Ян Ирвин - Тень в зеркале

Лиан с Караной выбрались из туннеля у самого подножия скал и еще долго пробирались по камням и валунам, пока не вышли на ровное место. Наконец, выбравшись из каменных осыпей, они углубились на закате дня в поросшие густым лесом холмы, окутанные туманом, спускавшимся с водопада. Они были еще на половине пути к равнине, а влажный и напоенный ароматами леса воздух был уже намного теплее, чем в горах.

— Неужели мы в лесу! — воскликнул Лиан. — В Шазмаке мне казалось, что на свете не осталось деревьев!

Еще два дня Лиан с Караной медленно пробирались сквозь густой лес. Между холмов пролегали глубокие овраги, по которым текли притоки Гарра. Сначала беглецы двинулись вдоль реки, но скоро местность стала почти непроходимой, и им пришлось подняться на простиравшиеся у подножия гор холмы, где идти стало легче. Наконец они наткнулись на узкую тропу, которая вела куда-то в сторону Нарна. Здесь местность была пересечена грядами, похожими на следы волн на песке. Лиан с Караной много раз поднимались по их пологим склонам, осторожно заглядывали за их гребни, а потом стремительно съезжали вниз по крутым склонам и по колено в воде переправлялись через бегущий в очередной впадине ручей.

Подходил к концу второй день пути по холмам. Лиан плелся за Караной, ни о чем особенно не думая и надеясь, что с гребня ближайшей гряды увидит наконец Нарн. Путешествие ему уже изрядно надоело, он пришел к выводу, что ненавидит странствовать, и теперь смеялся над тем, что сказания о скитаниях и путешествиях раньше представлялись ему такими романтическими. Хорошо хоть, они оторвались от преследователей, которые не давали о себе знать с тех пор, как беглецы выбрались из пещер.

Внезапно Карана остановилась.

— Мы рядом с Нарном, — сказала она. — Давай заночуем здесь. Скоро стемнеет.

— Может, лучше дойдем до города, — начал канючить Лиан. — Ведь он совсем рядом, а я так устал спать под кустами! Мне хочется посидеть у огня в таверне, попить вина, посмотреть на людей!

— Придется потерпеть до Сета! — ответила Карана. — Нарн на другом берегу, и нам пришлось бы орать во все горло, чтобы паромщик нас услышал. А Тензор наверняка уже тут как тут и только и ждет, чтобы мы себя чем-нибудь выдали. Нарн маленький городишко, и там даже днем трудно затеряться в толпе. И вообще, Нарн — довольно гадкое место.

Они дошли до речки, бесшумно катившей по камням свои прозрачные воды. Карана поднялась вверх по течению и скоро оказалась на поляне, где лес немного отступал от речки. Трава здесь была зеленая, густая и мягкая. Высокие деревья окружали поляну стеной, словно пряча ее от чужих глаз. Тут Карана и Лиан и решили заночевать. Сырой берег зарос ароматными травами, среди них было так хорошо и спокойно, что Лиан, собравший кучу веток для костра, присел около нее, уронил голову на руки и тут же крепко заснул.

Вскоре его разбудила Карана, которая ушла с топориком в лес и теперь возвращалась с целой охапкой хвороста, насвистывая и пританцовывая. Лиан вскочил было на ноги с виноватым видом, но она погладила его по голове, положила руки ему на плечи и усадила назад в траву.

— Сядь и отдохни! — приветливо сказала она. — Ты, наверно, очень устал.

Лиан сидел на мягкой траве, наслаждаясь лесной тишиной и наблюдая за сгущавшимися сумерками. Карана легко и грациозно порхала по поляне, очертила в траве круг, выкопала на этом месте углубление и выложила его по краям камнями из речки. В этот очаг она положила комок из коры и сухих веточек. Хватило одного умелого удара кресалом, чтобы кора начала тлеть. Карана ловко раздула маленькую искру, подкладывая в огонь тоненькие палочки, и скоро в костре весело затрещали сучья. Карана взглянула на Лиана и увидела, с каким интересом тот на нее смотрит.

— Ты что? — спросила она.

— Ничего. Просто думаю, как ловко ты со всем управилась. И это со сломанным-то запястьем! Кажется, оно тебе совсем не мешает.

— В первый раз я сломала его, когда за мной гнались вельмы. Вот мне и пришлось научиться делать все одной рукой. Запястье быстро заживало, но все еще болело, когда мы встретились. Вы с Раэлем лечили меня намного лучше. Кости уже срастаются. Мне совсем не больно, пока я не ударюсь обо что-нибудь. Правда, пока я не могу поднимать ничего тяжелого этой рукой… Если хочешь, иди искупайся. Я сама приготовлю поесть. На! — крикнула она, кинув ему что-то. — Можешь взять мое мыло.

Лиан поймал кусок мыла на лету, отошел немного вниз по течению, разделся и вошел в воду. Речка была очень узкой, и воды в ней было едва по колено. Он присел на камешки на дне и стал отскребать с себя грязь мылом и песком. Вода была холодная, но теплее, чем в Гарре. Она приятно обжигала Лиану кожу, заряжая его бодростью.

Готовя еду, Карана несколько раз взглянула на Лиана. За время путешествия он похудел: плечи его казались непропорционально широкими, а ребра торчали так, что он больше напоминал не истощенного мужчину, а, скорее, трогательного тощего мальчишку. Кроме того, его движения стали более ловкими и уверенными.

Лиан стоял в воде и вытирался рубашкой. Повернув голову и заметив, что девушка на него смотрит, он смутился и уронил рубашку в воду, вскрикнул и бросился за ней. Карана отвернулась, пряча улыбку.

— Только тебе может прийти в голову вытираться, стоя по колено в воде! — сказала она Лиану, когда тот вернулся к костру.

— А где бы ты стала вытираться? — спросил он с притворно недовольным видом.

— Разумеется, у костра.

Карана наполнила тарелки едой, и они с Лианом молча стали поглощать ее, закусывая зернистым аркимским хлебом и какими-то пряными травками, которые девушка собрала у реки. Царила полная тишина, лишь потрескивал хворост в костре и умиротворенно журчала речная вода. После ужина Лиан вымыл тарелки и поставил их сушиться на камень. Карана взяла пригоршню маленьких зерен из своего мешка и растерла их между двух камней, чтобы приготовить кофе. Пока кофе настаивался, она спустилась к речке и с удовольствием поплескалась в холодной воде. Она ненавидела грязь, а, если не считать их пребывания в Шазмаке, за последнее время ей так редко удавалось помыться!

— Кофе готов! — крикнул Лиан Каране, которая отжала волосы, подбежала к огню и стала сушиться, медленно поворачиваясь к нему то одним, то другим боком. В свете костра капли воды на ее бледной коже сверкали, как рубины, а спутанные волосы светились, как полированная медь. Лиан наблюдал за ней с бесстрастным лицом, но Карана заметила, что, когда он разливал кофе, у него так дрожали руки, что он чуть не обварил себе ногу. Девушка быстро вытерлась чистой рубашкой и завернулась в плащ. Она, как могла, расчесала свои непокорные кудри, сбрызнула себе руку лимонной водой и провела ею по шее и волосам.