Катрин Андер - Королева

— Да, — тихо и очень грустно вымолвил Эссси, в очередной раз, восхищаясь этим ребенком, которого жизнь заставила так быстро повзрослеть. Он знал, что она неправа, знал, что скоро она пожалеет о своем выборе, о своем решении, знал, что она окажется в шаге от бездонной пропасти и только ей решать — остановиться или завершить начатое движение. Какая же она еще глупенькая и маленькая, моя королевы, — вдруг снисходительно подумалось дракону. Но он не станет ей ничего говорит, не станет делиться своими знаниями и мудростью, это ее путь, а не его, и он на нем лишь сторонний наблюдатель и так позволивший себе слишком много…. Но все же он обязан ее предупредить о риске для ее жизни во время родов: — ты знаешь смертности человеческих женщин во время родов полукровок?

Эллис смотрела на отца своего будущего ребенка, снисходительно улыбаясь, с потаенной грустью в глазах, даже не догадываясь, о чем он задумался, и насколько эти мысли важны для нее. Она приняла решение, и теперь в ее голове зрел план дальнейших действий. За ее спиной все так же верно и неторопливо всходило солнце, а впереди снежным серебром мерцали горы, вершин которых уже успели коснуться его лучи. Как символично, — подумала Эллис, произнося вслух совсем другие слова:

— Да, я знаю, но я ведь и не человек, почти. Ты сможешь сделать, так чтобы никто не смог заметить моей беременности? Хотя бы первые несколько месяцев?

— Конечно, так же как я скрыл твою вторую структуру, это сложно но возможно, особенно с привязкой на твой кулон. Но как ты собираешься скрыть живот, когда он начнет расти?

— Мне же надо к вампирам, — подернув плечиками, безрадостно ухмыльнулась Эллис, — как раз месяца через три-четыре, семья меня поймет и не выдаст. Поживу у них пол года, рожу, обучусь, и вернусь обратно. Да и если что-то пойдет не так во время родов, они единственные кто смогут меня спасти.

— Ты уверена, что сможешь? — спросил Эссси, внимательно вслушиваясь в чувства девушки, даже зная и ее ответ, и ее страхи, и то будущее, на которое она себя обрекала.

— Знаешь же, что нет, но я постараюсь, — Эллис вновь попыталась нежно улыбнуться. — Не получится, я всегда смогу уйти, или придумать что-нибудь еще, а вот сможешь ли ты? Теперь я знаю, чем тебе грозит мое согласие, и прости, но я не верю….

— Смогу, — просто ответил повелитель драконов, даже не думая убеждать столь дорогую ему девушку этим словом, а может, надеясь убедить им самого себя. И это не ускользнуло от проницательной королевы, слишком обостренно чувствующей сейчас мир. Это только кажется что с милым рай в шалаше, но жизнь не так проста, как того бы хотелось, в ней нет только черного или только белого. Она уже стала правительницей до мозга костей, а о драконе и говорить не стоит. Без этой жизни она продержится пол года в лучшем случае, Ришу ничего не стоит продержаться всю ее жизнь, для дракона это песчинка по сравнению с тысячелетиями жизни, но что будет потом, когда ее не станет, когда она начнет увядать или надоедать?

— Знаешь, я в этом мире почти год, и мне кажется, за этот год я постарела лет на 10 не меньше. А теперь мне пора, — королева резко сменила тему, — а то обнаружат мое отсутствие, и опять волноваться будут, а мне потом придумывать, где я была и что делала. Думаю, сказке про то, что любовалась восходом в горах, никто не поверит.

— Хорошо, мне нужно совсем немного времени. Тебя отнести к дворцу, или ты сама доберешься?

— У меня есть и подарок от Рена, неисчерпаемый телепорт к нему, он меня и переправит во дворец. Бедняжка, по дороге сюда, я его от такой красотки оторвала.

Протяжно скрипнули двери оружейной, и в слабом свете галереи обрисовалась фигура весьма довольного собой герцога Каэрсанита. Он все же сумел выкроить время для спарринга с бывшим учителем, и ни капли об этом не жалел. Скорее Кэриен удивлялся тому, что не вернулся к тренировкам раньше. Тело приятно ныло от усталости, синяков и мелких порезов. Мастер Грейн как всегда беспощаден к своим жертвам, по недоумению именуемых его учениками. А вот в голове наконец-то воцарилась кристальная чистота и ясность.

Герцог еще некоторое время постоял на месте, с мечтательной улыбкой всматриваясь в полумрак галереи. Осень уже вступила в свои права, и ночь накрывала столицу своим черным покрывалом гораздо раньше. Но вот, он неспеша двинулся к себе, и во все стороны от него разбежались гулкие звуки эха его шагов.

Слишком слабое освещение нежилого корпуса, даже ему казалось непривычным. И в голову помимо воли пролезло удивление, — и как Эллис не боялась ходить здесь поздним вечером или ночью, особенно когда едва ли не каждый вечер стоило ожидать очередного покушения. Даже с его выдержкой, герцог был вынужден одергивать себя, чтобы не вслушиваться и не вглядываться в полумрак коридора. Хотя королева с самого начала особой нормальностью не отличалась. Мысль не пришлась по душе Кэриену и он поморщился. Все те покушения так и останутся на его совести, как серьезнейший просчет и всей службы безопасности, и его лично. Да и Эллис уже декаду как отсутствует во дворце, и это только прибавило забот и без того забывшему про нормальный сон герцогу.

Кристальная ясность ума и царящая вокруг тишина способствовали новым размышлениям о королеве. Кэриен уже давно хотел разобраться в своих смутных предчувствиях, в таинственных противниках, считающих всех личными марионетками, но, как и раньше ему не хватало информации, чтобы увязать все концы с концами, выстроить недостающие взаимосвязи. А его домыслы порой заводили главу службы безопасности в такие дебри логических построений, что ему только оставалось ужасаться собственным выводам. Хотя где-то там, среди их множества вполне мог скрываться единственный правильный. Чертова интуиция не давала покоя и сейчас, сообщая, что с отъездом Эллис не все чисто и гладко. Для аристократии они придумали версию о том, что ее величество увлеченная развитием наук в королевстве, узнала об вампире, работающем над одним интересным на взгляд королевы учением и напросилась на пол года к нему в ученицы. Если учесть что королеву на самом деле должны были обучать, а соответствующее учение вполне можно признать редким и интересным, то они сообщили чистую правду. Вот так немного недоговорок, немного иной смысл, вложенный в безобидные слова, и получается логичное объяснение, и никакой лжи. Вот и не отпускало герцога ощущение, что ее величество точно так же кое-где не договорила, кое-где сказала другими словами, нигде не солгала, но если не истинную, то еще как минимум одну причину своего отъезда умолчала. Но что она скрыла, увы и ах, правящая семья Арьенар членов своей семьи не выдает, слуги у них проверенные и перепроверенные, так что получить там информацию просто невозможно.