Дракон-детектив и тайна жертвы (СИ) - Виктория Дмитриева

бассет-хаунд успел обзавестись компанией. Рядом с псом на корточках сидела красивая брюнетка и наглаживала животное по спине. Третьяк вспомнил, что уже видел эту девушку прежде, она работала медсестрой в этой больнице. Именно о романе с этой брюнеткой Вальтер обещал доктору Карповичу ничего не говорить его жене.

— Добрый день, — поздоровался Третьяк, подойдя к собаке и девушке, явившийся следом Петрац также поприветствовал новые лица.

— Здравствуйте. Это ваш пёс? — брюнетка подняла испуганные глаза на мужчин, а после резко выпрямилась.

— Его зовут Плут, — обаятельно улыбнулся Третьяк, — он мой друг и, судя по всему, теперь ещё и ваш.

— Адвокат Петрац Право, возьмите визитку.

— Тоня, — представилась девушка, принимая кусочек чёрного картона.

— Вальтер Третьяк, — в свою очередь закончил круг знакомства мужчина.

— Так это вы? — глаза брюнетки расширились от удивления.

— Это мы, — перехватил внимание Тони Петрац.

— Хм, да, приятно было познакомиться, — замялась медсестра, — простите, опаздываю на смену, пора бежать.

— Хорошего дня, — бросил дежурную фразу Третьяк.

— Ещё раз спасибо, Плут, — обратилась девушка к псу, а после добавила уже для мужчин, — хорошего дня.

— Барк! — попрощался бассет-хаунд, тяжело поднимаясь на толстые кривоватые лапы.

— Ну и кого ты от неё отогнал? — забыв о присутствии Право, спросил у пса Вальтер. Пёс ничего не ответил, принявшись демонстративно чесать задней лапой большое ухо.

Глава 10. Тело

На ходу застёгивая рубашку, Вальтер Третьяк брёл к двери чёрного хода, ведшей из кухни на улицу. Если Венгр решил почтить своим присутствием дом антикварного эксперта-детектива, то для этого должна быть очень веская причина. Плут медленно брёл на кухню вслед за Третьяком. Вчера был насыщенный день у этой парочки. Сперва неудачный визит в Центральную городскую больницу, потом очередные изыскания в компании Право. Пришлось проверять тайники с золотом по всему городу, а было их немало. Голова раскалывалась после вчерашнего и у Плута, и у Третьяка, а быстро пролетевший день между тем не принёс никаких подвижек ни в одном из расследований. Второй раз к девушке в больницу Петрац поехал один, чему, по всей видимости, был только рад. После проверки дюжины мест хранения золота в городе Вальтер не был способен даже разговаривать членораздельно, не то что наносить визиты. Расследование, на которое подбил дракона приезжий адвокат, пока не сдвинулось с мёртвой точки, а ситуация с раненой девушкой только осложнилась.

Визит Грязного Барри в такую рань мог означать, что деляга раздобыл какую-то полезную информацию. Другое объяснение появления Бартоломью в столь ранний час у задней двери восьмого дома на улице Золотых вершин Третьяка бы не устроило. Не дождавшись условного стука, Вальтер дёрнул ручку на себя. В проёме стоял Барри с занесённой рукой, сжатой в кулак. Он собирался постучать или уже постучал? Из-за головной боли Третьяк не помнил, несколько секунд прошлого, будущего и настоящего слились для него сейчас в одно.

— Барк! — вернул Вальтера в реальность пёс.

— Напот, Кей, — в своей обычной манере поздоровался Венгр с Третьяком, — и как ты всегда узнаешь, что я у двери?

— Привет, проходи, — Вальтер отступил, пропуская Барри в кухню.

— Привет, парень!

Плут, не удостоив Грязного Барри своим фирменным “Барк!”, фыркнул и покинул кухню.

— Он что, обиделся? — не поверил собственным глазам Венгр.

— А было на что?

