Юлиана Суренова - Книга 7. Дорога в бесконечность

- Ты… Ты можешь меня видеть?

- Неясно, - осторожно ответил тот. - Для меня ты - безликая серая тень.

- Но ты меня слышишь…

- Да, - на сей раз он кивнул, - так же отчетливо, как и других духов.

- Духов? - сердце Мати нервно дернулось в груди, пальцы задрожали. Прикусив губу, она нахмурилась. - Но я не дух!

- Ну, ты и в самом деле не такая, как мы. Сперва, когда ты появилась здесь, я решил, что ты - Потерянная душа.

- Я… - она сглотнула подкативший к горлу комок. Нет, ей не хотелось быть Потерянной душой! Кем угодно, пусть даже духом, тенью, но только… - Я - не она!

Я пришла из другого мира…

- Да, теперь я вижу. Что бы там ни было, ты сохранила часть себя…Ты знаешь, кто такие Потерянные души?

- Давай не будем говорить о них, - болезненно поморщилась Мати. Ей было неприятно и даже страшно говорить о них, хотя она и сама не понимала, почему.

Но дух настаивал.

- Ты знаешь?

И девушке ничего не осталось, как ответить:

- Нет. Почти нет. Только то, что рассказывал Шамаш.

- Старший?

- Вы… - Мати старательно подбирала слова, боясь, что какое-то из них, ошибочно сказанное, настроит собеседника против нее. А ей этого хотелось меньше всего на этом свете. Потому что он был единственным, с кем она могла говорить, кто мог ей объяснить, что происходит, и помочь. - Вы зовете его колдуном.

- Старшим, - терпеливо поправил ее дух, а потом продолжал: - Так что он рассказал тебе?

- Что Потерянные души - то зло, которое несло угрозу этому миру и с которым он сражался и которое победил…

- Дорогой ценой… - дух вздохнул, качнул головой. - Ну ладно… Кто бы ты ни была, угрозы ты не несешь. Во всяком случае, сейчас.

- Почему?

- Ты считаешь иначе?

- Нет! Я… - она потерла щеку, потом пожала плечами. - Я не хочу никому зла. Но…

Если ты сомневался… Если думал… Почему ты позволил мне прийти сюда? Ведь здесь дети, и…

- Ты ошибаешься. Здесь никого нет.

Мати удивленно воззрилась на него, не понимая, а потом вновь огляделась вокруг…

И обнаружила, что стоит не посреди светлой комнаты, а крошечной темной клетушки-чулана, в котором, кроме какой-то старой утвари, покрытой паутиной, действительно ничего не было. Никого и ничего.

- Ну да… - пораженная, пробормотала она. - Ну да… - она не знала, что еще сказать, что подумать.

- Не обижайся. Но я не мог подвергать детей опасности. Я вынужден был пойти на обман.

- Но с ними все в порядке? С этой девочкой и малышкой?

- Разумеется. Здесь, в самом центре колдовских земель, у подножия королевского замка им ничто не угрожает.

- Ничто, кроме Потерянных душ.

- Все, что были, уничтожены в том бою, о котором ты упоминала.

- Но могли появиться другие… - она сама не знала, зачем говорила об этом, особенно если учесть, как ей был неприятен разговор о Потерянных душах.

- Вряд ли. Но никто, кроме Старшего, не может знать наверняка…

- Потому что он предвидит будущее?

Дух несколько мгновений пристально смотрел на нее, затем молча кивнул.

- Нужно всегда быть осторожным, - продолжала Мати. - Ведь часто как бывает: когда исчезает одна опасность, появляется другая…

- Верно… - угольки глаз домового несколько остыли. Они больше не жгли, глядя с одобрением и даже уважением. - И раз ты понимаешь это, то понимаешь, и почему я был вынужден окружить тебя обманом, приведя вслед за наветом сюда.

- Да, я понимаю. Я… Я возникла здесь так внезапно… Но почему ты удерживал меня в этом доме, вместо того, чтобы прогнать прочь? Я бы ушла, стоило тебе снять заклятье. Я сама хотела…

- Избавлять от опасности одних, подвергая всех? - дух закачал головой. - Нет, я должен был сперва во всем разобраться. И, потом, куда бы ты пошла, отпусти я тебя?

- К Шамашу, конечно! - не задумываясь, воскликнула Мати.

- Вот-вот, - вздохнув, глянул в сторону дух.

- Ты думал… - Мати вытаращила глаза. - Что я могу… Причинить зло ЕМУ?! Это…

Это просто невозможно! Я… Я люблю его! Люблю больше всего на свете! - она была так потрясена, что случайно выдала тайну, которую хранила от всех, даже самой себя, и потому, поняв, что сделала, покраснела, потом побледнела, чувствуя себя неловко, смущенно… Но слово - как ветер, вылетело - не поймаешь.

Дух же, воспринимая все услышанное совершенно спокойно, как нечто само собой разумеющееся, произнес, повторяя уже сказанное:

- Прежде чем отпустить тебя, я должен был убедиться, что ты не несешь угрозу.

- Ты убедился?

- Да, - кивнул он.

- Теперь ты отпустишь меня?

- Что ты думаешь делать?

Мати уже начала привыкать к тому, что дух дома пропускал мимо ушей вопросы, на которые не хотел отвечать, словно так и надо. Единственное, у нее мелькнула мысль: "Странно. Это ведь создание мира Шамаша, обитатель его мечты. А он всегда отвечает, какими бы глупыми ни были вопросы… Ну, почти всегда, - немного подумав, качнула головой девушка, потому что раз или два за все то время, что она его знала, бог солнца все-таки промолчал. Но, должно быть, у него были для того очень веские причины. Этот же дух… - Ну что ему стоило сказать! Пусть даже "нет"! - это молчание было обиднее всего, даже обиднее отказа. Нет, конечно, она бы не приняла это "нет", стала бы надоедать, канючить: - "Ну почему? Почему мне нельзя уйти из этого дома? Я что, навеки заключена в нем? Почему? Шамашу это точно не понравится. Ведь это несправедливо. Я ни в чем не провинилась. Перед этим миром - уж точно! Я даже не родилась в нем!" -Вот именно, - не сдержавшись, словно случайно, обронил дух.

- Что? - Мати вздрогнула, сразу все поняв: "Он читает мои мысли!" -Я не читаю мысли, - хмыкнул в усы мужичок и прежде, чем девушка успела воскликнуть: "Как же! Вот ведь прямо сейчас…", продолжал: - Я говорю на языке мыслей. И другой мне не известен.

- Но… - Мати не могла понять. Прежде она всегда чувствовала разницу между словом, произносимым вслух, и сказанным мысленно. И вот теперь… Нет, она не прибегала к помощи другой, тайной речи. Хотя бы потому, что в этом не было необходимости, так что…

- Дело не в необходимости, а возможности, - качнул головой страж дома. Его взгляд, обращенный куда-то в сторону, был задумчив, голос вкрадчиво-тягуч. - Я не знаю, кто ты, но ближе к духам, чем к теням - это точно… Ты… - на мгновение он умолк, помолчав немного, вновь качнул головой. - Думаю, ты из духов, которым Высшие позволили самим выбрать, кем стать. И сейчас ты выбираешь… - он поднял взгляд на чужачку, словно ожидая от нее подтверждения своих предположений, а затем вдруг, ни с того ни с сего, сказал: - Хорошо, я отпущу тебя. Иди.

- Куда? - она даже растерялась.

- Куда хочешь, - мужичок с интересом смотрел на нее, поблескивая угольками глаз из-под мохнатых бровей.