Андрей Кощиенко - Студентус вульгарис

— Мне право очень неудобно… — начала она, опустив глаза и обхватывая озябшими пальцами горячую кружку, — я пришла просить вас… об одолжении.

— Как интересно. И что за одолжение? — удивился я.

— Ммм… дело в том, что мы живём все вместе… впятером в одной палатке…

— Так, — кивнул я. То, что они живут все вместе, это я знал.

— В общем, моя подруга, Ригина Волентай, больна…

— Целительница… и больна? — не понял я.

— Мы же ещё ничего не умеем… кроме "поддержки". Ригина… она очень ответственная. Она помогала раненым… Помогала и не рассчитала своих сил. Магистр Феонкрат, который лечил её, сказал, что это от слишком частого применения магии…

— Так что, Феонкрат её не вылечил? Он же глава всех целителей тут!

— Почему? Вылечил. Но не до конца. Просто её организм стал очень слабым, и она простудилась… Магистр сказал, что её нужно тепло, что бы силы вернулись к ней. И тогда она выздоровеет…

— Не понял? Он что, насморк вылечить не смог?

— Не насморк. Истощение магических сил могут лечить только великие целители. Магистр Феонкрат, к сожалению, к ним не относится. А когда случается такое истощение, то весь организм мага становится слабым. И он может легко заболеть. И болеть будет долго и тяжело. Я магистра обо всём расспросила. Нужно тепло. У нас в палатке так сыро…. Я подумала… может вы позволите Ригине немножко пожить у вас? В тепле? Тогда она быстро поправиться… Пожалуйста…

— Но когда мы сюда ехали, вы же жили в фургонах! Почему вы не хотите перебраться в них?

— Так ведь их забрал главный интендант! Для перевозок…

Ах, ну да! Слышал я про проблемы с дровами. На этой проклятой равнине деревьев нет, за ними приходиться ездить вниз, в долину. Не накатаешься, на такую массу народа… Мда… Но всё равно — безобразие! Уж для дворянок и тем более, будущих целительниц, могли бы сделать исключение. Хотя… Толку с этого фургона! Только что не на земле. А так — телега телегой… Не разживешься…

Наклоняю голову вбок и натыкаюсь на два блестящих глаза. Стефания не отрываясь, смотрит мне в глаза.

— Ну и что значит сей пронзительный взгляд?

— Эри, ты поможешь?

— С чего это вдруг?

— Но ей же плохо! Она заболела!

— Ну и что? Пусть об этом голова болит у тех, кто послал жить в голом поле неподготовленных первокурсников! С какого перепугу я должен заниматься благотворительностью, пуская под крышу всяких сирот? А если завтра ещё кто заболеет? Что, тоже ко мне?

— Эри… Ну как ты можешь так говорить! Ты ведь не такой. Ты добрый. Только притворяешься колючим…

— Кто? Я? Я добрый?

— Конечно. Ты очень добрый. Я знаю.

— Хм… да. Я добр. Я очень добр. Я невероятно добр… Настолько добр, что согласен уступить твоё место на полу, этой Регине, а ты поедешь на её место, в палатку. Согласна?

Стефания до сих пор спала на полу, как мы с ней договорились с самого начала, обсуждая условия её переезда ко мне. Мне вообще-то было интересно, попробует она пересилить меня на пол, или нет? Нет. Стефания мужественно занимала договорённое место, не пытаясь нарушить договор, чем вызывала у меня уважение.

— Согласна!!

— Ещё неизвестно… кто из нас тут добряк… Тоже мне, Повелительница Тьмы… Что-то, когда ты с ними в одной палатке жила, восторгов я от тебя не слышал…

— Ну и что с того? Мало ли, кто кому не нравится! Но мы ведь одна команда! Нас послали вместе. И мы делаем одно дело. Нужно помогать тем, кто рядом с тобою в строю!

— Где ты этого понахваталась (ворчливо)…

Но если говорить честно, то она права. Мы — одна команда. Пусть некоторые члены её это слабо осознают или не понимают, но нас послали на войну. Вместе. Делать одно дело. И в том, что я уклоняюсь от общих обязанностей, есть элемент если не предательства, то… в общем, нехороший элемент.

А как же наше демонство? — поинтересовался внутренний голос.

Вот как раз демоны не предают! Тем более в одной команде! Если мы даём слово, то это слово держим, чем и отличаемся от низших!

Ну а чего ты тогда отбрыкивался? (внутренний голос)

Я как-то не так об этом думал… Ясно?

А..а! Конечно ясно. Яснее не бывает! — насмешливо произнес он и замолк.

— Хорошо. Договорились. (это я Стефании)

— Что ж, — вслух говорю я, обращаясь уже к Ирине, — действительно (пристальный взгляд в глаза Стефи), мы одна команда. И должны помогать друг другу. Поэтому, я согласен предоставить мою карету для проживания баронессе Волентай. Единственный вопрос — не скомпрометирует ли она себя этим поступком? Ведь ей придётся жить под одной крышей с посторонним мужчиной?

У стола возникла тишина. Девушки обдумывали возникшую ситуацию.

— Я подумала, что если вы уступите вашу кровать, то Ригина поспит на ней…. Рядом с баронессой.

— Что!? Она что, думает, что мы спим вместе? Да что она себе позволяет! (дикое возмущение)

— А то ты не знала, что про нас говорят! Сделала добро, как говорится — готовься утираться… (ехидно). Что ты там говорила про одну команду?

— Фффф… ффффф…фффф…(частое дыхание носом)

— Хоть и без слов, но я тебя понял. А хочешь увидеть, как решаются проблемы?

— Как? Хочу!

— Смотри! Легко и изящно…

— Всё равно это может послужить для создания ненужной волны слухов и сплетен. Одно только проживание под одной крышей с тёмными магами само по себе будет… весьма забавным фактом для посторонних. Не так ли? — продолжил я разговор с баронессой.

Ирина, соглашаясь, кивнула. Стефи ещё больше нахмурилась.

— Поэтому я предлагаю другой вариант. Я приглашаю вас всех пожить у меня. В комнате, где спит баронесса Терская, есть шесть кроватей…

— Комнате?(удивление). Я вообще — то на полу сплю! (недовольство)

— Ну мы же об этом не будем им говорить, правда?(ирония).

— …Одна занята. Вас ведь тоже пятеро, не так ли? А Стефанию я попрошу быть у вас старшей. Хозяйкой. Я хозяин, она хозяйка. Устраивает? И для сплетен и слухов места уже не останется. Поскольку все будут жить вместе.

— Ой, — растерялась Ирина, я право не знаю… Так вас стеснять…. А где выбудете спать?

— Я — хозяйка? (удивление)

— Почему бы и нет?(непонимание проблемы)

— Опять жить вместе с ними? (возмущение)

— Мало ли, кто кому не нравится! Но мы ведь одна команда! Забыла? (насмешка)