Елена Лобанова - Предел

— Так это Вы ради подданных так… мучаетесь?

— Да, Разумная, они от такого решения могут пострадать. И еще: поблагодарите за разведчиков.

— Уже поблагодарила. — Элермэ отхлебнула еще багрянки и попыталась решить, насколько искренне Амалирос сделал предложение Даэросу. Сразу прийти к выводу не получилось.

— Уже? Аль Манриль со своей писаниной должен завидовать Вашей скорости. А что за таракан?

— Вестник. Последнее звено.

— Ах… вот как? А что-нибудь другое? Ничего поприличнее поблизости не было? Ар Минэль, готовьте свой плащ — мальчик не сможет не ответить. Дитя юное и самоуверенное, последнее слово попытается оставить за собой. О! Так и есть. Кто бы удивлялся?

"Никакого наследования! Лучше десять выползней! У меня пока только один таракан, а у Вас? Я не тот, на кого Вы рассчитывали, Даэрэ Идрен! Но у меня родилась идея. Это относительно вопроса Элермэ. Идея — потрясающая. Готов обсудить по возвращении лично. Гарантированно избавляет от большей части тараканов и их последующего размножения. Или бабочек. Смотря, с чем сравнивать."

— Так! Это уже не сведения, а болтовня. Заканчиваем. А вот… Элермэ, что за вопрос Вы передали от себя? Вы, конечно, имеете полное право общаться с братьями как угодно. Но не обо мне! И что там с бабочками? Ар Минэль, уползайте с этого места, Ваша помощь больше не потребуется. Можете быть свободны.

— Ничего. О бабочках. Я же не принимаю Весть, я посылаю. — Элермэ и впрямь порозовела. Помогла отрава. И не помешало бы еще чуть-чуть. Для полной ясности и бодрости. Раз уж сам Владыка Тиалас предпочитает этот напиток… — А вопрос… — Элермэ подняла руку и показала сверкавший лунным тарлом перстень. — Вы сказали, что не будете спрашивать у Даэроса о выходе из ситуации с заговорщиками и Вашей несчастной матерью, помните? Но это же несправедливо — просто так взять кольцо. Поэтому Даэроса спросила я.

— Честнейшая и Светлейшая! Я проспорил и хватит об этом.

— На словах. Не более. А по смыслу? — Элермэ собралась с силами и решила отстаивать свою точку зрения. А заодно и честь брата, которого этот Выползень не только называет неприличными словами, но еще и не считает достаточно умным.

Повелитель недоумевал. И как из Светлых вообще послы получаются? Прямая, как стрела. Никакого дополнительного резерва. Из каждой фразы, разве что, два — три слова можно толковать двояко. И это посланница? Смешно! И глазищами своими прозрачно-пустыми злобно сверкает. Испугаться что ли…

— Элермэ! — Амалирос поморщился. — Считайте этот перстень просто подарком. Просто так. Имею право. И хватит об этом. Ой, какие мы гневные!

— Вы меня оскорбляете…

— Нет, ну надо же! И в чем же Вы усмотрели оскорбление? Не надо в меня кольцами швыряться. Даже когда я их ловлю, я — злой!

Секретарь вернулся как обычно, не в самый удачный момент. Не стоит подданным видеть, как Светлые непочтительно кидают в их Повелителя предметы. Пусть мелкие, но все же…

— Что Вам, Ар Минэль?

— Выползень, Повелитель. Очень большой. Открывающие сказали, что, пожалуй, самый большой из всех, кого удавалось отловить и загнать. — Ар Минэль тоже понял, что видел лишнее. Лучше бы он пошел посмотреть на выползня. Того, который внизу.

— Как нельзя кстати. Сейчас пойду полюбуюссь. А то тут Светлые хотят меня убить кольцом по голове. И как я вижу, Вы правильно понимаете — Светлые Девы. Элермэ, Посланница…. не надо так переживать. В конце концов, я старше и могу Вам уступить. Носите это кольцо, пока мы не решим, кто проспорил.

