Раймонд Фейст - Королева мрака. Книга 1

— Я должен лишить армию, которая вот-вот возьмет город, возможности строить себе корабли, — сказал Эрик. — Ты можешь это понять?

— Парень, это все, что у меня есть! — воскликнул корабел. Эрик показал мечом на далекий мост из ослепительно белого света:

— Они отнимут у тебя больше. Они изнасилуют твоих женщин, а тебя убьют или обратят в рабство и заставят строить для них корабли, на которых они приплывут на мою родину и убьют меня и моих родных.

— Что же ты хочешь от нас? — спросил корабел, и в его голосе было столько же вызова, сколько мольбы.

— Друг, бери лодку и уплывай отсюда, — сказал Эрик. — Забирай своих сыновей и удирай, пока у тебя еще есть время. Доберись до Города на Змеиной Реке и устройся там, но если ты немедленно не уйдешь, я буду вынужден убить тебя.

В этот момент подбежал Бигго с двумя солдатами, и вид пяти вооруженных людей окончательно сломил корабела. Он кивнул и сказал:

— Дай мне час.

Эрик покачал головой:

— Я могу дать тебе только пять минут, а потом начну поджигать все. — Он оглянулся и заметил поблизости маленькую парусную лодку. — Это твоя?

— Нет, соседа.

— Тогда укради ее и уплывай.

Эрик приказал людям рассыпаться и поджигать, но когда Бигго пробегал мимо семьи корабела, один из его сыновей крикнул:

— Нет, отец! Я не дам им сжечь наш дом!

Бигго не успел обернуться, и удар вагой пришелся ему прямо в основание шеи.

— Нет! — закричал Эрик, но было уже поздно. Со сломанной шеей Бигго повалился на землю.

Ру налетел на юношу и ударом щита в лицо опрокинул его, а Эрик потрясение уставился на неподвижное тело Бигго.

Ру занес над упавшим юношей меч, но Эрик шагнул к нему и оттащил в сторону.

— За что? — потребовал он, склонившись над дрожащим от страха юношей. Схватив его за рубаху, он одной рукой поднял убийцу Бигго, и они оказались лицом к лицу. — Скажи, за что! — выкрикнул Эрик ему в лицо, и в это мгновение услышал голос:

— Не убивай его!

Эрик обернулся и увидел женщину. По лицу ее ручьем бежали слезы.

— Он мой единственный сын.

— Он убил моего друга! Почему же я должен его пощадить? — крикнул Эрик.

— У меня больше никого нет, — сказала женщина. Внезапно ярость Эрика улетучилась. Он толкнул юношу к матери и сказал:

— Иди. — Тот сделал полшага, и Эрик заорал: — Живо!

Потом он повернулся к Ру:

— Поджигай все!

Ру с факелом в руке вбежал в дом, а корабел и его семья беспомощно и растерянно смотрели на происходящее.

— Садитесь в лодку и уплывайте. Иначе вы все погибнете, — сказал Эрик.

Глава семьи молча кивнул и увел своих домочадцев, а Эрик опустился на колени возле тела Бигго. Он перевернул его и увидел, что глаза мертвеца широко открыты. Внезапно рядом раздался смешок. Эрик поднял голову и увидел Накора.

— У него удивленный вид.

Неожиданно для себя Эрик сам улыбнулся. На лице Бигго не было ни гнева, ни боли — только безграничное изумление.

Эрик поднялся.

— Интересно, оправдала ли Богиня Смерти его ожидания. — Из дома выбежал Ру, окутанный клубами дыма, и Эрик шагнул к нему: — Идем. Время кончается.

Светящийся мост уже достиг середины реки. С северной оконечности города доносились звуки сражения, крики и звон оружия. Эрик понял, что стена уже пробита или вскоре будет пробита, и защитники пали духом, устрашенные магией Изумрудной Королевы.

С дальнего конца эстуария поднимались клубы дыма — Кэлис времени не терял. Шо Пи и еще двое бросились к следующему стапелю и подожгли его, Эрик и Ру сбежали по каменным ступеням туда, где стояли сараи, а Накор поспешил вперед.

Когда они достигли набережной, пожар уже охватил всю противоположную сторону улицы и продолжал разгораться. Эрик побежал вдоль набережной к следующей верфи и начал поджигать ее.

Возвращаясь на главную улицу, он увидел поток людей с узлами в руках и понял, что враг уже ворвался в город. Ру дернул Эрика за рукав, и тот спросил:

— Что?

— Капитан, — сказал Ру, показывая рукой. Сквозь толпу Эрик на мгновение разглядел Кэлиса, Накора и де Лонгвиля. Затем толпа поглотила их.

— Возвращайтесь в гавань! — крикнул Эрик на случай, если поблизости есть еще кто-нибудь из его группы, а сам побежал по бульвару к гавани, прокладывая дорогу Ру, который держался сзади.

У начала боковой улицы они догнали де Лонгвиля.

— Где капитан? — крикнул Эрик.

— Где-то впереди.

Эрик увидел, что де Лонгвиль торопливо обматывает свою руку какой-то тряпкой.

— Вы ранены?

— Еще несколько минут проживу, — проворчал де Лонгвиль.

— Куда все бегут? — спросил Ру.

— Туда же, — ответил сержант. — К пристани. Город вот-вот падет, и все кинулись к лодкам. Если мы хотим, чтобы нам тоже досталось, надо поторопиться.

Ру оглянулся через плечо:

— И все-таки мы подожгли верфи.

— Да, — кивнул де Лонгвиль. — Все-таки мы их подожгли.

И тут пошел дождь.

ГЛАВА 24

БЕГСТВО

Эрик остановился.

— Огонь!

— И что, по-твоему, мы должны делать? — спросил де Лонгвиль; поток бегущих людей рос с каждой минутой.

Внезапно из толпы вынырнул Кэлис, а за ним — Шо Пи и Накор.

— Мы должны вернуться! — крикнул низенький изаланец.

— И что? — спросил де Лонгвиль.

— Как что — поддержать огонь, — сказал Накор, и словно в насмешку дождь начал усиливаться, из нежной капели превращаясь в настойчивую барабанную дробь. — Если помочь огню набрать достаточно сил, погасить его сможет лишь шторм.

Кэлис кивнул, и они побежали обратно. Внезапно Эрик обнаружил, что пропал Ру. В слабой надежде, что тот услышит его в общем шуме, он закричал:

— Назад в эстуарий! Ру, возвращайся к пожару! Неизвестно, что происходило в это время в городе, но здесь, у береговой черты, толпа впала в настоящее буйство. Солдаты, присланные навести порядок, вместе со всеми бросились к кораблям. То обстоятельство, что гавань была заблокирована и только самые мелкосидящие лодки могли выскользнуть из нее, жители Махарты, похоже, упустили из виду.

Матросы прилагали отчаянные усилия, чтобы сдержать горожан, а многие капитаны ставили паруса и уводили свои суда от причалов. Внезапно на дамбу вылетели несколько всадников, топча копытами всех, кто не успевал отскочить.

— Хватайте лошадей! — крикнул Эрик, прыгая им навстречу. Когда лошадь первого вскинулась, испугавшись толпы, он схватил всадника за руку и сам удивился той силе, с какой вырвал его из седла. Одним сокрушительным ударом он оглушил его и швырнул на землю. Это было равносильно смертному приговору: толпа должна была затоптать его, но Эрик не испытывал ни малейшего сочувствия к тому, кто давит копытами детей и женщин, спасая собственную жизнь.