Лаймаргия: Новая эра. Том I - Артём Оноприенко

Глаза ребёнка после слов странника, встали на мокрое место. Он снова напомнил ему о том дне, который целый месяц мальчишка не может забыть. У ребёнка, перед глазами, стояли лица тех преступников.

— Месть? – Спросил Арт, открывая дверь. И надо было ему попасть сюда именно в тот момент, когда девочки спускались на обед.

Спускающиеся девчонки хором покосились в его сторону. Он, засмущавшись, словил ступор. Ребёнок редко видел ровесниц женского пола, поскольку по большей части сидел дома. Разве что в первом классе, но и там их было слишком мало. Никто не знал, почему так случилось конкретно в их учебном заведении. Но там действительно оказалось очень много пацанов и очень мало девчонок. Поэтому обделённый их вниманием юнец открыл для себя новое чувство.

— Не стой столбом. Быстро выбери манеру поведения, и я скажу, как себя вести. Скромняга, который смущается и блеет аки барашек при виде дам. Альфа-самец, презрительно смотрящий на все трудности, встречающиеся у него на пути. Тайна под семью печатями, такой парнишка-загадка. Часто молчит, и никто не знает, что у него на уме. Выбирай, и быстрее, ты всё ближе к первому варианту чумошника.

— Три. – Шёпотом, машинально произнёс ребёнок.

— Отлично. Сейчас усмехнись, посмотри на растение в дальнем углу и иди к лестнице. Как дойдёшь, медленно развернись и поднимайся, смотря наверх. Покажи, что тебе пофиг на их взгляды.

Парень сглотнул ставшую тяжёлой слюну и сделал, как велел ему голос. Сергей орал в голосину, смеялся без устали, и этот настрой передался ребёнку. Усмешка вышла лёгкой, он почувствовал, как спокойствие и весёлость поселяются в его груди.

Девочки, которые сидели там, нахмурились. Двенадцатилетние дамы, а по-другому их из-за разукрашенных шпаклёвкой лиц назвать нельзя, нахмурились, вперив в ребёнка взгляд четырёх зелёных и двух золотых глаз. Две девушки с белыми волосами посмотрели на центральную брюнетку, что-то начав говорить.

Арт не успел пройти и пяти шагов, как услышал их заливистый смех. Ребёнок краем уха услышал, что они говорили, среди общего гвалта переговаривающейся молодёжи. Хотя по большей части здесь сидели его ровесницы.

— Ты посмотри, ещё не успел прописаться, а уже втюрился. Ха-ха, — говорила сидевшая слева зеленоглазка.

— Ты смотри, станет мужчиной, расправит плечи и будет цветы нам в комнату носить. — отвечала сидевшая справа от центральной, так сильно похожая на первую.

— Девочки, хватит. – Ответила золотоглазка, поморщившись.

Арт продолжил свой путь, как советовал Сергей, не отрывая взгляда от зелёного деревца в углу. Было очень трудно удерживать на одном месте свой взор, но он справился. Дойдя до угла, ребёнок чересчур резко повернулся, чем вызвал очередной приступ смеха у парочки. Но ему было плевать, поскольку он встретил её.

Подстрижена под каре, в джинсах, белой футболке. Она шла и с кем-то общалась. Чистокровный облик лишь придавал ей шарма. Всего восемь лет, но отчего-то казалось, что ещё десятка, и от ухажёров прохода не будет. У мальчика не получилось сохранить свою невозмутимость. Сердце гулко заиграло весенние мотивы, ноги подкосились, кровь прилила к лицу. Где-то пропела свирель. Он прямо с места захотел пуститься в пляс вместе с ней и танцевать-танцевать-танцевать. Почувствовать нежность бархатной, белой кожи, зарыться носом в её белоснежные, как первый снег волосы и, просто быть рядом. Детская любовь, не испорченная похотью, такая чистая, такая невинная.

— Проснись! Хватит слюни пускать! – Кричал Сергей, не в силах достучаться до ребёнка, уже навоображавшего себе, как будет возвращаться с работы, а эта девочка ждёт его.

— Кхм, — она кашлянула в кулак, выводя паренька из ступора, — может подвинешься?

Глаза в пол, шаг в сторону, ноги вместе, руки по швам. Он сам от себя такого не ожидал. Его словно огрели мешком картошки, выбивая волю и душу из тела. Матрас с личными принадлежностями упали на пол, и снова смех, но в этот раз не весёлый, а больше презрительный.

— Ха, увели у тебя бойца. Видать, ты Филии не конкурентка. – Веселясь, сказала одна из сидевших за столом, кого Арт буравил взглядом.

— Пусть забирает, я таких ещё себе сотню найду. – Ответила золотоглазая.

Ребёнок понял, как он облажался. И все слова, сказанные Сергеем, весь выстроенный план оказался у кота под хвостом. В данную секунду он больше ничего не хотел, лишь сбежать от этого позора. Чтобы её глаза не видели его таким. Таким жалким, влюблённым, не крутым, каким он хотел казаться для большинства.

— Понятно. Новенький? – Арт поднял голову и снова встретился с её пронзительным и слегка весёлым взглядом. Он не смог сказать что-либо и лишь кивнул, продолжая пялиться. – Тебя родители не учили, что так пялиться, на людей как минимум неприлично? – Ребёнок словно воды в рот набрал. Только и мог, что кивать и качать головой. – Нет? Жаль. Но всё равно не стоит стоять на проходе, ты мешаешь остальным. – Её мягкий голос заставлял стучаться сердце ещё быстрее.

— Да чего ты с ним разговариваешь? Давай обойдём его и всё. – Сказала подружка этого юного ангела.

— Эх. Хорошо, пойдём, а то сейчас всё съедят без нас. – Сказав это, Филия попросту обошла мальчика. Он так стоял ещё минуту и только потом принялся собирать рассыпанное. Благо ничего не упало вниз. Терпеть и дальше такой позор, он был не в силах.

— Вот так вот и рушатся великие идеи по вине исполнителей. Но ничего страшного. Думаю, своим мастерством я показал им, кто есть кто. Свои хлеборезки эти котята разевать на тебя не станут. А репутация? Ну, она выстраивается годами. Первый образ — это ничто, главное, как потом себя покажешь. – Подбадривал ребёнка Сергей.

— Стыдно. – Шёпотом произнёс тот.

— Пф. Стыдно — это когда обосрался в латы до начала боя. А вот если в бою, то это нормально, такое случается. – Ребёнок от таких слов улыбнулся.

Поднявшись на второй этаж и слушая Сергея, он успел забыть о том, как опозориться. Всё же ребёнок теперь не один, вдвоём всегда проще переживать трудности. Да, голос был всего лишь у него в голове, но его слова не давали чувствовать себя одиноким.

— Пришли. Тебе под букву «М». Хотя можешь и к «Ж»