Раймонд Фейст - Осколки разбитой короны

Дракон взмахнул крыльями, набирая высоту, и Паг повернулся, чтобы понаблюдать за сценой внизу. К зданию притягивался могучий ветер, и оно начало шататься. Треснуло дерево, и крыша рассыпалась, обваливаясь внутрь здания.

— Все втягивается в рифт! — в испуге воскликнула Миранда.

— Надеюсь, все-таки не все, — сказал Паг.

— Постепенно все выровняется, — сказал Накор, — но когда закончится, дырку в земле придется засыпать большую.

Послышался грохот, и, как и предсказывал Накор, в земле появилась огромная дыра и здание провалилось в нее. Вверх взметнулось гигантское облако дыма, и в дыру начала сыпаться земля. Потом грохот прекратился.

— Все закончилось? — с надеждой спросила Миранда.

Паг закрыл глаза и прислонился к спине Томаса.

— Это никогда не кончится, — сказал он.

Оборванный мальчишка поднырнул под руки стражника, который попытался его остановить.

— Эй! — возмущенно воскликнул стражник.

— Мне к шерифу надо! — крикнул мальчик на бегу.

Дэш повернулся и увидел бегущего к нему мальчишку. Он стоял на валу над городскими воротами, наблюдая построение кешианцев в предрассветной тьме.

— Чего тебе? — поинтересовался он.

— Трина говорит, южные дворцовые ворота, прямо сейчас.

Дэш немедленно понял, что упустил других шпионов во дворце. Через южные дворцовые ворота торговцы доставляли товары прямо во дворец. Они открывались в большой внутренний двор, где тренировались Кровавые Орлы Калиса; оттуда также можно было попасть в единственную часть дворца, не защищенную стенами и воротами. Если кешианцы прорвутся туда, то окажутся не просто в городе, а во дворце. А большинство защитников города окажутся не в том месте.

— Южные дворцовые ворота! — крикнул Дэш Густаву.

Густав с мобильным отрядом, предназначенным для укрепления любого слабого места в обороне, бросился бежать, как только услышал приказ.

Повернувшись к ближайшему офицеру, Дэш сказал:

— Держите здесь все под контролем. Пока их агенты не доложат, что ворота открыты, они разыграют этот спектакль с требованием о сдаче еще один раз.

Дэш поспешил вниз по ступеням вслед за Густавом и его людьми. Он бежал по улицам, пока не услышал шум битвы.

— Где дворцовая стража? — поинтересовался он.

— Им приказали отправляться на поддержку к главным воротам, — сказал Густав.

— Кто отдал этот приказ? — поинтересовался Дэш.

— А разве не вы? — отозвался стражник.

— Когда мы найдем, кто отдал этот приказ, то найдем и отравителя.

Дэш и его стражники подбежали к северному входу во дворец и никого не нашли у ворот. Он велел людям бежать налево вокруг конюшен и в северный двор. В дальнем конце двора, перед южными воротами, он стал свидетелем сражения. Раньше, когда работал на Ру Эйвери, он проводил через эти ворота телеги, но это, казалось, было много лет назад, в другой жизни, и никогда еще двор не казался ему таким длинным.

На середине двора Дэш увидел, что бой почти закончен. Старики, мальчишки и всего несколько мужчин пытались сопротивляться вооруженным наемникам, обученным убийцам, которые хладнокровно приканчивали их.

Трина стояла перед огромным засовом, запиравшим ворота, держа в руках меч и кинжал. У ее ног лежал раненый, который явно уже попытался прорваться мимо решительной девушки.

Наемники у ворот стремительно разделывались с ворами, и Дэш попытался бежать еще быстрее. Уже в двадцати ярдах он увидел, как бородатый здоровяк повалил на землю молодого вора, почти мальчика, и повернулся помочь своему товарищу, сражавшемуся с Триной.

Первый из стоявших перед ней ударил сверху, и она заблокировала удар, но при этом открылась. Здоровяк шагнул под меч и ткнул ей в живот своим мечом.

— Нет! — крикнул Дэш и налетел на них, не замедляя бега. Он сбил с ног обоих и они повалились на землю. Ударом меча Дэш убил того, что побольше, пока тот еще лежал на земле, потом перекатился и поднялся на ноги, встретившись лицом к лицу с тем, кто ударил Трину.

Противник использовал комбинированную атаку, сделав притворный выпад в голову, а потом развернув запястье, чтобы резануть Дэша по боку. Дэш ловко шагнул назад, потом вперед, пока острие меча двигалось мимо него, и прежде чем противник успел повернуть острие, Дэш перерубил ему горло.

Стражники подавили атаку у ворот, а воры начали уносить своих раненых. Кешианские агенты сражались до последнего, но в конце концов их всех убили или обезоружили.

Дэш оглянулся, и когда он увидел, что все под контролем, то побежал туда, где лежала Трина. Ворота были все еще закрыты.

Он присел и взял ее на руки. Кожа у нее была бледная и влажная, из раны в животе обильно текла кровь, и он чувствовал, что ее жизнь ускользает.

— Приведите целителя! — крикнул он.

Один из стражников убежал, а Дэш баюкал Трину. Он пытался остановить поток крови, зажимая рану, но боль была для нее почти невыносимой.

Она посмотрела на него и слабо сказала:

— Я люблю тебя, шериф Малыш.

Он плакал, не стесняясь.

— Ненормальная ты мошенница, — сказал он, — я же просил тебя не умирать!

Он прижал ее к себе, и она застонала, потом прошептала:

— Ты обещал.

Дэш все еще держал мертвую девушку на руках, когда до ворот добрался священник. Густав положил руки на плечи Дэшу, отводя его назад, и сказал:

— У нас дела, шериф.

Дэш посмотрел наверх и увидел, что небо светлеет. Он знал, что обстоятельства требуют, чтобы он забыл о личном горе и отупляющем чувстве потери. Скоро кешианский герольд подъедет к воротам и изложит свое последнее требование, потому что когда кешианцы увидят, что южные ворота закрыты, они поймут, что им осталось только атаковать, и двинутся на город.

27

Вторжение

Лошади были уже в мыле.

Но всадники не останавливались, молясь лишь, чтобы животные продержались еще день. Джимми безжалостно загонял их, двигаясь от рассвета до заката с кратчайшими остановками. Шесть лошадей уже сбили копыта, и этим всадникам пришлось отстать. Часть вернулась в Порт-Викор, пешим ходом, с лошадьми в поводу, часть также пешком продолжала двигаться вперед, за отрядом, надеясь, что ко времени своего прихода еще застанут армию Королевства. Два коня пострадали так сильно, что их пришлось прикончить.

Отряд был в нескольких минутах от того, чтобы увидеть Крондор, и Джимми отчаянно надеялся, что он все понял неправильно и что они найдут мирный город, занимающийся своими обычными делами. Он с радостью смирился бы с насмешками, которые преследовали бы его после этого не один год, но в глубине души он знал, что вот-вот окажется в центре сражения.