Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

— Мы хотели поиздеваться над Поттером, — призналась Люси и крепко зажмурилась.

— Драко? — Снейп снова повернулся к охающему Малфою.

— А что тут такого? — он приподнял голову. — Отец разрешил его травить, сколько мне вздумается! Вы же сами его ненавидите! Его отец издевался над вами, так дайте я за вас отомщу!

Снейп побледнел и сделался страшным.

— Я прикажу выпороть этого домового урода! Ты ещё вспомнишь моего отца, Добби! — продолжал Малфой.

— Добби может наказать только его хозяин! — пронзительно завопил эльф.

— Зайдешь ко мне в кабинет, Драко, — тяжело произнес Снейп, и Гарри почувствовал, что Малфой испугался. От декана исходила такая мощная волна едва сдерживаемой ярости, что Гарри стало снова нечем дышать. Люси мелко дрожала и тихонько скулила. Кребб и Гойл испуганно сжались и даже уменьшились в росте.

— Придется провести воспитательный час об этикете чистокровных волшебников. Завтра, после уроков, — скривив губы, произнес Снейп.

Вошел Филч.

— Что здесь опять происходит? — рявкнул он.

— Я уже разобрался, — отрезал Снейп и вышел, взмахнув черной мантией. Филч вытолкал попавшихся под руку Люси и Гойла и отвязал Гарри.

— Завтра в то же время, — напомнил сторож, — и смотри мне! Не опаздывать!

Гарри растирал запястья, потрясенно глядя перед собой. Добби преданно заглянул ему в глаза.

— Спасибо, Добби, — шепотом произнес Гарри.

Лицо эльфа расплылось в широкой, во весь рот улыбке.

— Добби любит своего нового хозяина! — эльф обхватил Гарри своими тонкими лапками, радостно взвизгнул и с треском исчез.

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Добби сделал наказания Гарри безболезненными, а чтобы хозяин не терял понапрасну время и мог учить уроки, приносил ему в подземелье учебники. Гермиона постепенно приходила в себя и вскоре попросила Гарри принести учебники и ей, чтобы не отставать от других семикурсников в учебе. Амбридж несколько раз заглянула в больничное крыло, чтобы посмотреть, как проходит выздоровление мисс Грейнджер. Но мадам Помфри строго заявила, что девочка ещё слаба и должна соблюдать постельный режим. Школьные заботы захватили госпожу директрису в такой круговорот, что она вскоре утратила интерес к пострадавшей Гермионе. Расписание по-прежнему не желало утрамбовываться в рамки, установленные Амбридж, и директриса часто бегала по коридорам Хогвартса, пытаясь усадить детей, учитель которых уверял, что никак не может раздвоиться. Оставлять учеников без присмотра после недавних событий было нельзя, поэтому часто в погоне за порядком Амбридж сажала вместе разные курсы или пол урока бегала в поисках кабинета, не разгромленного Пивзом. Однако не смотря на ее старания, уроки все равно пропадали или проводились так безобразно, что разгневанная директриса ругалась с учителями и яростно стучала кулаком по столу. Кроме проблем с расписанием, у Амбридж было много хлопот, связанных с внедрением новой политики. Так, письмо из Министерства Магии, принесенное важной совой, потребовало обсуждения с учениками нового законопроекта про оборотней. Правительство предлагало поселить оборотней в резервации и обязать их проходить перерегистрацию раз в полгода, поскольку участились случаи нападения оных волшебных тварей на мирных волшебников. Помимо этого оборотням не разрешалось работать, вступать в брак и плодиться. «ВГП» разразился статьями про ужасы, вытворяемые оборотнями, а один номер даже посвятили «Истории Ремуса Люпина, преподавателя хогвартского». Некоторые ученики безропотно согласились, но почти весь Гриффиндор, знавший когда-то профессора Люпина, не захотел ставить свои подписи и писать хвалебные отзывы о будущем законе. Не помог даже проведенный воспитательный час с недвусмысленными угрозами. Несколько вялых отзывов написали только младшекурсники. Гарри, произнесший короткую, но пламенную речь в глаза Амбридж был снова наказан на следующую неделю.

