Иван Мак - Ина Вири Калли

− Всегда бывает так, что кто-то живет за счет других. − Ответил Файг.

− Ты хочешь что бы кто-то жил за твой счет? Не будем считать твоих детей и родных. Так просто кто-то. Хочешь?

− Нет.

− Этого не хотят и другие.

− Тогда как жить нам? − Спросил Файг.

− Подумай. Чем питается хищник?

− Мясом других животных?

− Чем питаются эти животные?

− Кто чем.

− В конечном итоге чем?

− Травой. Растительностью. Ты хочешь что бы мы стали травоядными?

− Я не закончила. Чем питается трава?

− Берет соки из земли и атмосферы.

− Да. Но где она берет силу?

− От Солнца. От Солнца? − Удивился Файг. − Ты хочешь сказать, что есть такой способ?!

− Подумай, если это может глупая трава, почему этому не может научиться тари? Теперь, достаточно об этом. Этот вопрос закрыт. Ты теперь знаешь направление куда идти. Теперь о жертвах. Ты знаешь что забирает Хранитель?

− Силу живого существа.

− Ты знаешь почему Хранителю не подходит труп существа убитого несколько минут назад?

− Нет.

− Помнишь слова о том что энергия ратиона равна энергии десяти тари? Как десять огромных зверей могут поместиться в маленьком рыжем звере?

− Я не знаю.

− Подумай.

− Это какая-то другая энергия?

− Да. Это другая энергия. Она есть в живых. А теперь вспомни что я только что говорила про обычную энергию. Где ее источник?

− В солнце. И источник энергии жизни там же? − Спросил Файг.

− Нет. Иначе Святой Иоринг глотал бы звезды, а не людей.

− Я не буду говорить где эта энергия берется. Я хочу провести один эксперимент с Хранителем.

− Если его убить, у нас не останется ничего. − Сказал Файг.

− Ты ведь понял, что я не хочу убивать?

− Да.

− Тогда, поверь мне. Существует еще не мало способов делать то же что делал Хранитель, но без этих убийственных жертвоприношений. Хранитель − убийца. Когда вы ушли я пыталась свернуть его стремление убивать, но мне это не удалось. Для этого надо полностью менять его программу. Я сама этого не смогу. Не смогу, потому что я не училась тому, чему должна была учиться. Меня учили люди на Матане. Учили тому что знали. Когда поняли, что я ухожу дальше, учеба прекратилась. Я оказалась в пустоте. Передо мной огромные возможности, часть из них я нашла сама, но они убийственно опасны. Сейчас у меня есть сила но я умею только рушить. Я хочу научиться создавать, но для этого мне надо найти ратионов. Вы не знаете их. Леры назвали ратионов союзниками тари, а Святой Иоринг забился в дыру, когда неизвестно откуда здесь объявилась моя мать. Она была одна. Марек несколько месяцев прожил с ней на космической станции, и она рассказывала что делала сама. Она тоже искала ратионов, и она умерла, когда родилась я. Ей мешала эта война. Она мешает и мне. Я знаю, что вы не любите людей. Вернее, любите, но на обед. Я не хочу, что бы что нибудь случилось с Мареком.

− Мы не тронем его.

− Вы не тронете. Кто-то еще не тронет. А как я услежу, если вас окажутся тысячи?

− Ты можешь его сделать таким же как мы.

− Сделать его людоедом? Он это этой мысли сойдет с ума. Я хочу, что бы вы помогли мне. И тогда я смогу помочь вам.

− Ты можешь приказать.

− Дружбы не бывает по приказу.

− Ты думаешь между нами может быть дружба?

− А почему ее не может быть?

− Ты сильнее всех нас.

− Ну и что? Я сильнее Марека, а он обычный человек. И он мне друг.

− Он для тебя больше похож на собачку, которую ты держишь при себе. Ему наверняка хочется домой.

− Ему хочется домой. Но он улетел со мной сам. Он знал, что прилетев сюда к вам он станет этой собачкой. Но он сделал это, потому что знал, что люди могут убить меня, если его не окажется со мной.

− И после этого ты им веришь?

− А как вы хотите? Вы тысячи лет убивали их. Появляется еще один зверь, котрого все считают вашим союзником. Они должны его жалеть? Что сделали вы, когда мы появились у вас? Вы решили, что нас надо убить. Я не хочу убийств. Ни тех ни этих. Я была там и я знаю, что они могут жить не убивая, если никто не будет убивать их. И вам незачем убивать людей. Вы даже сейчас выглядите как люди и не хотите понять что эти убийства не нужны?

− Мы столько лет убивали и тут появляется девчонка, которая говорит, что этого делать нельзя. Как нам понять?

− Если вы сейчас не понимаете, вы можете хотя бы поверить.

− Мы можем поверить. Еще кто-то поверит, а что будет, когда нас окажется тысячи? У тебя не хватит сил на всех, что бы доказать.

− Давай не будем смотреть куда-то туда, в будущее и считать хватит ли сил. Вы верите и вы можете мне помочь.

− Ты уничтожишь всех Хранителей и тари будут обречены на вымирание. − Сказал Файг.

− Почему? Вы можете изменить свой вид и жить на любой планете.

− И что получится? У нас буду рождаться дети этого другого вида и они уже не будут тари. Они не будут даже в состоянии понять нас.

− Вы думаете, что не существует вида, который более жизнеспособен и который бы смог принять вас полностью?

− Кто? Ратионы? Хранитель не может делать ратионов.

− Хранитель − идиот. − Сказала Ина. − У него программа-убийца. Он делал из тари людей, забирая энергию жизни. Я не знаю как и что надо сделать. Но я знаю, что это знают ратионы. Я хочу, что бы вы помогли мне. Но я не хочу, что бы это было по приказу. Я не могу приказывать. Я слишком мало знаю что бы приказывать. Мне нужно, что бы меня кто-то учил.

− Как тебя учить, когда ты можешь учить кого угодно сама?

− Я не знаю. Вас тоже надо учить.

− Чему?

− Быть друзьями людям. Я поняла. Вы всегда выполняли приказы. У вас нет дружбы.

− У нас есть дружба.

− Тогда почему ты спрашиваешь как быть другом? Это одинаково у всех.

− Дружба должна быть взаимной.

− А я о чем говорю? Вам кажется, что я навредила вам, уничтожив Хранителя?

− Не знаю. Я не представляю как жить без него.

− У вас здесь есть еще один Хранитель.

− Ты его тоже уничтожишь?

− Я не знаю. Я хочу попробовать изменить его так, что бы не требовались жертвоприношения. Сколько вас здесь? Всех тари в этой системе? У вас же есть еще другие планеты, другие Хранители. Вы можете перелететь туда.

− После этого мы просто умрем. Нас всех заставят пройти жертвоприношение.

− Вы не можете жить без Хранителя?

− Как?

− Стать самими собой и жить где-то.

− Наша собственная планета давно мертва.

− Совсем нет других, где вы можете жить?