Кэтрин Куртц - Ложа рыси

На другом конце провода, в пентхаусе, расположенном в одной из самых фешенебельных частей города, Фрэнсис Ребурн, холодея, выслушал инспектора.

— Ясно. Вы уверены, что это был Синклер?

— Хотел бы я ошибиться, — горько сказал Нейпир.

— О да, — пробормотал Ребурн, лихорадочно думая. — Хорошо. Вы звоните из дома?

— Нет, сэр, из телефона-автомата рядом со станцией.

— Поезжайте домой. Ничего не предпринимайте. Избегайте дальнейших контактов, если вдруг он обнаружится. Их розыгрыш оборачивается к нашей пользе. Выпейте и отдохните. К утру я решу эту шараду.

— Да, сэр. Спасибо, мистер Ребурн.

Когда Нейпир отключился, Ребурн нажал на рычаг телефона, на мгновение задумался, потом набрал номер.

— Ребурн, — сказал он, когда ответил хриплый голос. — Попросите, пожалуйста, мистера Шарфа и мистера Дилени немедленно подъехать на квартиру. Есть задание.

В ту ночь в маленькой гостинице недалеко от Минто-стрит, которой Маклеод и раньше пользовался как укрытием для находящихся в опасности свидетелей, они с Перегрином выслушали рассказ Адама о том, что произошло прошлой ночью. Потом Адам дал свою оценку ситуации и обрисовал план, в котором со времени разговора с Филиппой появились новые детали.

— Вы правы, — сказал Маклеод, когда Адам закончил, — и, кажется, я знаю, к кому обратиться. Нам нужно изложить это высокопоставленным офицерам полиции, которые одновременно являются масонами и смогут принять эзотерический элемент. Днем, пока мы ждали новостей от вас, я прикинул несколько имен, но не хотел начинать действовать, не поговорив с вами, — просто чтобы убедиться, что все правильно понял. Утром мы сможем выяснить это лично, и все завертится.

Они сумели поспать несколько часов, а на следующее утро направились в Главное управление полиции. Маклеод и Перегрин выглядели довольно прилично, Адам в анораке цвета хаки и черной шапочке был похож на переодетого копа. Как раз минуло девять, когда они въехали на стоянку, где их встретил полисмен, сделавший Маклеоду знак опустить стекло.

— Можете не парковаться, инспектор, — сказал он, наклонившись к Маклеоду. — У нас чрезвычайное происшествие под Форт-Бриджем. Убит офицер полиции… очень грязно, судя по тому, что я слышал. По слухам, похоже на масонскую казнь.

Лицо Маклеода застыло. Адам наклонился поближе, чтобы лучше слышать.

— Известно, кто жертва? — спросил Маклеод.

— Говорят, Чарльз Нейпир.

Что-то пробурчав, Маклеод быстро развернул машину, жестом попросив Адама вытащить из-под сиденья мигалку, и поехал в сторону Фетес-авеню и на Камли-бэнк. Перегрин внутренне приготовился к гонке. Адам поставил и включил мигалку, когда они пронеслись по круговой развязке и дальше по Крэйглейт-роуд, немного замедлив ход перед переездом на Квинсферри-роуд.

— Ну что же, учитывая наши давние подозрения насчет Чарльза Нейпира, не могу сказать, будто я потрясен, — сказал наконец Маклеод, используя преимущество мигалки, чтобы пробиться через перекресток. Он нажал на газ, когда дорога расчистилась, и «БМВ» помчался на запад. — Хотя я бы не пожелал ему такого.

— Думаете, это сделали масоны? — спросил Адам.

— Конечно, нет. Хотя дело все равно плохо: очень убедительная инсценировка. Если все выполнили в традиционном стиле, то жертву привязали между приливом и отливом вчера ночью. Сверх того, я не могу предсказать, как далеко зашли убийцы.

Следующие минут десять он подробно и красочно рассказывал им о наказаниях, предписанных обязательствами, которые берут все масоны во время различных посвящений, если они когда-нибудь предадут Мастерство.

— Не то чтобы эти наказания предназначались для буквального осуществления, — сказал он, сворачивая на развязку к Эдинбург-роуд над дорогой, по которой они только что проехали. — Я всегда считал наказания в основном просто словесными украшениями, подчеркивающими серьезность обетов. Согласен, бывали известные примеры так называемых масонских казней. Но их обычно совершали немасоны — именно потому, что жертва была масоном и должна была почувствовать весь ужас знания подобной смерти.

Он встревоженно посмотрел на Перегрина в зеркало заднего обзора.

— Это, наверное, будет очень жестоко, сынок… даже хуже, чем то, что мы видели в Блэргаури. Постарайтесь вспомнить, что именно он, вероятно, подложил ту бомбу с рысью и почти наверняка пытался убить Адама прошлой ночью. Знаете, мне показалось, будто я видел его в Мелроузе, но я отмел это с порога. Сказал себе: «Что ему масонские дела?»

— Вероятно, Нейпиру приказали подложить медальон, чтобы вызвать удар молнии по аббатству и убить всех масонов, — сказал Адам, — да только он решил, что я — более ценная мишень. Наверное, я должен чувствовать себя польщенным…

Они уже видели впереди Форт-Бридж — железнодорожный, а не многополосный автомобильный мост через Ферт-оф-Форт, который находился немного дальше к западу. Маклеод резко затормозил, входя в последний поворот перед тем, как дорога прошла под мостом, и поехал еще медленнее, когда заметил несколько дюжин полицейских машин, собравшихся на западной стороне. На песке прямо под мостом вдоль берега разбрелись люди; на многих были анораки с надписью «ПОЛИЦИЯ» на спине. Маклеод тихонько выругался, осторожно пристраивая «БМВ» рядом с большим черным «фордом-гранадой».

— Машина начальника управления, тоже высокопоставленного масона, — пробормотал он, прежде чем вылезти. — Он почти никогда не выезжает на место. И его не было в моем списке. Это может быть очень неприятно.

Крепко сжав губы, Маклеод провел их мимо полицейского кордона на берег, где брезент закрывал все, кроме руки, несомненно, принадлежащей жертве. Среди беспокойно стоявших в стороне был Дональд Кохрейн и, кажется, как ни странно, давал показания сержанту в форме. Когда он увидел приближающегося Маклеода со спутниками, то с некоторым трудом освободился от разговора и подбежал к ним.

— Я рад, что вы здесь! — тихо сказал он. — А сэр Адам…

— Мы объясним позже, — пробормотал Адам. — Что здесь происходит?

Кохрейн поморщился и с отчаянием посмотрел на Маклеода.

— Инспектор Нейпир, сэр… Тот, кто это сделал, скопировал все классические масонские наказания. Но ведь он даже не был масоном. Он ненавидел нас…

Маклеод выразительно вздохнул, а Адам обменялся встревоженным взглядом с Перегрином.

— Ну, по крайней мере на этот раз хоть не один из наших, — вслух сказал Маклеод. — В некотором отношении это хуже, потому что обвинят именно нас.

— Уже обвиняют, сэр, — пробормотал Кохрейн, оглядываясь на нетерпеливо ждущего сержанта. — Меня спрашивали, как я вчера провел вечер и почему не был в Ложе.