Татьяна Минасян - Многоцветная магия

Он не сразу понял, что его насторожило. Вроде бы роща, сквозь которую они шли, по-прежнему была неуютной, но тихой и спокойной, однако в окружающем мире вдруг словно бы что-то неуловимо изменилось. То ли за ближайшими деревьями промелькнуло какое-то движение, то ли отбрасываемые ими черные тени вдруг раздвоились, как будто бы где-то рядом вспыхнул еще один источник света, но Златов внезапно ощутил странное беспокойство, которое быстро, почти мгновенно превратилось в сильнейшее чувство тревоги. Неосознанное, интуитивное, но требующее немедленно бежать или защищаться от неведомой опасности.

— Аля, стой! — крикнул молодой человек, бросаясь догонять идущих впереди детей и девушек. В следующий миг на тропе прямо перед ними возникла летящая на них сеть, такая же тонкая и почти невидимая в полумраке и такая же крепкая, как другие сетки обитателей оставшегося позади поселка. "Черт бы побрал этих огненных, из-за их дурацких шуток мы на поезд опоздаем!" — успел подумать Юрий, видя, как его запутавшиеся в сети спутники с визгом и возмущенными криками валятся на снег. Он огляделся вокруг, готовый высказать магам огненной общины все, что о них думает, и, одновременно, уже догадываясь, что хозяева фениксов здесь не при чем и что дела у него и его друзей обстоят гораздо хуже — но не успел. Ледяной порыв ветра отбросил его назад, в сугроб возле тропинки, с силой вбил в рассыпчатый снег и забрался к нему под одежду, впиваясь в тело тысячами иголок и сковывая его невидимыми, но прочными ледяными путами, не дающими пошевелить даже пальцем. Златов машинально дернулся, пытаясь разорвать эти невидимые оковы и вскочить, но с таким же успехом он мог бы попробовать шевельнуться, лежа под снежной лавиной. Он хотел закричать, но не смог даже просто напрячь горло — ни одна мышца больше не желала его слушаться, парализованная чьей-то мощной обездвиживающей магией. Все, что у него осталось — это зрение и слух, и благодаря им он сумел узнать, что случилось с его подругами и учениками дальше. Он видел, как они барахтались под сеткой и как эта сетка странно дергалась вверх, словно ее тянули на себя чьи-то невидимые руки, слышал, как испуганно кричали подростки и как Альбина приказывала им перемещаться, но не мог ни помочь своим друзьям, ни даже просто понять, что происходит. А потом из сети высунулась чья-то рука и в сторону нападавших невидимок ударила узкая струйка огня, которая тут же распалась на множество искр, налетев на какую-то прозрачную преграду. Сразу же после этого запутанный сетью "клубок" из семи человек отлетел в сторону, словно бы его с силой чем-то ударили. Снова кто-то закричал — и теперь крик был не столько испуганным, сколько сдавленным, болезненным. А потом сетка вдруг с треском разорвалась — точнее, даже не разорвалась, а разлетелась на много небольших кусочков, и все семеро пленников раскатились по земле в разные стороны.

— Уходим! — крикнула Альбина, взмахивая руками. Юрий знал этот жест и понял, что девушка накрыла оказавшихся рядом с ней Михаила и Аллу магическим щитом. В эту же секунду рядом с ней кто-то громко выругался, и Лилит, приподнявшись, прицельно швырнула на этот голос маленький огненный шар. Однако он тоже оттолкнулся от прикрывавшего невидимку щита и полетел обратно в запустившую его волшебницу.

— Лилит, уходи!!! — завопила Шорохова, срывая голос. Девушка пригнулась, пропуская шар над собой, а потом, выбросив вперед руку, дотянулась ею до упавшего чуть в стороне Леонида, неподвижно лежавшего на тропе. С другой стороны к нему точно так же пыталась подползти Белла, которую словно бы что-то не пускало.

