Гордон Диксон - Святой дракон и Джордж. Никто, кроме человека

Едва кончив завтракать, Каллихэн покинул ресторан и отправился ко главному входу комплекса Трехпланетного Совета. Назвав имя Уильяма Смита, он получил от облаченного в черный мундир полицейского круглый значок с изображением трех планет, заключенных в окружность; вдоль нижней дуги маленького диска было написано его имя, а вдоль верхней — слово «Посетитель». О’Рурк прошел в фойе, к круглому столу справочной службы, и попросил выдать ему жезл-проводник.

Девушка в справочном бюро показала, как пользоваться жезлом — это было очень просто, нужно было лишь поворачивать рукоятку, пока в прорези не появится надпись «офис советника Брейта». Теперь жезл был настроен, и мог указывать дорогу. Девушка передала жезл Калли, тот принял проводник, поднял его, и тот сразу же повернулся, указывая в сторону лифтов. О’Рурк встал на очередной поднимающийся диск, который вознес его на три десятка этажей и остановился; прозрачная стена шахты лифта скользнула в сторону, и Калли, следуя указаниям жезла, зашагал по широкому коридору, устланному зеленой ковровой дорожкой, залитому мягким светом, с роскошными подвижными фресками на стенах.

Жезл дважды подсказывал, где сворачивать, пока О’Рурк не оказался у другого лифта. Поднявшись еще на изрядное количество этажей, Калли вышел в круглый холл, от которого отходило несколько коротких коридоров. Здесь кипела деятельность, мимо то и дело с озабоченным видом пробегали служащие, по большей части — посыльные и курьеры. Жезл указал на один из коридоров, но Калли туда не пошел. Вместо этого он повернул рукоятку жезла, выключив его, а потом с нерешительным видом обратился к одному из спешащих курьеров:

— Прошу прощения…

Тот остановился.

— С моим указателем что-то стряслось — не работает. Вы не скажете, ресторан для обслуживающего персонала на этом этаже?

— Нет, не на этом, — кратко ответил курьер — круглолицый розовощекий молодчик, которого так и распирало от сознания собственной значимости, — на восемь этажей ниже. А что с вашим указателем? Позвольте, я посмотрю.

Он скорее сам взял жезл из руки Калли, чем подождал, пока О’Рурк его предложит, и посмотрел на рукоятку.

— Ничего удивительного. Он у вас выключен. Видите вот эту ручку?

— Вижу.

— Нужно, чтобы в прорези была надпись «ресторан». Вот так… — И, повернув рукоятку, как положено, курьер вручил жезл Калли. — Только повнимательнее с ней. Можно незаметно для себя выключить эту штуку — и тогда заплутаете в здешнем лабиринте, того и гляди, попадете в неприятности.

— Я буду крайне осторожен, — заверил его Калли.

— Это самое главное, — сказал курьер и отправился по своим делам.

Калли последовал в направлении, которое теперь показывал заново настроенный жезл, и в результате вернулся к лифтовым шахтам. Ступив на уплывающий вниз диск, он вновь принялся вращать рукоятку, пока в прорези не появились слова «подвальная энергостанция». Диск довольно долго уносил Калли в глубины здания. Наконец Калли очутился в коридоре с голыми мраморными стенами и металлическими дверями, расположенными через правильные интервалы. Он прошел до ближайшей развилки и там наугад попробовал открыть одну из дверей. Та оказалась запертой. О’Рурк оставил дальнейшие попытки и энергичным шагом двинулся вдоль коридора — со стороны он выглядел как человек, спешащий по делу. Людей здесь встречалось намного меньше, чем наверху, но все равно, пустынными нижние этажи назвать было нельзя. Кроме энергетических установок и щитовых, здесь располагались склады и архивы. Калли то и дело попадались клерки — как мужчины, так и женщины — и довольно много курьеров.

Он бросил взгляд на часы. Без двадцати час. Значит, если секретарь не ошиблась, через двадцать минут начнется заседание Совета. Свернув в коридор побезлюднее, Калли некоторое время шагал с сосредоточенным видом, пока не заметил курьера, ростом и фигурой похожего на него самого. Когда тот проходил мимо, Калли стремительно развернулся и нанес бедняге молниеносный удар ребром ладони по шее. Человек обмяк и рухнул на пол, словно марионетка с перерезанными нитками.

Калли быстро нагнулся, вскинул бесчувственное тело на плечи, как это делают пожарники, и размашисто зашагал вдоль коридора, пробуя все двери подряд. В первой комнате, которая оказалась незапертой, несколько клерков склонились над микрографом — они раздраженно подняли головы, когда О’Рурк чуть-чуть приоткрыл дверь.

— Прошу прощения… — пробормотал Калли, затворил дверь и поспешил дальше.

Наконец, две попытки спустя, Каллихэн обнаружил комнату, от пола до потолка забитую пачками бланков и каких-то формуляров в прозрачных пластиковых упаковках. На один из таких тюков он и уложил свою ношу. Курьер до сих пор не пришел в себя. Калли пощупал пульс, приподнял веко: если бедняге повезет, он отделается головной болью и ушибом шеи.

Вытащив из кармана моток скотча и положив его поблизости на одну из пачек, Калли быстро раздел курьера, скрутил ему лентой лодыжки и запястья, заведя руки за спину, и заклеил рот. Потом сам переоделся в униформу курьера.

Когда Каллихэн выходил в коридор, курьер, на котором теперь оставались только трусы да майка, уже начал подавать признаки жизни. О’Рурк вышел, захлопнув за собой дверь. Когда замок щелкнул, он посмотрел вперед, потом назад — коридор был пуст. Тогда он сунул в официальный конверт Трехпланетного Совета, прихваченный в только что покинутой комнате, несколько пустых бланков, заклеил его и, неся конверт вместо жезла, оставленного рядом со связанным курьером, энергично зашагал к лифту. Там он громко назвал номер этажа, на который первоначально препроводил его жезл. Диск начал подниматься.

Вновь войдя в круглый холл, он быстро зашагал вдоль коридора, по которому в первый раз не пошел. В конце обнаружился еще один круглый холл, но поменьше; за столиком здесь сидела средних лет секретарша — явно сестра-близнец той, что разговаривала с Калли по телефону.

— Лично советнику Брайту… Срочно, из его офиса, — сообщил он, показывая пухлый конверт.

— Вот как? Хорошо… Он в рабочем кабинете. Можете пройти. — Видя некоторую заминку, она добавила: — Вы новенький? Третья дверь налево, рядом с конференц-залом.

— Спасибо.

Перед указанной дверью он остановился и постучал.

— Войдите, — ответил голос, в котором нельзя было не узнать советника Амоса Брейта, несмотря на то, что дверная панель приглушала звук.

О’Рурк коснулся кнопки замка, створки распахнулись, он вошел в кабинет и услышал за спиной щелчок затворившейся двери.

В комнате находились два человека; оба повернулись ему навстречу — и, вздрогнув, замерли, словно пораженные громом. Свет падал в комнату через единственное широкое и высокое окно. Амос Брейт — невысокий, плотный, темноволосый — сидел за рабочим столом. Рядом, передавая ему какой-то документ, стоял высокий, широкоплечий, седовласый человек. Оба молча смотрели на О’Рурка, пока тот приближался к столу. Потом Брейт сумел преодолеть оцепенение.