свеча в изголовье гроба Августина Тримеера продолжала гореть, а я, глядя на нее, поплыла.

Тишина и звук, он начал нарастать издалека, и я увидела, огромная луна освещала поле битвы, вокруг погибшие воины, стойкий запах крови и плач. На коленях стояла женщина, ее распущенные черные волосы разметались на груди погибшего, которого она обнимала и плач, перемежавшийся со стонами - Агустин, Августин,... - звала она. Открылся огненный переход, появившийся из него мужчина, подхватил погибшего, плачущую женщину, и покинул поле битвы.