Линн Флевеллинг - Ларец Душ

- Как там они? — спросил Серегил.

- Хвала Светоносному, Кари позволила Микаму себя обнять. Думаешь, она говорила всерьёз, когда сказала, что не простит нам?

- Я не возьмусь её осуждать.

- Мы уже потеряли Миррицию…, - Алек трудно сглотнул. — Мы не можем потерять Иллию!

Неприятная дрожь пробежала по загривку Серегила при одной этой мысли, и тут же подвело живот.

- Мы опять упускаем что-то очень важное, Алек. У меня такое чувство, словно я всё это время был слеп на один глаз. А оно, это что-то, вот прямо здесь, перед нашими глазами, только мы его не видим. Нет, это не простые попрошайки, особенно тот, высокий. С ним что-то не так…

- Думаешь, ты с ним знаком?

- То, как он двигается, вот это… Не знаю. И вообще, я сомневаюсь, что та старуха на самом деле старуха. То, как она обвела нас вокруг пальца…. да и старик, тогда в Ринге. А этот, одноглазый, как он выскакивал в окно и тикал по крышам? Я бы и сам не смог сделать этого лучше.

Он услышали, как возвратился Томин, приведя с собой Элсбет. Не прошло и часу.

Алек поспешил вниз, чтобы встретить её.

Девушка всё ещё была одета в белую тунику неофита, от неё пахло сонными травами, которые использовались в храмовых ритуалах, однако темные глаза её были ясны.

- Что случилось? — спросила она.

- Здесь твоя матушка и Иллия.

Он набрал в грудь побольше воздуха и выдохнул:

- У Иллии сонный мор.

- Нет! — ноги Элсбет подкосились и Алеку пришлось подхватить её. — Но… как же это?

- Мы не уверены до конца, но собираемся выяснить, клянусь Светоносным!

Он взял её за руку.

- Они наверху.

Держа её за руку, Алек отвел Элсбет в комнату больной.

Снаружи стоял Серегил, прислонившись спиной к стене, и выглядел он очень несчастным. Он обнял Элсбет, а потом позволил ей войти.

Кари спала, придвинув кресло к кровати Иллии. Микам укрыл её одеялом, темные волосы её были теперь расчёсаны и заплетены. Сам он сидел на краешке постели, поглаживая лобик дочурки. Иллия была так похожа на мать, что сердце Алека болезненно сжалось. Элсбет подскочила к ней и поцеловала спящую сестричку в лоб. Микам поднялся, заключил Элсбет в объятья, и гладя её по темным волосам, что-то зашептал ей на ухо. Алек не мог расслышать, что. Она кивнула, отёрла глаза, потом опустилась на колени возле матери.

Кари проснулась, схватила её в объятья и обе заплакали.

- Спасибо вам, — сказал Микам, выйдя в коридор к Алеку и Серегилу. — Спасибо, что позаботились.

Серегил кивнул.

- Я подумал, что Кари будет не лишней помощь, пока мы уйдём на охоту.

Глаза Микама угрожающе потемнели, а костяшки пальцев, впившихся в рукоять меча, стали белыми.

- Мы же, чёрт подери, были совсем рядом с этой старухой!

Серегил сжал плечо друга.

- Мы найдём их, Микам. Найдём.

На пороге вдруг появилась Элсбет с огромными от страха глазами.

- Во дворе всадники с факелами. Жандармы.

- Да разрази меня Билайри! Они приехали забрать Иллию в Ринг. Все наверх!

- Вы ступайте. Я разберусь с ними тут, — сказал Микам.

Серегил подхватил Иллию на руки и первым пошёл по коридору к потайной лестнице, что находилась в кладовке за углом. Алек и обе женщины — за ним следом.

Едва они добрались до секретной панели, как услышали треск грубо взламываемой входной двери и грохот.

- Спущусь-ка я, посмотрю, что там Микам, — сказал Алек.

- Постарайся, чтобы тебя не увидели, тали.

Алек нырнул обратно за угол, в коридор.

Жандармы с грохотом поднимались наверх, но на лестнице столкнулись с Микамом.

- Эй ты, а ну с дороги, — рявкнул дежурный офицер, кинув взгляд на непрезентабельный наряд Микама.

- А что такое? — Микам не двинулся с места.

- Приказ наместника. Всякий, пораженный сонным мором должен быть отправлен в карантин.

- Лучше сказать, должен быть сбагрен подыхать в Ринг. Эта женщина, как услыхала, что вы идёте, схватила девчонку и бросилась наутёк.

- Мы это проверим, — процедил жандарм, оттирая его плечом. — Всем разойтись! Обшарить дом от подвала до чердака!

Потом обратился к Микаму.

- А ты кто такой и что тут делаешь?

- Я работаю на хозяина гостиницы. Он оставил меня тут охранять всё, пока остальные разбежались. Смотрите же не поломайте тут что, а то я вас заложу.

Алек потихонечку возвратился к потайной лестнице и прикрыл за собой панель.

Чуть позже он услыхал, как кто-то вошел в помещение снаружи. Послышались звуки переворачиваемых ящиков и открываемых сундуков, которые там хранились, потом мужской голос произнёс:

- Здесь никого. Уходим.

Алек взбежал по лестнице. Серегил, с мечом наголо, стоял на стороже возле наружной двери.

- Доставай свой лук, Алек.

Алек на цыпочках прошёл через пустую комнату и вошел в свои покои, что были позади неё. Кинув взгляд в спальню, увидел в открытую дверь, что Иллия лежит на их большой кровати под бархатным балдахином, Кари и сестра — возле неё. У обеих, и у Элсбет, и у Кари, в руках ножи.

Схватив свой лук, Алек наложил на тетиву стрелу и занял позицию на верхней ступеньке, готовый стрелять в первого же, кто только сунется сюда. Он напряг весь свой слух, не приблизится ли кто, но единственное, что было слышно, это приглушенный топот и крики внизу.

- Похоже, обшаривают основательно. Как там Микам?

- Когда я его видел, он был в порядке.

Звуки обыска продолжались ещё какое-то время, но в конце концов всё стихло.

Вдруг внизу, у подножия лестницы появилась полоска серебристого света, словно кто-то открыл потайную панель. Алек вскинул лук.

Снизу раздался приглушённый шёпот:

- Удачи во тьме!

Серегил затащил Микама наверх, а потом подошёл к окну, выходящему на двор.

- Убираются.

Микам, сжав кулаки, стоял посреди комнаты.

- Я не могу оставаться тут, в бездействии!

- До утра мы ничего не сможем поделать, — тихонько сказал ему Серегил. — Воронье не летает по ночам. Нет детишек, которых можно дурачить. Всё, что мы можем сейчас, это немного передохнуть, чтобы с утра быть бодрыми. Ты займёшь диван, Микам, мы с Алеком обойдёмся креслами.

Микам неохотно улегся, но ни один из так них не смог по-настоящему отдыхать в эту ночь.

Глава 39

Новости с Севера

ЕДВА между занавесками показались первые проблески зари, они покинули спящих девочек и Кари и направились в переплетение улочек района трущоб с их ранними прохожими. Алек с Серегилом снова переоделись в женщин, а Микам изображал их охрану. Чтобы охватить как можно большую местность, они разделились, так что какое-то время Алек и прочие охотились поодиночке, а в полдень встретились возле большого колодца на центральной площади района.