Анна Хель - Дорога к предательству

— Как тебя зовут?

— Не твое дело, отступница, — гордо ответила девушка.

— Ну зачем же так грубо, — я хохотнула. — Во-первых, отступаться мне не от чего, а во-вторых, такое неуважение к гостям — банальное бескультурье.

— К гостям? — светловолосая магесса резко остановилась. — Вы преступники! Заключенные! Вы доброго слова не достойны, не то что хорошего отношения!

— И Рэль?

Адептка резко замолчала и отвела взгляд.

— Послушай, не суди его слишком строго. Ручаюсь, ввязаться в такую компанию его вынудили обстоятельства. К тому же, я думаю, если вы хотя бы попытаетесь сделать шаг на встречу, то сумеете понять нас.

— Понять?! Да мы… — девушка наткнулась на мой спокойный взгляд и снова замолчала, понимая, как нелепо выглядит со всем своим возмущением.

— Именно. Понять. Боюсь, что одна из самых значительных проблем человечества — это непонимание. Хотя бы попробуйте разобраться, прежде чем вставать в позу и бросать голословные обвинения.

— Меня зовут Иль.

— Ну вот, так гораздо лучше. Зови меня Ирида, приятно познакомиться, — я улыбнулась во все тридцать два зуба. — А как твое полное имя?

— Никак. Просто Иль.

По изменившемуся настроению молодой магессы я поняла, что не стоит задавать лишних вопросов. И так слишком тяжело оказалось наладить контакт.

Внезапно в конце коридора раздался пронзительный крик. Мы с Иль переглянулись и рванули туда, хотя мне, по большому счету, должно было быть вообще все равно. Вот только этот душераздирающий вопль вовсе не походил на шутливый, в нем было столько ужаса, что у неподготовленного человека наверняка кровь заледенела бы в жилах.

На встречу, с не меньшим темпом, неслась некая дамочка, истошно вопя и мотая головой из стороны в сторону. По всей видимости, она собиралась пронестись мимо, но я оперативно схватила ее за руку и еле удержалась на ногах, не сумев до конца погасить инерцию.

— Что произошло?!

— Т-там! Стр… страшно! Бегите… бегите! — дамочка снова дернулась в сторону, но я тактично вырубила ее коротким ментальным импульсом, пока та не натворила дел и не навела паники.

— Как ты мне это объяснишь? — я требовательно взглянула на помертвевшую Иль.

— Я не знаю… точно не уверенна… но, надо посмотреть… ты умеешь выставлять ментальную защиту?

— Без проблем. Но зачем?

— Если я права, то поймешь. Пойдем. И… помоги мне… я никогда не была сильна в тонких материях.

Бег сменился на размеренную ходьбу, каждый шаг казался замедленным, я отчетливо видела каждую трещинку в стенах старого здания, каждую щель между искусно выложенными плитами, и пламя редких факелов, тускло освещавших коридор.

Вскоре мы пришли к… этому. Ох, не зря я постаралась, выстраивая настоящие ментальные баррикады. Стоило завернуть за очередной поворот, как по нам с Иль ударило сильнейшей волной страха. Казалось, будто она обрела материальность и вот-вот послышится звон разбившихся щитов. Но слава Анатасу, меня учил Дан и учил очень как хорошо.

— Кто же на этот раз?..

— На этот раз? Подобное происходит не впервые?

Иль промолчала.

— Так, я понимаю, что у вас здесь все жутко секретно и меня не касается, но объясни внятно, что произошло. Знаешь ли, мы планируем остановиться в этом замке на некоторое время и не хотелось бы влипнуть в неприятности.

— Я не знаю. Мы все толком ничего не знаем, а магистр Каен молчит. Периодически появляются эти странные воронки и наутро мы не досчитываемся кого-то из людей.

— Мда… было бы удивительно, если бы я хоть где-нибудь, во что-нибудь да не вляпалась.

Наконец пришло озарение, и я попыталась ухватить обратную нить стремительно тающего заклинания, но обнаружила полное его отсутствие. Никого и ничего. Все это было страшно знакомо, и от догадок у меня волосы вставали дыбом.

— Не выйдет. Кто бы это ни делал, следы он заметает отлично.

— Точно? Кажется, у меня появилась пара вопросов к вашему магистру.

— Я уверенна, что он ничего не знает! — запальчиво воскликнула Иль. — Магистр Каен никогда бы…

— А мне кажется, — я жестко оборвала разбушевавшуюся адептку. — Что он очень сильно не договаривает. Ваш магистр не такой святой, каким пытается казаться.

— Он…

— Что он? Вы живете здесь в опасности, в неведении, и продолжаете верить в его святость и благодетельность?!

— За все годы моей жизни… — голос Иль понизился. — Магистр Каен был единственным, кто протянул руку помощи. Первым, кто отнесся ко мне как к человеку! И каждый в этом месте благодарен ему за это!

— Не горячись, — я вздохнула, понимая, что переубеждать Иль бесполезно. — Быть может я не права. Хотелось бы в это верить, по крайней мере.

— Магистр Каен хороший человек. Пойдем, я провожу тебя в ваши покои.

За узким окном не было видно ни луны, ни звезд. Мела страшная метель, небо затянуло тучами, в камине спасительно трескали раскаленные дрова. Несмотря на то, что для меня и Дарлемы выделили отдельные апартаменты, вся эта… братия, иначе и не скажешь, включая охотников и Риэля, собралась у нас.

Дан вальяжно развалился в широком кресле и взирал на происходящее с истинно королевским величием. Я устало раскинулась на весьма скромных размеров кровати и постаралась отключиться от бушующих дебатов. Разговорчивость стимулировала любезно предоставленная и скоро распитая бутылка крепкого вина. Захмелевшая Райана без лишних сантиментов, расположилась на полу, предварительно конфисковав одну из моих подушек, Доришен и Мишир уселись на два жестких стула, взявшихся неизвестно откуда, Шим, как истинный джентльмен, стоял, слегка облокотившись о каминную полку. Ну а Риэль, который за время путешествия почти сроднился со мной, свободно расселся на кровати рядом. Из общей умиротворенной картины выбивалась только Дарлема, меряющая комнату шагами.

— А я вам говорю, что у этого магистра Каена на нас есть определенные планы! — в очередной раз выпалила д'рахма. — Мне совсем не нравится этот излишне теплый прием!

— Кого ты пытаешься переубедить? — я вяло попыталась урезонить Дару. — Кажется, уже даже Риэль согласен. В любом случае, я не понимаю, к чему все эти разговоры. Мы здесь и деваться нам некуда. Завтра я пообщаюсь с магистром, тогда все прояснится. А сейчас я дико хочу спать, и ваше жужжание под ухом изрядно мешает.

— Слабовата благородная особа оказалась, — хмыкнул Доришен.

— А мне, какэтой самой особе, и полагается быть слабой, да немощной! Раздавать приказы, думать о политике и уж точно не карабкаться по горам, таща на плечах мешок с вещами.