Елена Малиновская - Игры с богами. (Трилогия)

– А с ним вы как собираетесь поступить? – осмелев, все же задала мучавший ее вопрос чужачка.

Далион сморщился, будто от сильной боли. Затем огорченно цыкнул и отвернулся.

– Я не знаю, – тихо произнес он, когда Эвелина уже отчаялась услышать ответ. – Шари – мой друг. Конечно, порой он бывает невыносим и слишком самонадеян, но все же… Я просто до сих пор не могу поверить, что так ошибался в человеке. Да, Шари иногда производит впечатление пустого и недалекого человека, но я никогда не предполагал, что он способен на подлость. Мне очень сложно говорить об этом. Я… Я буду думать, где моя ошибка и что мне делать дальше.

Эвелина опустила глаза. Девушка не знала, что сказать на это. И вообще – вправе ли она давать советы в такой ситуации. Но где-то глубоко в душе Эвелины шевельнулось тщательно скрываемое злорадство. Именно потому, что Шари не понравился ей изначально. И потому, что теперь он потерпел поражение перед ней.

– Ты так и не ответила на мой вопрос, – холодно напомнил Далион, тряхнув головой, словно отгоняя непрошеные мысли. – С тобой-то что делать прикажешь? Ты нарушила мое распоряжение и обнажила меч в доме. Я не могу оставить это безнаказанным.

– А что вы предлагаете? – глухо переспросила Эвелина. – В принципе, мне все равно. Наказывайте так, как сочтете нужным.

Мужчина долго молчал. Затем сжал кулаки и с силой ударил по столу.

– Иногда мне хочется выпороть тебя, – произнес он с жестокой ухмылкой. – Избить так, чтобы ты наконец поняла, что находишься в полной моей власти. Кровью и болью стереть твою безразличную улыбку и увидеть хоть каплю эмоций на твоем лице. Если бы ты знала, как меня раздражает твое равнодушие.

– Разве тени пристало выражать свои чувства? – с легкой усмешкой поинтересовалась девушка. – Я ведь, по вашим словам, не человек. Лишь отражение. Так почему вы злитесь? Я просто-напросто играю по вашим правилам.

– Ну хорошо, – скривился мужчина. – Пусть будет так. Только смотри не проиграй в конечном итоге.

– Я постараюсь, – серьезно отозвалась девушка. Далион откинулся на спинку стула и глубоко задумался. Только нервно постукивал по подлокотнику кресла пальцами, показывая, что не забыл о присутствии тени.

– С завтрашнего дня я примусь за тебя всерьез, – после продолжительного молчания сообщил он. – Я рад, что ты благополучно пережила ночь превращения. Теперь меня ничто не будет сдерживать. Посмотрим, насколько хорошая тень из тебя получится в итоге.

– Я могу быть свободна? – безмятежно поинтересовалась девушка. Далион неожиданно поднялся со своего места и подошел к ней вплотную. Долго вглядывался в темные безразличные глаза девушки, словно пытаясь там что-то разглядеть.

– Иди, – повелительно махнул он рукой, когда обмен взглядами достиг границы приличия. – Но я настоятельно не рекомендую тебе покидать свою комнату. Хватит на сегодня приключений. А я тем временем разберусь с Шари.

– Слушаюсь, – с едва уловимой иронией отозвалась Эвелина.

И почти не удивилась, когда мужчина вдруг раздраженно встряхнул ее за плечи:

– Как бы я хотел знать, что скрывается за твоим спокойствием, – протянул он, с силой сжимая руки чужачки. – Как бы хотел знать…

– Вы всегда можете прочитать мои мысли, – напомнила девушка, усилием воли сдерживая невольный стон. Слишком больно впились пальцы мужчины в нежную кожу.

– Я чувствую, рано или поздно, но мне придется прибегнуть к этому, – произнес Далион, напряженно вглядываясь в лицо своей тени – не мелькнет ли звериное бешенство и потаенная ярость в расширенных зрачках. Но Эвелина лишь спокойно улыбалась. И мужчина отпустил ее, с сожалением разжав пальцы.

– Спасибо, – поблагодарила девушка и сделала шаг назад. – До завтра.

Эвелина была уже у самой двери, когда та неожиданно распахнулась, пропуская в комнату взволнованную служанку.

– Господин! —вскрикнула Дайра с порога, не обращая внимания на девушку. – Ваш друг Шари. Он…

– Что случилось? – с грохотом опрокинул кресло Далион, так и не успев вернуться за стол. – Что с ним?

Дайра лишь смущенно замялась, не решаясь ответить.

– Ну? – поторопил женщину Далион.

– В его комнате, – наконец выдавила из себя служанка. – Сами увидите.

– За мной, – сухо приказал мужчина Эвелине, практически бегом устремляясь из комнаты. – Не отставай.

Девушке ничего не оставалось, как подчиниться и поспешить вслед за гончей.

За окном неторопливо кружились первые снежинки. Эвелина сидела в своей комнате и молча смотрела на танец белых крупных хлопьев. Она слишком вымоталась за недели, прошедшие с ночи превращения. Далион, выполняя свое обещание, взялся за нее всерьез. И если младшие гончие сначала несмело роптали на то, что мужчина бывает чрезмерно строг с ними, то теперь и они притихли, наблюдая, как жестоко поступает он со своей тенью. Даже рыжеволосая Райя больше не говорила Эвелине, что хотела бы поменяться с нею местами. Нет, чужачка не жаловалась. Она уже привыкла к такому суровому распорядку жизни в Академии. Но все чаще девушка с трудом добиралась в конце дня до своей комнаты. И там долго не могла уснуть от тяжелой свинцовой усталости и опустошенности.

Эвелина наблюдала, как двор дома медленно покрывается пушистым одеялом снега. Она знала, что крадет у себя драгоценные минуты отдыха, но заснуть все равно не могла. В голове толкались неповоротливые мысли. Слишком сильно нагружал ее в последнее время Далион. Подъем – на рассвете. Первая тренировка под его пристальным присмотром до завтрака. Затем небольшая передышка во время урока с младшими гончими. Хотя это трудно назвать передышкой – все приемы Далион предпочитал отрабатывать именно на ней. Порой девушке начинало казаться, что он даже получает своеобразное удовольствие, когда гримаса боли от неудачно парированного удара в очередной раз искажала черты лица его тени. Иногда Эвелина едва сдерживалась, чтобы не взмолиться о пощаде. Но она вспоминала их разговор после поединка с Шари и лишь крепче стискивала зубы. Однако все сложнее становилось с показным равнодушием улыбаться хозяину на исходе дня, когда ноги подгибались от напряжения и усталости. После обеда приходил черед занятиям магией. Тут Эвелине вновь выпадала почетная обязанность на собственном примере доказывать гончим, что их хозяин – действительно очень умелый маг. Способность управлять силой вернулась к чужачке, но она предпочитала беречь энергию, вспоминая, к каким печальным последствиям в свое время привела ее беспечность в подобных вопросах. Поэтому Эвелина лишь ограничивалась блоками, которые Далион без труда прошибал. И девушка вновь и вновь корчилась от страданий у его ног. Правда, мужчина никогда не заигрывался, останавливаясь практически сразу же. Но свою долю острой боли, пусть и краткой, чужачка все же получала.