Энн Маккефри - Кровь драконов

Б'ник отчаянно соображал, как им лучше поступить. Если они уйдут в Промежуток и Карант' заблудится там, то они погибнут вместе, а если они попытаются преодолеть такое расстояние на крыльях, то Карант'у наверняка станет хуже от переутомления.

«Ладно, — сказал Б'ник своему дракону. — Мы последуем за Гаминт'ом».

«Лорана говорит, что она будет нас ждать, — сказал ему Карант'. — Она спросила, как я себя чувствую, — продолжил дракон, прежде чем Б'ник успел упрекнуть его. — Она говорит, что ты должен поговорить с Туллеа».

Б'ник крепко зажмурился и погрузился в невеселые размышления.

— Отнесите это Карант'у, как только он приземлится, — сказала Лорана группе молодых всадников, указывая на целый строй ведер, от которых валил пар.

От нитей пострадали только два дракона, причем оба отделались мелкими травмами. С другой стороны, два дракона не возвратились из Промежутка, и еще у одиннадцати был довольно сильный кашель.

— И не забудьте сказать Б'нику, чтобы заставил его выпить все, как бы мерзко на вкус это ни было.

— Последний рецепт? — спросил Киндан.

Они поднимались от зала Архивов после беседы с Далором.

Лорана поморщилась.

— Все тот же самый старый рецепт, — нехотя призналась она. — Только сюда я добавила побольше ментола, чтобы было легче дышать, и немного красящего вещества.

Киндан пожал плечами.

— Знаешь, иногда как подумаешь, что вдруг какая-нибудь мелочь все сразу изменит… Вот и добавляешь один раз то, другой раз это, — с несчастным видом объяснила Лорана.

Киндан ласково погладил ее по плечу.

— Ты делаешь все, что можешь, — сказал он.

— Тогда почему же драконы все равно умирают? — вскрикнула она и, залившись слезами, уткнулась лицом в его плечо.

— Лорана! Лорана, иди сюда быстрее! — Это была Туллеа. Судя по выражению лица Б'ника, он только что сообщил ей свою страшную новость.

— Итак, сколько же времени у нас осталось? — спросил Б'ник, окинув взглядом сидящих за столом в зале Архивов — Киндана, Кетана, Лорану и М'тала.

Киндан, единственный из всех, посмел посмотреть ему в глаза. Впрочем, и он тут же уткнулся в табличку, лежавшую перед ним на столе. Было ясно, что ему очень не хочется показывать ее предводителю Вейра.

— Что это такое? — спросил Б'ник, уловив порыв Киндана.

— Видишь ли, это еще не полно… — Киндан замялся, что было не похоже на него, — и числа не очень-то сходятся. Я подозреваю, что некоторые, должно быть, не обратили внимания на первые признаки…

Б'ник сначала громко откашлялся, а потом сурово взглянул на Киндана.

— Ближе к делу, — потребовал он, энергично взмахнув рукой.

— Это список драконов, которых мы потеряли, — сказал Кетан. — И предположительный расчет времени, прошедшего между появлением первых признаков и тем, когда они… — Он умолк, не договорив.

Затянувшуюся напряженную паузу прервал Киндан:

— Как я уже сказал, я подозреваю, что некоторые из этих цифр неточны, потому что всадники не сразу сообщали о появлении признаков болезни.

— Три семидневки — больше никто не выдержал, — сухим невыразительным голосом сказала Лорана, впервые посмотрев в глаза Б'нику. — Поскольку Карант' начал кашлять какое-то вре…

— По меньшей мере семидневку назад, — чуть слышно произнес Б'ник.

Он поставил локти на стол и уткнулся лицом в сложенные ладони. Лорана знала, что он сейчас не разговаривал с Карант'ом. Через несколько секунд он выпрямился и в упор взглянул на М'тала.

— Если что-нибудь случится, я хочу, чтобы Вейр принял ты.

— Я предпочел бы обойтись без этой чести, — ответил М'тал, подкрепив свои слова взмахом руки.

— В любом случае, — продолжал Б'ник, благодарно кивнув М'талу, — мне будет нужно, чтобы ты возглавил следующее Падение. — Он беззвучно открыл рот и лишь потом заставил себя произнести то, что намеревался: — Карант' не справится.

Лорана не смогла сдержать вздох облегчения. Б'ник хмуро улыбнулся ей и снова взглянул на М'тала.

— И так уже у нас осталось немного способных сражаться.

— Я знаю, — ответил М'тал и вопросительно взглянул на Кетана.

— Минувшей ночью мы потеряли еще десять драконов, причем пятеро из них даже не смогли уйти в Промежуток Их тела так и остались в вейрах, — сказал целитель, — Если положение не изменится, то еще до следующего Падения мы потеряем от болезни еще двадцать.

Все были слишком потрясены, чтобы что-то ответить.

— Говори уж все, — нарушил молчание Киндан.

— Этим утром мы выявили еще семерых больных драконов, — сказал Кетан.

— Семерых?! — удивился Б'ник.

— Это может быть и хорошей новостью, — сказала Лорана. Все вопросительно уставились на нее. — Это может быть признаком того, что распространение инфекции достигло пика и теперь количество заболевших будет уменьшаться…

— Только потому, что драконов больше не останется, — злобно перебила ее появившаяся в дверях Туллеа. Госпожа Вейра, не задерживаясь, шагнула в ярко освещенную комнату. — Почему мне не сообщили об этой встрече?

— Ты отдыхала, — объяснил Б'ник.

Внимание Туллеа, естественно, переключилось на Лорану.

— А ты что здесь делаешь?

— Она пришла по моему приглашению, — заявил Киндан; в его голосе прозвучал откровенный вызов.

— И моему, — добавил Б'ник.

Он жестом предложил Туллеа сесть, но та осталась стоять.

— Сколько еще осталось Карант'у? — резко спросила Туллеа у Лораны.

Лорана кивнула Кетану, предлагая целителю ответить.

— Я спрашиваю тебя, убийца драконов, — прорычала Туллеа.

— Туллеа! — заорал Б'ник; его голос покрыл недовольное ворчание остальных. — Ты должна попросить извинения.

— С какой стати? — почти нежно осведомилась Туллеа. — Она же убила своего дракона, никто не посмеет это отрицать.

— Она искала лекарство для всех, — сказал Киндан; его глаза пылали гневом.

— Если бы я догадался раньше, то сделал бы то же самое, — добавил Кетан. Он почтительно кивнул Лоране. — И она уже заплатила всю цену сполна, и твои подлые укусы ничего не смогут прибавить.

Туллеа ответила не сразу. Совершенно ясно было, что она не ожидала встретить такой отпор.

— Я госпожа этого Вейра. И ты должен почитать меня, целитель!

Кетан медленно поднялся со стула, уперся пальцами в стол так, что они выгнулись, и наклонился вперед.

— Мое почтение к тебе, госпожа Вейра, было той почетной связью, которая соединяет каждого всадника с всадницей старшей королевы, — сказал он, выразительно произнося слова по одному. — Поскольку я больше не всадник, то теперь не слишком ясно, кому должно быть отдано мое почтение.