— Нет, — мужчина цыганской внешности говорил уверенно, но Третьяк ему не поверил.

— И всё же, как ты всегда узнаешь, что я на пороге, Костюм? — Венгр уселся на стул и откинулся на спинку, закинув ногу на колено.

— Сердцем чую, — Третьяк налил себе воды из крана и принялся демонстративно пить, рассказывать Венгру, что его местоположение выдаёт золотой зуб, переплавленный из кольца ныне покойной вдовы с Весенней улицы, дракон не собирался.

— Врёшь, Костюм, у тебя нет сердца, — рассмеялся Барри.

— Ты припёрся в семь утра, чтобы обсудить особенности моей анатомии?

— Конечно, нет.

— Тогда выкладывай с чем пожаловал, я не в настроении для долгих прелюдий.

— У рыбаков в Голубой бухте сегодня мокрый улов, Кей, — начал Барри, обшаривая глазами кухню.

Венгр увлёкся поиском чего-нибудь съестного, но не нашёл даже банальной вазочки с лежалыми фруктами или печеньем. Пауза затягивалась.

— Это всё? — не выдержал Третьяк.

— А, да, ну… в общем, рыбаки выловили свежее тело в бухте. Копы уже в курсе, и я подумал, ты тоже должен быть.

— Какая связь?

— Это платная информация, Костюм.

— Ты уверен, что я захочу за неё заплатить?

— Ну… с учётом того, что оба твоих расследования зашли в тупик.

— Оба? — нахмурился Третьяк.

— Мы, может, школ и не кончали, но одно с другим складывать умеем. Ты слишком часто выходишь из дома в последнее время и всё такое прочее.

— Барк! — довольно громко и вполне агрессивно обозначил своё возвращение на кухню Плут.

— Эй, ты чего, парень?! — возмутился Венгр, считая пса своим приятелем.

— Да, брат, похоже за нами следят, но не надо отгрызать этому человеку голову, он ещё может нам пригодиться, — потряс ладонью в отменяющем жесте Третьяк.

Плут прищурился, фыркнул, помотал головой, демонстративно плюхнулся на зад и остался в кухне следить за разговором.

— Что это с ним? — Венгр, принявший беседу Вальтера с псом за шутку, с интересом наблюдал за собакой, которая сейчас то и дело зевала, демонстрируя гостю клыкастую пасть.

— Охраняет, — отмахнулся Третьяк, — так что там с мокрым уловом?

— Сто перперов, — флегматично ответил Венгр и тоже зевнул, засмотревшись на собаку.

— Если информация того стоит, ты их получишь.

— Ты только и делаешь, что кормишь меня обещаниями. Сначала отдай долг.

— Отдам, мы договаривались на конец месяца, к тем трём сотням добавится ещё одна.

— К пяти, — поправил Барри.

— Барк! Барк! Барк! — гневно залаял пёс.

— Плут считает, что две сотни ты не заработал. Ваш договор был расторгнут, когда ты бросил его у участка одного, — Третьяк сложил руки на груди и опёрся бедром о столешницу.

— Неужели? — непонятно чего больше было в голосе Венгра — удивления или возмущения.

Мужчины уставились друг на друга не самыми доброжелательными взглядами. Казалось, оба они уже забыли, что стало причиной их встречи на этой кухне. В ситуацию вмешался Плут.

— Барк! — нарушил молчание пёс и принялся чесать задней лапой большое ухо.

— Ладно, он согласен на сотню, — перевёл Третьяк.

— Неужели?

— Если собрался со мной торговаться, то проваливай. Ты не единственный источник информации в этом городе.

— Ладно, ладно, Кей, не горячись, — поднял руки вверх Барри, рисковавший остаться без непыльного приработка.

— Жмур из бухты, возможно, имеет отношение к одному из твоих расследований.

— К какому?

— Сам думай. Ещё вчера вечером этот кадр был целёхонек и обещал отдать карточный долг