Илья Гутман - Возвращение Утренней Звезды

Два подвижных клинка против одной неповоротливой клейморы. Теперь уже Хаммону пришлось попятиться, перейдя в защиту. Изредка Альмарильону удавалось пробиться через защиту Хаммона, тогда демониумные доспехи отзывались негромким звоном и ярко-красной вспышкой. Однако на самом металле, скреплённом мощью Хаоса, по-прежнему не оставалось ни царапины.

— Ты начинаешь меня утомлять, Арастиор! — зарычал Хаммон, отмахиваясь клейморой. Красная молния, пущенная Ларратосом, впиталась чёрным металлом доспехов. Но и силовая волна, исторгнутая Тёмным Лордом, лишь скользнула по щиту Ларри. По стенам и потолку зала пошли трещины: ещё пара таких волн — и здание может обрушиться.

Ларри вновь перешёл в наступление. Зариндуил тихо шипел, рассекая воздух и ослепляя Тёмного Лорда беспорядочными вспышками. Казалось, меч хорошо знает стиль боя Хаммона: клинок действовал почти что сам по себе, Ларратосу не приходилось прикладывать особых усилий, что позволило ему сосредоточить свою волю на Альмарильоне, пытаясь нанести смертельный удар.

— Я отлично помню этот твой меч, Арастиор, — рыкнул Хаммон, отступив ещё на шаг. — Помню, ты неплохо орудовал им, когда был Тёмным Лордом. Но шлем Тарадаша содержит в себе и остатки сущности этого падшего вождя орков. Я получил все его воспоминания — в том числе и боевые навыки. А он, бывший вождём орков, дрался гораздо лучше меня — и даже лучше тебя.

— Ты только болтать умеешь, Хаммон? — произнёс Ларратос, взмахивая мечом. Хаммон же отпрыгнул назад — и воздух задрожал от мощного выхлопа хаотической энергии. Щиты мгновенно исчезли, сорванные мощнейшим порывом энергии. Плащ хлопнул и затрепетал, словно застигнутый порывом ветра. А Ларри ощутил, как его тело наливается тяжестью.

— О чём же ты думал, кретин? — усмехнулся Хаммон, быстрым движением выбив Зариндуил из рук паладина. — Я задушил тебя однажды, задушу и сейчас!

Тяжесть Хаоса наваливалась, путала мысли. На этот раз Ларри переносил выхлоп куда лучше, чем на Сельвине — но скорость и сила Мельда резко упали. Новый удар — Альмарильон тоже вылетел, воткнувшись в стену.

— Сдавайся, Арастиор! — пробубнил Хаммон, приставив клеймору к шее паладина. — Ты уже труп! Если будешь хорошо себя вести, станешь моим рабом!

Апион уже понял нелепость своего положения. Учитывая, что он тут сотворил, ему вряд ли дадут уйти безнаказанно. Рано было праздновать победу. Да, он в Тени. Но тут рядом — трое шеддитов. Апион чувствовал, что его просмотрели внутренним оком — но не нашли. Ракету паладин уменьшил с помощью уменьшающего заклятия, но он не успеет бежать, если его будут искать по-настоящему. И Апион, новичок-таламид, пусть и посильнее таламидов старого ордена, не имеет никакого шанса против троих обученных шеддитов.

Шеддиты явно были разгневаны. Если они догадаются — и сумеют использовать внутреннее око второго уровня, то Апиону придёт конец. Надо вновь что-то делать! Но что же может противостоять внутреннему оку второго уровня?!

Только тень второго уровня, — мелькнула спасательная мысль в голове Апиона. Надо только постараться поглубже уйти в тень — авось и не заметят. И срочно сматывать удочки!

Апион попытался сконцентрировать вокруг себя Тень — ещё сильнее, чем это было раньше. Он обрадовался: вроде бы получается! И тут Апион увидел, что окружающий его мир исчезает. Сначала он удивился этому: не может Конец Света происходить в такой форме — и так мгновенно. Но через секунду до Апиона дошло — это не мир исчезает! Это исчезает он сам, Апион!

Апион вспомнил слова Ларратоса, друга и наставника. Когда Ларри учил Апиона входить в Тень, он сказал: "Тень — не особо применимая техника паладинства. Потому что, если ты будешь слишком долго её использовать, можешь действительно исчезнуть — стереть самого себя из ткани реальности. Но на практике таких случаев пока ещё не было".

Теперь такой случай произошёл и на практике! Апион оказался полным дураком — он сильно сконцентрировал вокруг себя тень, и то, что пока было возможно только теоретически, наконец-то осуществилось. И существовать ему осталось от силы две-три секунды.

По крайней мере, я уйду в Небытие героем, — успел подумать Апион. — Ракета Хаоса у меня — и Гиперборей в безопасности.

Апион успел почувствовать в последний момент, что его аура приобретает синий небесный цвет.

Ларратос был в отчаянном положении. Прямо к его горлу поднёс свою здоровенную клеймору Хаммон.

— Плащ, — раздался вдруг в его сознании бесплотный голос. Уха паладина коснулось лёгкое прохладное дуновение: духи Хаоса не оставили своего хозяина. — Закройся. Направляй волей.

Затем до слуха Мельда донёсся посторонний шум, напор хаотических энергий ослаб. Что-то отвлекло Хаммона. Тёмный Лорд опустил клеймору на шею Ларратосу, явно торопясь добить поверженного противника — но под лезвие легла багровая ткань плаща. Послышался тихий бесплотный смешок. Плащ спружинил, клеймора отскочила… А в Тёмного Лорда ударил огненный шар — впрочем, принятый на меч.

— Что ж, я опять вовремя, — донёсся знакомый низкий голос.

Конечно же, это был Ирвэн. Ларри чуть повернул голову: так и есть, орк неторопливо приближается к Хаммону. А в дверях расположилась какая-то жуткая тварь явно демонической природы: мраморная кожа, длинные острые клыки, за спиной — пара чернопёрых крыльев. Тонкие пальцы рук оканчиваются когтями, на которых поблёскивают красные искры. Длинный суставчатый хвост снабжён ядовитым жалом. Но всё же как в облике, так и в ауре этого существа чудится что-то знакомое.

Мимолётный взгляд, брошенный на Ларри — и багровые глаза существа загорелись яростью. Только адресовалась ярость уже Хаммону.

— Спокойно, — произнёс Ирвэн, тоже ощутивший эту вспышку. Ты должна владеть гневом, а не гнев тобой, — и добавил, обращаясь к Тёмному Лорду:

— До встречи в аду, Канис.

Самое странное, что Ирвэн выглядел безоружным — даже булава висела на поясе.

— Верно замечено! — рявкнул Хаммон. — Я порву тебя на куски, поганая нежить!

Слитное движение — Ирвэн цапнул край мантии Хаммона, Тёмный лорд сгрёб Ирвэна за шкирку — и с размаха швырнул о стенку. Затрещала разрываемая ткань, Ирвэн впечатался в стену с неприятным хрустом. Будь на его месте живой орк, ему переломало бы все кости. Но скелет Ирвэна состоял из алхимического стекла, а это не такой уж и хрупкий материал.

Шеддит поднялся на ноги и ухмыльнулся, рассматривая зажатый в руке кусок мантии Хаоса. Ларри тем временем призвал усилием воли оба меча. Силы возвращались к нему с каждым мгновением. Понять бы ещё, что за создание приволок с собой Ирвэн, и почему оно бездействует…