— Моя свадьба отменяется, — расстроено произнесла Тонкс, когда встретила Гарри и Гермиону. — И главное, старая вонючая Жаба! — Тонкс всхлипнула и тихо, но очень сочно выругалась. — Извините, но это самое нежное, что я могу сказать в ее адрес! Новый закон о запрете оборотням вступать в браки она преподнесла мне, когда все учителя собрались за столом, и я хотела объявить о своей помолвке!

— Какая тварь! — негодующе произнесла Гермиона.

Гарри зло смотрел перед собой.

— Она нарочно меня травит, — пожаловалась Тонкс. — Из всех оставшихся учителей она больше всех ненавидит меня и Макгонагал. Но Минерва ей спуску не дает, она очень строгая и умная, Амбридж старается с ней не связываться, а кусает исподтишка. Но меня она просто со свету сживает! Если бы не ты, Гарри, уже давно бы меня уволила.

— Я? — удивился Гарри.

— Ты у неё — первая и главная любовь, она не может уследить за нами двоими одновременно. Одно время Амбридж сидела почти на всех моих уроках, а сейчас у неё этот курс новейшей истории, расписание и, конечно, ты. Ты уже хронически наказан!

— Ничего страшного, — шепотом произнес Гарри, — мне Добби помогает.

— Да, — гордо и радостно подтвердила Гермиона. — И Добби, и Винки очень помогают нам.

— Везет же, — вздохнула Тонкс, — а я со своим Кричером воюю не хуже, чем с Амбридж. Мне приходится все время нагружать его работой, потому что он уже несколько раз норовил использовать свое свободное время с пользой для Темного Ордена — рассказывать все, что знает, Нарциссе. Слушай, Гарри, давай я его тебе подарю на перевоспитание, — пошутила Нимфадора.

— Четвертого эльфа я не вынесу, — рассмеялся Гарри.

— Тебе нужно его отпустить на свободу, — горячо заговорила Гермиона.

— Нет, Герми, извини, не могу, тогда он станет совсем неуправляемым. Служа мне и сыну Сириуса, он вынужден подчиняться моим приказам.

— Ты говоришь точно так же, как Сириус! — возразила Гермиона. — Вспомни, что именно предательство Кричера его погубило!

— Я учусь на старых ошибках, Герми, поэтому этот мерзкий эльф теперь знает то, что безопасно, — ответила Тонкс.

— Ты не знаешь того, что он знает про тебя и Орден Феникса! — воскликнула Гермиона. — Я так боюсь, что он навредит и тебе!

— Если так, то тогда его лучше убить, все равно уже старый, — усмехнулась Тонкс.

Гермиона испуганно отшатнулась.

— Послушай, Герми, — терпеливо сказала Нимфадора. — Я понимаю, что у вас с Добби полная гармония, дружба, взаимопомощь и все такое. Но эльфы, как и волшебники, тоже разные! Кричер ненавидит меня и моего сына! И я могу ему читать хоть каждый вечер твою брошюрку и предлагать свою любовь и дружбу, он все равно останется верен старому роду Блеков! Он любит Беллатрикс и Нарциссу точно также, как Добби — твоего Гарри! Он готов помогать им, нанося вред мне и Сириусу, а через меня — тебе и Гарри. Поэтому лучшим выходом было бы его убить. Но я же, как выражается Драко, типа, гуманная, жалостливая, не могу убить это существо. Но и отпустить его я тоже не могу. Свободный эльф становится опасным. У Кричера уже не будет передо мной никаких обязательств, он расскажет все наши тайны Беллатрикс и Нарциссе, а он много кое-чего подслушал из наших собраний. И кто знает, что эти добрые сестрички прикажут ему сделать! Может быть, убить меня или тебя, или Гарри! На войне как войне, Герми! Поэтому оставь свои эльфолюбивые теории для мирного времени, а Кричер пусть и дальше убирает, стирает и моет туалеты. Пока эльф работает, он безопасен!