Ксения Лазорева - Сильмистриум

- Вы пришли не по приказу Магистра,- еще раз уточнил Донаций.

- Нет, нам только нужно найти господина Эли. Это все,- похоже Марианус не собирался говорить больше, чем уже было сказано.

- Если бы сказал о том, что видел, сейчас, скорее всего, уже не говорил бы с вами.

- И что же ты видел?

Донаций в последний раз обдумал что-то и, вздохнув, спросил:

- Можно? - он указал на кресло.

Марианус резко кивнул.

- Эли конечно сражался со своим братом, а этот мальчик, Валентина с тем, кто был Клеменсом Таллигоном...- начал Донаций. Он рассказал все, что видел в зеркале, с самого начала, до самого конца. И последние слова Эли тоже.

Пока вел рассказ, не забывал пристально следить за двумя гостями. Долгая жизнь научила не доверять даже самым искренним словам. Все еще оставался шанс, что такой подход - лишь тонкий ход Магистра, и делясь знаниями, он подписывает себе смертный приговор. И все бы ничего, Донаций уже морально подготовился, но если это навредит Эли, он не простит себе. И так вред, причиненный психике юноши был слишком большим. Магистр связала его неразрывными узами с Меморией. Подобному подвергали только государственных преступников.

...- Значит вот, как все было. И все же,- в глаза Мариануса вновь сверкнуло подозрение. В былые времена за один такой взгляд, направленный на октавиана, самое меньшее, что ждало бы виновника - минус две ступени статуса. Но сейчас, закон не на его стороне. - Почему ты солгал Магистру?

- Я все еще не обязан говорить всей правды главе Клавира. Это единственная свобода, что у меня еще осталась, - Донаций выпрямился, направив палец на отступившего в растерянности Лиссана,- не только вы двое хотите изменить существующее положение вещей.

"Опасное, слишком рискованное заявление",- понимал Донаций.

Рука Мариануса потянулась к пистолету и опала.

- Конечно, как я мог забыть,- сказал он.- Магистр уничтожила всю твою семью.

- Мальчишка, ты ничего не понимаешь,- глаза главы дома гневно сверкнули, так, что даже Марианус вздрогнул, несмотря на все свое самообладание.- Я мог бы последовать за Таллигоном, мог бежать на Сансион десять лет назад, но не сделал этого. И не собираюсь менять свои убеждения. Я не стал марионеткой Магистра, но и не намерен помогать мятежникам. Клавир - это та сила, в которой мир нуждается больше, чем наоборот. Даже если поднявшие восстание достигнут того, к чему стремятся, и Сильмистриум сделает мир таким, о каком мы мечтали, когда привезли на эту планету переселенцев, пропасть между нами останется непреодолимой. И нужен тот, кто сможет объединить оба мира, когда самые устои жизни на Сансионе кардинально изменятся. Понадобится тот, кто знал бы оба мира. Я верил, что младший сын Северины станет таким балансиром. У него есть все, что нужно, чтобы стать главой нового Клавира в изменившемся мире, и в то же время, Эли полностью лишен тщеславия и жажды власти своей матери или старшего брата.

- Даже такой, каким он стал сейчас? - медленно спросил Марианус, вглядваясь в глаза пожилого октавиана.

- Будет сложнее, но я все еще верю, что это возможно. На несколько минут я видел, Эли сумел справиться с установкой, значит, он сумеет победить ее. Вера в мальчика скрашивала мои последние годы.

- Ясно,- Мирианус повернулся к дверям, сделав первый шаг.

Поколебавшись, Лиссан коснулся правого плеча в знак почтения и бросился за старшим товарищем.

- Куда вы направляетесь? - вопрос Донация застал Мариануса в дверях. Полуобернувшись, он ответил.

- На флот. Я не знаю, где господин Эли. Гранмир огромен, те, кого он ищет, могут находиться, где угодно. Но надо же с чего-то начать. Ты, октавиан, не поможешь нам?

- Я? Нет, я остаюсь здесь. Если Клавиру суждено погибнуть прежде, чем исполнится то, о чем я мечтал, лучше я увижу его разрушение здесь.

- Тогда, мне очень жаль,- бросил Марианус. И, поколебавшись, добавил,- но все же спасибо.

- И вам тоже... - тихо отозвался Донаций. Повернувшись к столу, он сделал большой глоток темно-красной жидкости из бокала.

Часть 3

-... Прямо по курсу флот Клавира. Угол - двадцать градусов. Расстояние...

Голоса вернули Галину в реальность. Она открыла глаза и несколько секунд разглядывала потолок рубки. Руки скользнули за голову и нашли на спинке кресла кем-то заботливо подложенную скатку плаща.

- Кажется, что я присела только на минуту. Не позволительно разрешать себе слабость в такое время,- она повернулась к Наразмату, стоявшему рядом, но мужчина покачал головой.

- Даже самым сильным людям необходим отдых. Вы находились на грани потери сознания. Если бы не поспали хотя бы эти полчаса, то действительно уже не смогли бы поддерживать связь с кораблями.

- Флот? Я слышала...- начала Галина, вспомнив первые слова по пробуждении.

- Адмирал и вы, императрица, взгляните сюда,- их подозвал обеспокоенный впередсмотрящий.

- Что это такое? - Наразмат пристально вгляделся в линию горизонта. Там, позади флота Клавира, выстроившегося в ряд по восемь снежинок, небо текло и изменялось, закручивалось по спирали и вновь опадало.

- Мы не можем понять. Но это начинается сразу за флотом Клавира, я не могу определить расстояние. Взгляните сами.

- Как такое возможно? - нахмурившись, Наразмат смотрел, как с бешеной скоростью сменяются на расчетной шкале цифры - одна за другой. Тридцать... десять... пятьдесят миль, затем снова десять.- Может отказал прибор? Я вызову команду техников...

- Не стоит,- Галина задержала руку адмирала, собиравшегося отдать приказ.- Дело не в приборе. Он работает исправно. Причина кроется в самом пространстве.- Галина потерла виски, головная боль, почти забытая, вернулась вновь. Что-то было не так с ее ощущениями. Взгляд упал на диафон, очертания которого повело куда-то в сторону, она едва смогла удержаться рукой за край расчетного стола.

- У вас нездоровый вид,- Наразмат обеспокоенно подвинул кресло, но Галина упрямо помотала головой.

- Мне необходимо связаться с Мишалем.

- Капитаном Вителлиусом? - удивился Наразмат.

- Вот только не уверена, что смогу...- с силой оттолкнувшись от стола, Галина подошла к диафону. Положив ладони на ставшую ледяной поверхность, послала ветер к одному из кораблей. Теперь на связь с каждым ей приходилось тратить столько же сил, сколько ранее уходило на весь флот.

- Да, ваше величество? - тотчас же откликнулся Мишаль. Голос его как всегда был бодр и весел. "Существует ли хоть что-то, что могло заставить его стать серьезным?"- Могу только предположить, но если моя догадка верна, боюсь, нам придется не столько сражаться, сколько пытаться спасти собственные корабли.

- Что это такое, Мишаль, ты знаешь? - повторила Галина.