Инна Живетьева - Рунный след

Хозяин из дома не показывался. Еж добежал до крыльца, фыркнул в первую ступень и свернулся клубком.

— Нас ждут, — Талем вглядывался в окна веранды.

— Мог бы встретить, хотя бы из вежливости, — тихонько фыркнула Алька. На ней скрестились взгляды: ведуна — укоризненный, княжича — слегка испуганный.

Веранда оказалось пустой. На тонких тканых половиках виднелись следы от ножек стола, кресел, но мебель вынесли. Часть половиков скатали; к двери во внутренние помещения вела незастеленная полоска из светлых досок. Але захотелось разуться — не тащить же в дом пыль и грязь — но вряд ли бы ее поддержали. Она лихорадочно поправила поясок на рубашке, завела прядку волос за ухо.

За дверью открылся небольшой холл. Лестница наверх, закрытые двери — Алька увидела это мельком. Слева дверь была приотворена, на порог падали солнечные лучи и слышались знакомые звуки: негромкое гудение и щелканье. Очень знакомые, но какие-то неестественные в этом доме. Девочка даже тряхнула головой с досады, что не может вспомнить, где она раньше такое слышала. Аля вытянула шею, вглядываясь в открывшийся кусочек комнаты: книжные стеллажи высотой во всю стену, верхние полки пусты; уголок стола; темно-зеленые портьеры.

— Пойдемте, — шепотом сказал Славка и первым шагнул через порог.

Аля ухватилась за Алешкину руку и неслышно двинулась следом. Она ожидала увидеть логово колдуна: мрачные картины на стенах, пыльные чучела птиц с живыми глазами, стол, заваленный непонятными предметами и свитками. Самого дрида — маленького старичка, похожего на взъерошенную птицу. Но то, что открылось взгляду, поразило больше, чем если бы на коврике у камина лежал дракон.

За небольшим столом спиной к ребятам в инвалидном кресле сидел мужчина. Солнце отражалось от блестящих никелированных спиц и разбрасывало зайчики по комнате. Мужчина ловко щелкал клавишами компьютера, играя в «Тетрис». Играл умело — над поверхностью виднелось только три ряда. Аля чуть тряхнула головой, повела глазами, выискивая провода. Они змеились вдоль стены и уходили в стоявшую на полу огромную стеклянную банку. В ней плавали серебристо-мутные твари, похожие на раздувшихся лягушек. Кроме компьютерных, там болтались еще три провода: к высокому торшеру в углу, к белому электрическому чайнику на краю столу и к выключателю люстры. Одна из «жаб» высунула белесый широкий язык и лизнула штепсель.

С громким щелчком отключился чайник; Алька вздрогнула. Перевела взгляд на седой затылок хозяина дома.

Кресло, чуть скрипнув, развернулось. Еще не старый мужчина — только легкая сутулость напоминала в нем дрида, похожего на птицу, — окинул гостей насмешливым взглядом:

— Как раз к обеденному чаю. Лера, будь добра, помоги. А то у меня проблемы с домашним хозяйством, — Орон хлопнул по колесу кресла. — Знакомиться, как я понимаю, нужды нет. Но если вы настаиваете на формальной процедуре, — он добродушно развел руками.

— Нет. Не настаиваем, — холодно ответил Славка.

Орон внимательно глянул на мальчика, погасил улыбку.

— Ну что же, вы имеете полное право ненавидеть меня. Убивать, как я понимаю, вы меня пока не собираетесь, так может быть, все-таки поговорим?

Лера легко шагнула к столу:

— Где у вас чашки?

Аля чувствовала себя как на странном теннисном матче, когда на корте играют несколько человек, то сбиваясь в пары, то меняя противников. Она вертела головой, стараясь поспеть за всеми. Вот Маша задумчиво провела пальцем по губе и присоединилась к хлопочущей Лере. Влад сощурился, готовясь сказать что-то резкое, но Костя придержал его за локоть. С интересом разглядывал дрида Талем. Тимс растерянно топтался позади всех.

— Прошу к столу, — дрид привычно развернул кресло. Аля засмотрелась на компьютерную заставку: на плоском мониторе рождались вселенные, разворачивались спиралями и тут же гибли.

— В чай я травы добавляю, вкус отменный, рекомендую, — довольно сощурился Орон.

В молчании расселись, только с шумом проехались по полу стулья да стучала чашками Лера, разливая чай. Получилось так, что дрид с ведуном сели друг напротив друга, по торцам стола. Орон поблагодарил девочку кивком, снова доброжелательную улыбнулся и мягко сказал:

— Я готов ответить на ваши вопросы. Или проще начать рассказ мне?

— Лучше вам, — Славка не спускал с Орона настороженного взгляда. — Только сначала я все-таки спрошу: почему вы не спасли Даня, Филата? — мальчик запнулся и закончил с легким вызовом: — Антона?

Дрид чуть изогнул губы в насмешке. Алешка дернулся неловко, задел чашку, и темно-янтарный напиток едва не выплеснулся на скатерть. У Али неприятно тенькнуло под ложечкой: что-то не так!

Лера бесшумно поставила на стол плетеную вазочку с медовыми пряниками, жестом остановила загремевшую столовыми приборами Машу.

— Возможности дрида велики, но не бесконечны, — Орон взял из Машкиных рук серебряную ложечку, задумчиво крутанул в пальцах, поцарапал черенком расшитую скатерть.

Аля заметила, что следит за его движениями с нарастающим вниманием, и встряхнулась, сбрасывая наваждение. Подняла взгляд выше, к расчерченному морщинками лицу. Странно, но она совершенно не помнила, какое оно, хоть и доводилось встречать Орона раньше. Впрочем, не только она — никто из ребят и местных жителей, сталкивавшихся с дридом, не могли потом толком описать его. Фигуру, жесты — да, а вот лицо мгновенно стиралось из памяти до следующей встречи.

А дрид и в молодости не был красив — подумала Аля, изучая бугристый лоб, нос с крупной горбинкой и тонкие бледные губы. Выцветшие от времени глаза Орона казались невыразительными, по движению губ можно прочесть намного больше.

— Я изрядно ослабел после вашего… гм, — дрид пожевал губами, подбирая слова, — … похищения с Земли. Сейчас моих сил хватает только на простейший переброс. Чтобы он был осуществлен против вашей воли, необходимо совпадение четырех условий: исходное местонахождение должно принадлежать сфере моего влияния, — ложечка тенькнула о кружку. — Конечный пункт также должен быть под моей властью, и я должен быть рядом, — еще два удара. — И, наконец, человек должен находиться на грани жизни и смерти.

Костя глухо кашлянул, потер горло в распахнутом вороте рубахи. У Али от гнева раздулись ноздри, будь она коброй — точно бы раскрылся капюшон. Легко Орону так просто говорить о смерти! А Косте ему в глаза смотреть не стыдно? Славке? Ему-то каково было умирать под мечами Волков? Алька решительно отставила в сторону чашку. Хоть и соблазнительно отсвечивали глянцем бока медовых пряников с оттиском герба Сизелии, в рот она тут ничего не возьмет.