Секретарь не стремился узнать так много. Он просто-таки умолял взглядом: "Не нужны мне Ваши подробности — себе дороже".

— Что у вас с глазами Ар Минэль? Да, мы поспорили на идею. Полюбуйтесь, какая благородная Дева: швыряется произведениями искусства. Хотите, Благороднейшая, Ар Минэль поучаствует, как независимая сторона? Суть такова: я сказал, что все идеи исчерпаны и предложил в качестве ставки кольцо. И знаете, какую новую идею высказала эта… этот бутон миэли? Спросить у Даэроса! Конечно, мне такое в голову бы не пришло. Видите, Элермэ, Ар Минэль кивает? Он тоже считает, что кольцо — Ваше. Ладно, как я уже сказал, подождем Вашего брата и от его «идеи» останется след слизня после протирки. Хватит! — Амалирос начал злиться.

А Дева, добавив в организм настойки, опять пустилась в рассуждения… Эти Светлые совсем себя не контролируют. Им только дай кого-нибудь полюбить — залюбят до смерти. Разззвратные! Даже ни разу не видев объект обожания. Извращенцы! Даэрос ей не кровный брат. Вполне позволительно его немножко полюбить. Но не так же нагло! Так и до Брачного Союза недалеко. А у него на нового Открывающего — совсем другие виды.

— Как Вы не понимаете? Даэрос, он потрясающе умный! У него идеи просто сами по себе рождаются. И — неудивительно. Мне тетя Исильмэ показывала его работы. Ой, что я говорю — стены! Вы только взгляните! Вы так можете? Придумать? А изобразить? Образное воображение — это лучшее свойство ума. Именно оно способствует свежему, незамутненному мышлению. И… и я представляю, как он прекрасен… Белые волосы, черные брови, серые глаза… Я так хочу скорее встретиться с братьями и обнять его!

— А Нэрниса… обнять?

— Само собой — да. Но Даэрос… — Элермэ мечтательно закатила глаза.

— Довольно! Луна почти взошла. Нам пора уходить. Тем более, что у меня есть дело. Огромный выползень. И я мечтаю с ним познакомиться поближе. Скоро я с ним обниматьсссся буду. — Амалирос рассвирепел. Он не терпел поражений. Нигде и никак. Тем более — не привык, чтобы его с кем-то сравнивали. Да еще не в его, Повелителя пользу. С одной стороны, ему было абсолютно все равно, как там эта Светлая и с кем будет обниматься, но такие восхваления… Это слишком. Видимо поэтому он и согласился на не совсем хорошее предложение. Не совсем хорошее — для нежной Девы.

— А… можно я с Вами пойду? Я хочу посмотреть выползня вблизи. Он же за решеткой? Мне интересно, насколько они разумны. Не уверена, что смогу ощутить это в Ваших Подземных Чертогах, но все же… — Элермэ не так уж и хотела посмотреть на выползня. О том, чтобы пробиться в его сознание, там, на нижних уровнях, не могло быть и речи. Себе дороже. Но она все-таки понимала, что слишком далеко заступила за ту черту в общении с Повелителем, через которую переходить было вообще нельзя. Амалирос оказался донельзя самовлюбленным. И по этому Повелительскому самолюбию она только что прошлась и немилосердно. Для Девы — допустимо. Для Посланницы — ни в коем случае. — Покорнейше прошу позволить…

О! Выдавила из себя хоть что-то подобающее! Цапля голенастая. Гм. Придется вознаградить. Согласием. И, кстати, пусть почувствует всю мощь зверя. Того, которого он потом придушит. А Даэроссс…. Ха! Вот она посмотрит, как змееящер хвостом полощет, сразу поймет, сколько и где надо ума, чтобы победить такую тварь вручную. Без Силы. Нет, определенно, надо отправить мальчишку на дно Чаши — хотя бы посмотреть на выдержку. И в случае нужды — спасти. Точччно! Привязать долгом Жизни.