Сделаю, что смогу 2 - Александр Беркут

Мы ехали в Москву. Читать «мантру» о здоровье, силе и хорошем настроении не хотелось. Хотелось полежать и просто отдохнуть. Хорошо было бы обнять жену, и закрыв глаза уснуть у неё на коленях. Похоже магия мне осточертела, и было желание побыть обычным человеком. Надо же, опять захотелось простой и понятной жизни, без рукохлыстов и «советников». Но в душе мне было ясно, что это просто минутная слабость, и я не смогу сидеть, или лежать, когда даже Варвара, женщина в возрасте, будет работать.

А вот интересно, сколько ей лет? Может спросить, когда она будет в хорошем настроении? Но, почесав голову, я решил, что рисковать не стоит, а то улыбнётся мне опять, как тогда, перед боем. А оно мне надо, такой стресс?

Интересно, а вот Ирина совсем не испугалась вида нашей ведьмы. Может женщины спокойнее переносят подобное состояние своих подруг и знакомых. Все они немного… чародейки. Насколько я помню, Маргарита тоже называла мою зеленоглазку ведьмочкой. Но она ошиблась! Моя Вероника – фея! Вот немного рассветёт, и я ей позвоню. Не хочу её будить ранним звонком.

И тут мне вспомнилось, как Горбунков и Варвара бежали ко мне, но потом, чародейка, как будто чего-то испугавшись, развернулась и припустила назад. Интересно, это она что, меня испугалась? Ну тогда у нас один-один. Я улыбнулся и задремал…

Ничего мне не снилось, но вот какое-то странное чувство теребило мою душу. Это был не страх, ни злость, ни тревога, а ощущение, что я что-то сделал неправильно, что-то сделал не так…

В Москву наш автокараван прибыл ещё до обеда. К этому времени я успел созвониться с Никой и успокоить её. Сказать при всех, что я вечером буду дома, я не мог. Но, думаю, моя зеленоглазка и так всё поняла.

Когда наши машины заехали на подземную парковку, оказалось, что нас встречает большая группа вооружённых сотрудников управления. Пленников увели. Причём сначала «королеву», а немного погодя и всех остальных. Оказывается, у нас есть специальные изоляторы для пленников. А Сергей мне их не показывал. Наверное думал, что мне ещё рано знакомиться с этими помещениями.

«Горгона» пыталась идти с высоко поднятой головой, но скривлённая шея не позволяла ей этого делать. Глава семьи и остальные иноземцы, шли хмуро глядя в пол, видимо, пленение «королевы», было для них тяжёлым ударом.

Всех, кто принимал участие в операции, генерал отпустил до завтрашнего утра, сказав, что завтра будет «разбор полётов».

Ирина Викторовна, пересев из нашего микроавтобуса в машину компании отправилась в офис к отцу. То, что она всю обратную дорогу ехала с нами, было неожиданно. Но, видимо, девушка решила возвращаться вместе с теми, кто защищал её и кому она смогла оказать помощь. Горбунков попросил Ирину, ни с кем кроме отца, не делиться информацией о нашей поездке, и приехать завтра утром, чтобы поприсутствовать на совещании.

Четверо раненных бойцов, отправились в медблок. Я пошёл следом за ними.

- Александр, - обратилась ко мне чародейка, – если тебе тяжело, можешь завтра утром их посмотреть. Там только Борис тяжёлый. У остальных просто резанные раны.

- Нет, Варвара Павловна, давайте их сейчас осмотрим.

- Ну, как знаешь.

Начать осмотр, я предложил именно с Бориса. Парень потерял довольно много крови, но быстрые действия Ирины и микстура чародейки, помогли спасти бойца. Рана была глубокой, но обработанная микстурой быстро зарубцевалась. Хорошо, что кость была цела.

Браслеты мои были практически пусты, жёлудь и оберег тоже, и помочь в исцелении парня они не могли.

«Ну что, Александр Защитник, магистр Берк, без их помощи ты сам уже что, ничего не можешь»? Злость на самого себя полыхнула в груди. Я положил руки на багровый шрам и прикрыл глаза. Минут десять мне пришлось работал над бедром и ногой Бориса, но, когда всё закончилось, от страшного шрама осталась только тонкая розовая полоска.

Борис, лежавший на кровати, приподнялся на локтях и изумлённо посмотрел на ногу.

- Вот это дааа! – протянул он и попытался соскочить на пол.

- Куда?! – Варвара Павловна одной рукой придавила его к матрасу. – Полежишь пару дней, а там видно будет! Благодари доктора! Повезло нам, что такой человек у нас появился.

- Александр, - вновь попытался привстать парень, но удерживаемый тяжёлой рукой чародейки так и остался лежать. - Спасибо тебе! Век не забуду!

- Да ладно, Борь, - я похлопал его по руке. – У нас каждый делает то, что умеет. Поправляйся, и два дня полежи тут! Вставать можешь только с … - и я посмотрел на начальницу медблока.

- Только с моего разрешения! – закончила за меня Варвара.

- Ну отдыхай, а мы с Варварой Павловной другими ребятами займёмся.

- Смотри мне! – Погрозила раненному пальцем строгая докторша.

Борис поднял руки, показывая, что он полностью подчиняется нашим требованиям.

У трёх других бойцов, на самом деле было всё не так плохо. У двоих были порезаны плечи, у последнего нога, но совсем не сильно. С этими ранами мы с Варварой управились довольно быстро. После того, как ребята ушли, главный врач управления потащила меня к себе в кабинет. Там мы с ней выпили по бокалу вина, и я решился задать вопрос, который не давал мне покоя.

- Варвара Павловна, скажите, что вас так напугало, когда вы с Семёном Семёновичем кинулись ко мне.

- Что? – Сделала удивлённое лицо врачиха. – Меня напугало?! Не выдумывай! Хех… Напугало! Не смеши! – Но, по интонации, было понятно, что она просто не хочет сознаваться в том, что мой вид в бою, почему-то ей очень не понравился. Не понравился до такой степени, что она развернулась и рысцой кинулась назад.

– Ты вот что, Александр, иди домой и отдохни хорошенько. А завтра поговорим, кто кого больше напугал. - И она улыбнулась, слегка показав жёлтоватый клык.

Я улыбнулся ей в ответ и со спокойной душой отправился в московскую квартиру. И всё-таки, она меня испугалась! Вот только почему? Всё равно выясню. Спрошу завтра у Горбункова.

Всю дорогу до московской квартиры мне пришлось себя сдерживать, чтобы не бежать. Как только дверь за мной закрылась, я, даже не переодев грязную одежду, перенёсся домой. Ники ещё не было и это было хорошо, было время привести себя в порядок. Помывшись, побрившись и слегка перекусив, я собрал перепачканные вещи в мусорный пакет,