Лилит вскочила на ноги, но тут же снова упала прямо на мальчика. Над Беллой пролетел еще один сгусток пламени — пролетел с такой большой скоростью, что, судя по всему, ему удалось пробить не слишком прочный магический щит. Огонь охватил чью-то фигуру и рощу огласил сумасшедший вопль, в котором утонули все остальные крики. Микаэлян схватила Беллу за руку и вместе с ней и Леонидом исчезла. Альбина снова взмахнула руками, убирая свой щит, прыгнула к прижавшимся друг к другу Алле и Мише, и они тоже пропали из виду. Чей-то женский голос снова принялся громко ругаться, а потом его перебил другой, более низкий:

— Пошли отсюда, сейчас сюда огненные набегут! — и еще через долю секунды роща вновь погрузилась в темноту и тишину.

Что случилось с Романом, Юрий со своего места не увидел, и ему оставалось только надеяться, что мальчишка сумел переместиться в город самостоятельно, причем сделал это еще в начале драки — иначе Альбина не бросила бы его одного. Чем закончилась схватка для того, в кого Лилит попала огнем, он тоже не знал, но поскольку ни криков, ни стонов больше слышно не было, другие напавшие на экскурсантов, скорее всего, сумели потушить его горящую одежду и забрали его с собой. На всякий случай Златов поглядел вокруг "третьим глазом" и убедился, что нигде поблизости нет ни одной человеческой ауры. Он был один в холодном зимнем лесу и не мог ни позвать на помощь, ни пошевелиться. И возвращаться за ним никто не спешил.

Поначалу Юрий был уверен, что Альбина вот-вот вернется и найдет его — а если не вернется сама, то обязательно пришлет на станцию какого-нибудь другого волшебника. Но минуты сменяли одна другую, а он все так же оставался в одиночестве. И означать это могло только одно: Альбина, Лилит и дети все-таки не смогли спастись от неизвестных преследователей. Возможно, там, куда они переместились, их ждала другая засада, а может быть, те, кто напал на них здесь, в роще, сумели уцепиться за кого-нибудь из детей, и борьба продолжилась на новом месте. А ведь обе девушки убежали из рощи, взяв с собой по два человека, пусть и не очень больших и тяжелых. Перемещение должно было отнять у них почти все силы, и вряд ли они после этого сумели бы отбиться от менее уставших магов…

Пролежав в сугробе около получаса, Златов окончательно уверился, что с Альбиной и Лилит случилось что-то страшное. Он пытался убедить себя, что девушек могли просто окружить магическими щитами или запереть под землей, лишив их возможности перемещаться в пространстве, но в голову лезли другие, панические мысли о том, что обеих волшебниц уже нет в живых, что их убили сразу же после перемещения, как ненужных свидетелей или пресекая их попытки сопротивляться. А сам он теперь будет лежать в снегу, пока не замерзнет, и тело его проваляется здесь всю зиму, потому что огненные маги редко пользуются этой тропинкой, они перемещаются в Петербург сразу из своего поселка, так что если и наткнуться на него весной, когда все растает, то только случайно…

"Кстати, — сообразил Юрий, — а почему огненные маги не прибежали сюда во время схватки? Неужели не слышали всех этих криков? Сволочи, значит, это их работа!" Однако такие обвинения в адрес жителей "Садоводства" показались ему сомнительными: огненным волшебникам было бы гораздо проще запереть их у себя в поселке, чем устраивать потасовку в лесу. Разве что нападать на гостей собирались не все обитатели поселка? Или они специально выпустили экскурсантов, чтобы потом, если кому-нибудь из них удастся сбежать, он бы ни в чем их не заподозрил? Но даже если все было так, для чего огненным вообще все это было нужно? Кто-то из детей все же сумел увидеть нечто секретное? Или, может быть, огненная община так и не отказалась от мысли заполучить в свои ряды всех необычных детей?.. Это объясняло, почему они так легко согласились пустить в "Садоводство" чужаков — они и не собирались выпускать их обратно!