Алексей Клименко - Гроб для мертвого колдуна

— Очень хорошо, Наоя, порадовал старика продуманными выкладками, не то что Хатта. И самое главное, твой план почти не требует затрат. А это не может не радовать. Очень хорошо… остается этот де Зорро… Абэ, ты у нас сегодня излишне разговорчивый, вот и расскажи, что думаешь по этому поводу, ты же у нас специалист по Старшей Крови.

Абэ Есиаки, девятнадцатилетний юноша с признаками легкого безумия в разноцветных глазах, мог показаться лишним на данном собрании, если бы неоднократно доказанная преданность делу Ордена Возрождения… и команда опытных ликвидаторов, доставшихся маленькому Еси от отца, еще, когда последний был жив и активно участвовал в делах Ордена. Новый глава клана оказался достойным наследником, и Стефан еще ни разу не пожалел о своем решении ввести юного аристократа в Совет магистров, в обход гораздо более опытных, но менее родовитых кандидатов… в последнее время Еси все чаще выполнял задания на ликвидацию, постепенно занимая место Мияки, но Рейко не прельщала навязанная ей роль карающей руки Совета и особо по этому поводу она не переживала.

Речь Еси звучала странно, и периодически казалось, что глава клана Абэ давится собственным смехом, даже когда говорит серьезные вещи… а вообще впечатление от юного дарования было… пугающим. Так мог выглядеть безумный маньяк, потрошащий свои жертвы где-нибудь в подворотне…

— Серые волосы, зеленые глаза, я бы сказал, что это кровь Второго Дома, если бы не был уверен, что последнюю представительницу этой ветви уложили в ящик, а ее ребенка сожгли. И сделали это Ваши люди, Гроссмейстер… впрочем, это я завидую… прервать прямую линию наследования ведущую род от двух богов… это вершина, которой мне никогда не достигнуть.

Поэтому остается предположение, что перед нами обычная мутация обычного человека… или все-таки проснувшаяся Лисья кровь одного из бастардов второго дома… хотя раньше о таких случаях слышно не было, и возможно ли пробуждение крови у настолько дальних родственников мне неизвестно… нужно проверять.

— Как собираешься действовать? — поинтересовался Арпад.

Еси пожал плечами,

— Да как обычно… все эти потомки богов удивительно сентиментальны и любвеобильны, так что найти заложника будет нетрудно… ребенок или любимая женщина у нас в руках, и он ляжет в ящик добровольно. Этот способ всегда срабатывает, и я не вижу причин, почему он может дать осечку на этот раз.

— Старшая кровь, старшая кровь… проклятая кровь! Зачем нашей бедной стране столько смущающих неокрепшие умы героев? Вот бразильцам досталась одна семья этих выродков и им вполне хватает. В Мексике вообще ни одного нет уже лет двести и ничего, живут как-то…

— Плохой пример, Гроссмейстер.

— Ох-ох, Еси, даже ты меня поправляешь…

Абэ явно испугался, — Простите Гроссмейстер, я немного увлекся, такого больше не повторится!

— Ох-ох… конечно не повторится. Ты же умный мальчик, Есиаки, два раза одну и ту же ошибку не сделаешь…

— Конечно не сделаю! Тем более, что под Вашим мудрым руководством мы успешно боремся с этой заразой. Второй Дом уничтожен, с третьим вышла небольшая осечка, но из страны они сбежали и когда-нибудь дойдет очередь и до них… остаются Журавли, но это же необходимое зло… да и сколько там у них Старших… всего пятеро. А без Оторвы будет и того меньше!

— Эх, Еси-Еси, четверо, это тоже очень много. Двух вполне достаточно. Ты меня понял, юный Абэ?

Есиаки угодливо закивал и Мияки отвернулась, чтобы скрыть, исказившую лицо, брезгливую гримасу.

— Ну что же, господа магистры, на этом все. До свидания и удачи вам в вашем служении Великой Империи… Мияки, на два слова.

Дождавшись, когда остальные абоненты отключатся, Стефан выпрямился и как будто помолодел лет на пятьдесят. Даже морщины немного разгладились, и кожа перестала казаться пересохшей папиросной бумагой,

— Устала?

Мияки неопределенно покачала головой,

— Разве что немного… столько всего… навалилось.

Арпад кивнул, — Ничего. Скоро станет полегче… ты главное не забывай, кто тебе помог и благодаря кому ты достигла того, что имеешь. И тогда твое нынешнее положение будет всего лишь еще одной ступенькой к вершине… но я не об этом. Подстрахуешь Абэ? А то, что-то у меня на душе неспокойно… словно упустил какую-то важную деталь…

— Конечно, Стефан, какие могут быть вопросы. Подстрахую и здесь и на Латангаи, не беспокойтесь.

— Очень хорошо, тогда все. До свидания, прекрасная госпожа Рейко…

Когда лицо главы Совета растаяло и экран превратился в ровную белую поверхность, Мияки с трудом выпрямила судорожно сжатые пальцы и выдохнула застоявшийся в легких воздух… несколько раз сжала-разжала кулаки, восстанавливая циркуляцию крови. Со злостью захлопнула кейс и сунула его обратно в стол… посидела немного молча, затем решительно встала и подошла к стоящей в углу кабинета, накрытой плотной тканью клетке… сдернула покрывало и встретилась взглядом с блестящими бусинами умных птичьих глаз,

— Я очень умная девочка, Диего. И знаю о симбионтах все… все, что можно найти в старых библиотеках и в Сети, поэтому обмануть меня тебе не удастся. Не знаю, где ты сейчас находишься и что делаешь, но оставайся там и дальше… ничего хорошего в Возрожденной тебя не ждет… эти упыри снова закатают тебя в ящик и даже я не смогу тебе помочь… и птицу свою забирай, мало ли кто ее увидит, а эрудитов в империи и без меня хватает… чего бы тебе еще сказать… нет, лучше не начинать. Прощай, Диего.

Глава Рейко открыла дверцу клетки, а потом и дверь кабинета,

— Лети, птица… открытых окон в доме много, выход найдешь…а детям я скажу, что дикой птице надоело сидеть взаперти, лети спокойно.

Ворон перепрыгнул с открытой дверцы на стол, застыл на несколько секунд, словно что-то обдумывая, затем повернулся к девушке,

— Я еще не решил, что с тобой делать, убийца моя Мияки, — голос Диего заставил бесстрашную главу Рода отшатнуться, — но сегодняшнее тебе зачтется… с какой бы целью ты это не делала, я не стану тебя убивать… своими руками уж точно.

— Спасибо, утешил, — сквозь слезы улыбнулась Рейко, — ты всегда был очень чутким.

— Сентиментальным и любвеобильным точно, тут малыш Еси в нашем брате не ошибся, а вот чутким… не знаю. Ладно, прощаться не буду, потому что уверен, что мы еще встретимся… и помни, все чепуха, все пыль, но за моих детей ты отвечаешь головой. И не дай бог, кто-то попробует сделать из них заложников… поверь Ми, если вы попытаетесь провернуть этот вариант, кровью умоется вся империя, а виновников я развешаю на перекрестках в назидание выжившим… Пока, Ми, сегодня ты заставила меня вспомнить, как ты выглядела шестнадцатого апреля пятьсот четвертого года, в 13–37 на пирсе номер семнадцать, и поверь, это дорого стоит… убийца.