Майкл Стэкпол - Глаза из серебра

Любовь к другому человеку и долг своей стране слишком часто не совпадают. Тревелин прикрыл глаза и постарался отстраниться от эмоций. Прежде всего надо думать о Гелоре и о нападении Крайины на него. Если лететь с попутным ветром и в пути не помешают ни бури, ни встречный ветер, «Сант-Майкл» может добраться до Гелора за неделю. Проблема в том, что для этого воздушного корабля такое расстояние – предел. До Гелора, допустим, он долетит, но запасов угля на его борту хватит только для обратного пути в Дилику. Между Диликой и Гелором нет безопасных заправочных станций, и «Сант-Майклу» для заправки придется возвращаться в столицу.

Тревелин обратился к Робину:

– По пути сюда я читал ваш отчет об осаде Гелора, помните?

– Да, сэр.

– Долго ли может продержаться этот город? Робин с сомнением покачал головой:

– Мы с коллегой рассматривали проект с точки зрения крайинцев. У нас было мало исходной информации. Согласно нашему анализу, город должен быстро пасть, но на нашей защите присутствовал полковник Кидд, и он указал нам кое-какие тонкости, которых мы не могли учесть. Скоро в горах Гимлан начнутся грозы, и вряд ли мы сможем доставить достаточно войск, чтобы снять осаду раньше следующей весны.

– А продержатся они до тех пор?

– У крайинцев, вероятно, есть рота Вандари.

– А рота этирайнов может противостоять им?

– По крайней мере, им придется призадуматься, ваше высочество. – Робин уверенно кивнул. – Мы – войско нападающее; конечно, сэр, наши уловки задержат их, но вряд ли мы их сможем удержать. Чтобы снять осаду, требуются другие навыки, чем те, которым я обучен. Нужен кто-то другой для организации обороны. По Божьей воле, этот человек уже там.

– И впрямь, брат Робин, если будет на то Божья воля, аланим прислушается к этому человеку. – Принц и Робин кивнули в унисон. До того, как прийти к принцу, Робин и Аманда спросили отца Райана, что означает имя Фиддойан. Священник перевел им: это истануанское слово означает серебряные глаза. И Робин, и принц поняли это однозначно, но оба не представляли себе, как такое могло произойти.

«Полагаю, по Божьей воле». Принц потер руки:

– Мисс Гримшо, вы мне принесли такие сведения, которые вынуждают меня действовать. Я поговорю с вашим отцом. Буду с вами откровенен: я его обману – скажу, что получил информацию от своего человека, работающего в его фирме. Я не очень хорошо знаю вашего отца, но полагаю, что это заставит его призадуматься и он не заметит вашего отсутствия. Прошу вас оказать мне честь погостить у меня все это время.

– Ваше высочество, не знаю, что мне… – Аманда повернула голову к Робину, тот кивнул. – Я польщена оказанной мне честью.

– Вот и отлично. Я обеспечу вам все, что потребуется. – Он перевел взгляд на Робина. – Соберите своих людей. Произошло восстание гуров, и нам надо срочно отбыть. Я отправляюсь в качестве наблюдателя. Проследите, чтобы ваши люди посетили мессу. Выступаем сегодня вечером.

Аманда опять нащупала руку Робина.

– Так сразу? – Она умоляюще глядела на принца. – Да, я понимаю, извините меня.

Тревелин встал с кресла и подошел к ней:

– Не беспокойтесь, мисс Гримшо. Перед отъездом брат Робин и капитан Хассет пообедают в моем доме. Нам предстоит тяжелая работа, и обед в вашем присутствии будет в будущем приятным воспоминанием и поддержкой для нас.

Глава 61

Дейи Марейир, Геаансаджар, 15 маджеста 1687

Перед отъездом собрались все вместе, и Урия удивился: надо же, сколько у Доста «сестер». Кроме Тьюрэйи – она оставалась с Рафигом, Свиликом и толпой слуг, – он насчитал пятнадцать женщин в полосатых красно-черных ливреях. Турикана, командовавшая группой из восьми женщин и присматривающая за их сборами, сообщила Досту, что к отъезду все готово.

Вскочив в седло предложенной ему лошади, Урия, насупившись, спросил Турикану:

– Почему мы уезжаем? Почему мы не подождем войска Рафига, чтобы ехать вместе?

– Такова воля Доста. – Пожав плечами, она пришпорила лошадь и направилась к выходу из пещеры.

– У тебя уже неплохо получается по-илбирийски, – Урия улыбнулся. – Но мне не понятен смысл отъезда, ведь армия еще не готова к выходу.

Скользя по воздуху, словно по замерзшему ручью, подлетел Дост.

– Кое-что надо сделать до того, как я войду в Гелор.

– Кое-что? – Урия пришпорил коня. Дост летел рядом, не отставая. – Обычно ты выражаешься точнее. Кое-что звучит двусмысленно.

– Согласен, но в данном случае иначе не скажешь. – Они пересекли пещеру, миновали горящие огни и въехали в длинный туннель, выводящий из горы наружу. – Когда меня заключили сюда, все знали, что я вернусь. Мы с братом понимали, что многие попытаются объявить себя моим воплощением. Обстоятельства требовали принятия мер предосторожности против таких претендентов. Теперь, прежде чем я обрету всю свою силу, надо снять эти препоны.

Урия обратил внимание, как высоко над землей парил Дост.

– По-моему, ты и сейчас уже в полной силе.

– Это так. По здешним стандартам.

– Здешним? Ты и в Илбирии, и в Крайние был таким же могущественным.

На металлической маске Доста заиграла улыбка.

– Это я и имел в виду, говоря здесь.

– Как будто можно быть где-то еще. – Урия одернул себя. – То есть, кроме небес, чистилища, ада и преддверия ада.

– А если я скажу тебе, что есть еще дюжины и дюжины других миров?

У Урии мурашки пробежали по коже.

– После нашего недавнего спора о перевоплощении я не стану отрицать, что другие миры, видимо, есть. Признаюсь тебе, иногда, в трудные минуты, мне казалось, что все и вся против меня, и тогда я мечтал, чтобы другие миры где-то существовали. – Илбириец пожал плечами. – Вот теперь ты мне скажи: есть они на самом деле?

Дост серьезно кивнул:

– У Творца полно других миров, совершенно разных, как грани драгоценного камня. Все они – части одной и той же скалы, но каждый уникален. Они одной природы по происхождению, но разные по культуре и социуму. Пересечь границы между ними не так просто, но путешествия возможны. К вам, сюда, я и мои люди пришли из другого мира.

– Каким образом пришли? – Урия понимал, что вся эта гипотеза безумна, но сама мысль о наличии других миров и возможности путешествовать между ними ему пришлась по душе. – И по какой причине?

– Тут одно вытекает из другого. Прибыл я из страны большой магической силы. Для нас трюки, доступные здесь самым способным, – детские игрушки. Родился в семье известных аристократов и очень сильных магов. Отец обвинил меня и брата в заговоре против него.

Он не хотел соглашаться, что предсказание относится не к его, а к нашему поколению. Заточил нас в тюрьму, а затем изгнал. Силой своей магии он пробил дыру между измерениями и оставил нас и наших последователей здесь, в этом мире, где скудны магические возможности, в заброшенной горной долине.