Рисс Хесс - Тени Амна

"Я верну клинок, ровно как и земли, которыми ныне правит дракон", — молвила Роланна. Теперь, выжив в Подземье, она полагала, что противостояние ее Айреникусу не так уж безнадежно. Мыслями она вернулась к Фиркраагу. Рано или поздно придется схлестнуться с ним. На этот раз дракон не станет для нее сюрпризом; она подготовится к сражению с ним.

"Это — огромный риск", — произнес сир Реиррак, — "но рано или поздно вопрос сей нужно решить. Иди, и да уберегут тебя силы добра".

Герои устремились к логову Фиркраага в Холмах Копья Ветра. По пути Роланна и спутники ее на протяжении нескольких часов обсуждали свою тактику в сражении с огромной рептилией. Следует изначально сотворить магическую защиту от огня и страха, вселяемого драконом в противников. Роланна, Минск и Маззи окружат дракона и атакуют его, дабы он не мог сражаться со всеми ними одновременно. Остальные тоже окружат дракона, но на более дальнем расстоянии, дабы ранить и отвлекать его заклинаниями.

У входа в логове драконья было сотворено защитное заклятие, о котором условились заранее. После чего герои ступили в пещеру, представ пред гигантским Фиркраагом.

"Вы вернулись? Зачем вы тревожите меня?" — прогремел Фиркрааг. — "Я думал, чада богов найдут, чем еще им можно заняться".

"Я вернулась, как и обещала. Твой террор должен завершиться!" — выкрикнула Роланна, отвлекая на себя внимание дракона, в то время как остальные окружали его.

"Это, как говорится, твои похороны. Я теперь, боюсь, тебе придется сполна ощутить гнев представителя старейшего рода Фаэруна. Думаешь, одной божественной крови достаточно? Очень сомневаюсь".

Магическая защита оказалась весьма эффективна против драконьего пламени, и Фиркраагу пришлось нелегко, ибо не знал он, на каком из окруживших его мучителей сосредоточить атаки. Не все пошло так, как планировали герои; они не рассчитывали, что крыльями дракон может поднимать сильнейшие порывы ветра, разметывающие их по пещере. Но в итоге с Фиркраагом было покончено, и падением его стала вопиющая самоуверенность; если бы не она, Роланна не пережила бы первой встречи с драконом. В качестве трофеев Роланна отсекла драконьи рога.

Среди драконьих сокровищ она отыскала могущественный двуручный меч. Взяв его в руки, девушка каким-то образом осознала, что оружие это предназначено ей. Позже, вернувшись в оплот Ордена, она узнала, что это — легендарный священный меч-мститель, Карсомир.

Карсомир был легендарным оружием, возможно, одним из самых могущественных, выкованных на Фаэруне, хоть история его появления и предназначение были намеренно позабыты, дабы сам меч не превосходил значимостью испытания сегодняшние. Он был наделен самой сущностью добродетели и требовал того же он паладина, надеющегося владеть им. Воистину, когда меч сей явлен миру, зло Королевств должно схорониться, ибо чары его окажутся развеяны одним лишь словом, а посулы с легкостью отринуты. Также Карсомир питал особую неприязнь к силам зла и хаоса, и подобных созданий разил с дополнительной силой.

Роланна навестила Гаррена Копье Ветра, дабы сказать ему, что Фиркраага нет больше. Его сын Таар тоже находился в хижине, и восхищенно обратился к Роланне.

"Поверить не могу, что все кончено! Ты совершила невообразимое! Меня спасла, а теперь и Фирграага прикончила… это невероятно! Честь твоя восстановлена, вне всяких сомнений, а имя твое вдохновит на подвиги будущие поколения! Ты — великая героиня; я знал это с того момента, как впервые увидел тебя. В моей книге ты отныне станешь несущей свет".

Когда Роланна вернулась в Орден, оказалось, что слово о произошедшем опередило ее. Посмотреть на то, как она передает драконьи рога сиру Рейрраку, собралась целая толпа рыцарей и новобранцев. Тот смиренно принял трофеи, после чего обратился к Роланне пред лицом всех собравшихся.

"Сегодня ты совершила легендарное деяние, Роланна. Воистину, ты — великая сила добра, и легенда грядущих лет. Не могу назвать индивида более достойного, чтобы владеть священным мстителем. Будучи в твоих руках, этот клинок пронзит сердце зла".

Роланна и остальные устремились в гостиницу "Семь Долин", что в Променаде Ваукин, дабы передохнуть.

Сон Роланны был неспокоен. На этот раз в нем не было ни Айреникуса, ни Имоен. К ней обращалась незнакомая женщина. Наутро Роланна не могла вспомнить ничего, помимо того, что та предупреждала ее о том, что девушка должна противостоять Айреникусу как ради себя, так и ради иных.

Роланна припомнила, что обещала Джахейре отправиться наряду с ней наблюдать друидический ритуал, свершаемый на рассвете. В городе практически не было дикой природы, но Джахейра вспомнила о небольшой рощице неподалеку, где им не помешают посторонние.

Хоть накануне вечером присутствовать согласились все без исключения герои, Налия и Имоен тихо ворчали, ибо не желали покидать уютную гостиницу в столь ранний час. Но все-таки все они собрались в рощице еще затемно, когда солнце не успело озарить восточный край горизонта.

"Стоп. Вы его видите?" — неожиданно вопросила Джахейра, удивив остальных. — "Приготовьтесь".

Пока герои озирались по сторонам, гадая, что увидела Джахейра, ты молвила: "Дермис! Я хочу кое-что сказать тебе!"

"У тебя все такое же острое зрение", — молвил Дермис Куртьердейл, выступая из-за деревьев наряду с несколькими иными спутниками, — "хоть выбор соратников у тебя все столь же жалкий. Неужто одного твоего предательства недостаточно, и ты должна яшкаться с убийцей? Я был о тебе лучшего мнения…"

"Молчи! Я сказала, что буду говорить сама! С этим покончено! Я больше не стану возвращаться к этому вопросу! Если будешь насаждать его вновь, я буду вынуждена покончить и с тобой!"

"Как ты была "вынуждена" покончить с Арфистами в Аткатле?"

"Да, и тебе об этом хорошо известно! Гальварей был Арфистом не более, чем древесный энт. Собственные действия сделали предательством как его самого, так и решивших последовать за ним. Он лишь использовал вес имени Арфистов, чтобы возвыситься самому. Скажи, что он предложил тебе?"

"Ты не понимаешь, что говоришь, Джахейра. Общение с этой Роланной отравило твой разум".

"Тогда это и к лучшему. Называй меня предательницей, но я всегда следовала духу Арфистов. Истинный предатель — это ты, и если бы о произошедшем стало известно, иные поняли бы это".

"Да, но о произошедшем не известно. Известно лишь, что ты расправилась со своими соратниками и примкнула к известной убийце. Свидетельств иного нет".

"Конечно же, нет. Несмотря на попытки устранить меня, ты все еще будешь настаивать на том, что для этого у тебя были весомые высоконравственные мотивы. Что с тобой случилось, Дермис? Я тебя не узнаю".