Наталья Тишь - Лунные дети (СИ)

Глава 15

Если бы кто-нибудь сказал мне, что я однажды проснусь в одной постели с Кэлом, задушила бы предсказателя на фиг. Нечего каркать и предвещать кошмары, какие во сне не привидятся. Но в итоге реальность переиграла, пожалуй, всех, включая провидца. Я действительно проснулась в постели с Кэлом, еще и в обнимку, и — о Небо! — была невероятно счастлива.

Справедливости ради стоит заметить, что радовалась я исключительно биению его сердца, которое сейчас ощущала под пальцами очень четко, а под щекой пульсировала сонная артерия. Живой. Теплый. Настоящий. И я — такая же, потому что мое сердце, как бы пошло и пафосно ни звучало, билось в унисон с его. Даже отползать пока не хотелось, хотя накативший ночью страх медленно, но верно таял, когда я точно убедилась, что мои внутренности на месте.

Человеческое тело ведь сродни механизму: пока все работает исправно, не замечаешь его. Но стоит сломаться любой мелочи, и можно начинать пить травки, рисовать заклинания или устраивать забег по целителям.

Правда, в моем случае я точно знала причину слабости и легкого головокружения: откат. По сравнению с нынешним, первый откат казался комариным укусом, не стоящим малейшего внимания. Подумаешь, слабость была! Тоже мне, неженка нашлась, пережила ведь. Но откат после тирима заставил понять, что в жизни бывают ощущения, сходные со смертью. Хотя мертвым-то как раз наплевать на собственное самочувствие, они умерли и все, остальное трупов уже не касается.

Я помнила, как расцветала серебристая сеть заклинания, жадно высасывая из меня магические силы похлеще бист вилаха. Правда, этого тириму оказалось мало, и он прихватил приличный кусок от сил физических. Что случилось после активации, из памяти стерлось начисто, очнулась я уже здесь, в квартире Кэла.

Мертвая.

Так показалось в первый миг, потому что я совсем не чувствовала сердца. Потом пришло ощущение, что пропали и внутренности. Словно кто-то, пока я спала, раскрыл меня, как книгу, и аккуратно вынул совершенно все органы, оставив только скелет да мясо с мышцами, чтобы кожа не обвисла на костях, как выпотрошенный мешок. Умом я понимала, что такое невозможно, но чувство полнейшей пустоты внутри и накативший страх не лучшие помощники, чтобы размышлять здраво. Хотя судя по реакции Кэла, он даже не понял, насколько я перепугалась. Вряд ли догадался, с какой радости я позвала его в постель.

Но в тот момент мне просто жизненно необходимо было почувствовать чье-то присутствие, услышать чужое сердце, которое бы доказало, что я нахожусь все-таки в мире живых, а не в Подземных залах. А еще я дико замерзла, понятия не имею, почему, но стоило проснуться, и откуда-то навалился холод, пока не прижалась к Кэлу, старалась не задрожать. Еще и накатила слабость, как неприятный довесок.

Прекрасная охота! Предупредить меня о том, что тирим жрет невероятно много магии, никто не удосужился. А зачем? Наверняка ведь решили, что раз лунная, то запасов хватит. Конечно-конечно, и совсем позабыли, что я младше их, а значит, мои резервы куда меньше, даже если на всю голову лунная. Стукнуть Кэла, что ли…

Я отстранилась, посмотрела на него спящего. Не стукну. Наверное, во всем было виновато тепло его рук, но сейчас Кэл походил на мягкую игрушку, с которыми так любят спать дети, искренне уверенные, что плюшевые зверюшки и птички защитят их ночных кошмаров. В моем случае, правда, обнять и прижать, как игрушку, Кэла не получится — все-таки он пошире меня в плечах будет, да и повыше. Но выглядел настолько беззащитно, что поверить в серьезную профессию не получалось. Сыщик? Да этого сыщика сейчас хоть связывай, хоть режь — не почувствует. Даже не пошевелился, когда я выбралась из его объятий, нехотя выползая из-под одеяла. Все-таки холодно у него в квартире, несмотря на царящее за окном лето. Неужели дом нисколько не прогревается?

Странная тишина казалась даже уютной. Нет, все-таки плохо на меня действуют такие откаты. Слабость до конца так и не прошла, перед глазами от резкого движения замелькали черные мушки. Я, конечно, знала, что работа в сыске — дело непростое, но чтобы так…

К горлу подкатила тошнота, когда я вспомнила Матью. О Небо, ку ши разодрал ему живот! Или приснилось?..

— Кэл! — он точно должен знать, чем все закончилось. — Кэл, проснись! Кэл! Хватит спать!

Он только сморщился, мотнул головой и зарылся в одеяло, натягивая его почти до макушки. Ладно, не хочет по-хорошему, будет по-плохому. Я забралась под одеяло и бесцеремонно принялась его щекотать. Если и это не разбудит, то плевать, сама до клиники доберусь.

Но Кэл проснулся. Мгновенно — я не успела глазом моргнуть, как запястье пронзила боль, комната пошатнулась, а Кэл бесцеремонно уселся на меня, рефлекторно стискивая бедра коленями и второй рукой сдавив горло.

— Доброе утро, — просипела я, пытаясь прогнать снова замельтешивших перед глазами мушек и отвоевать хотя бы маленький глоток воздуха. Надо взять на заметку, что с утра его лучше не щекотать.

— Элиш?.. — руку Кэл убрал, но не слез, растерянно уставился на меня, явно не понимая, что случилось.

— Ты всем девушкам так «доброе утро» говоришь? — я демонстративно покашляла и дернула рукой. — Отпустишь? И слезь, ты тяжелый, как медведь.

— Извини, — он поспешно скатился обратно на постель, не сводя с меня взгляда. — Как ты себя чувствуешь?

— Что с Матью?

Кэл на мгновение опешил и тряхнул головой, сгоняя остатки сна.

— Хили сказал, что жить будет, если не станет бегать, — он склонился надо мной, внимательно оглядел. Я улыбнулась помимо воли в ответ на встревоженный взгляд.

— Хорошо… Я в порядке, если не считать слабости. Как я вообще оказалась в твоей постели?

— Я не мог отвести тебя в общежитие, — откликнулся Кэл, продолжая словно прощупывать меня глазами. От такого пристального внимания стало неуютно, и я приказала себе подняться. Тело словно налилось свинцом, оказалось чересчур тяжелым, будто некто, вернувший внутренности, добавил что-то еще, слишком весомое, чтобы оторваться от постели.

— Элиш?

— Сейчас, — я прикрыла глаза и рывком села, опуская ноги на пол. — Почему у тебя так холодно?

— Самому интересно.

Все-таки он до сих пор был встревожен, но чувствую, если обернусь сейчас, никуда не уйду. Просто упаду обратно, зароюсь в одеяла и снова усну. Самое интересное, что магия почти полностью восстановилась, я чувствовала, как подрагивает «ключ», готовый среагировать на любое активирующее слово. Так что на парах простейшее заклинание я вполне могу нарисовать.

О… Академия!

— Элиш?

Я подскочила, наплевав на слабость, и уставилась на часы. Сорок минут до занятий! В любой другой ситуации я бы забила, но если пару ведет Декан-инквизитор, а я лунная, то опаздывать и пропускать пары явно не стоит.