Даниил Аксенов - Победитель

Гирун, задумчиво наблюдая за суетой гвардейцев, кивнул:

– Не думаю, что это трудно. Если знать, на что смотреть.

– Но ранигские ишибы откуда знают?

Способ определения того, является ишиб имис или нет, не являлся страшной тайной. Но об этом не принято было распространяться. В школах ишибов Фегрида наставники такому не обучали, а если и обучали, то только избранных.

Посол пожал плечами. С его точки зрения, эта тайна королевского двора Ранига имела наименьшее значение.

– А кто те двое? – спросил Шенкер, так и не дождавшись ответа. Он вытянул руку, указывая на стоявших вдалеке Лоарна и Ксарра.

– Королевские канцлер и казначей, – ответил Гирун. – Сейчас они правят в отсутствие Нермана.

– Оба не ишибы… странно. А вот этот слева, в желтоватом камзоле, кто?

– Казначей. Его зовут Ксарр.

– Странно, – повторил Шенкер. – Его ти мне очень напоминает ти одного человека. Ишиба. Давно умершего. Если бы этот Ксарр был ишибом, то я мог бы поклясться, что это – одно и то же лицо.

Посол Фегрида сразу же оживился:

– А ты уверен, что его аб не скрыт? Нерман горазд на такие штучки. Может быть, он и есть твой знакомый?

– Нет, – отмахнулся советник. – Я лично видел труп… моего знакомого. Это просто совпадение. Удивительное совпадение.

– Может быть, родственник?

– У него не осталось родственников. Иначе… их бы нашли.

– Кем он был? – заинтересовался Гирун. – Или это большой секрет?

Шенкер улыбнулся своей односторонней улыбкой:

– Уже давно не секрет. Он был имис. Главой одной из школ.

– Что, той самой? – нахмурился посол.

– Да, той самой.

Беседа короля Нермана и Мирены Фрарест проходила наедине. Этого желали обе стороны. Мирена – потому, что, вероятно, хотела скрыть свои требования от общественности, а король – потому, что хотел скрыть от той же общественности их возможное невыполнение. Он был очень насторожен. Мирена оказала сверхценные услуги трону. Михаил ожидал, что она потребует награды сходного уровня.

Дело происходило в помещении штаба, которое было безжалостно оккупировано очаровательной блондинкой. Но король не предпринял никаких действий, чтобы ее переместить в другое место, – штаб ему уже не был особенно нужен.

Мирена ждала его. Король не знал, откуда взялось новое платье, – она прибыла в лагерь налегке. Платье было белым, красивым и откровенным на грани приличий. Однако после недавнего общения с принцессой стойкости его величества мало что могло угрожать.

Тагга Фрарест встретила короля стоя, сделав грациозный реверанс.

– Приветствую, леди, – сказал он. – У меня очень мало времени, поэтому прошу перейти непосредственно к делу.

– Как угодно твоему величеству, – наклонила голову Мирена.

Михаил уселся на скамью и сделал приглашающий жест. Блондинка взяла тот самый табурет, на котором сидела прежде, и приставила его как можно ближе к королю. А потом мягко опустилась на сиденье.

Мужчина наблюдал за этими маневрами с бесстрастным лицом. Конечно, прежде он попытался бы избежать столь опасной близости с Миреной, но сейчас она не волновала его.

– Тагга, я готов рассмотреть твои пожелания, – официальным тоном сказал он. – Если, конечно, ты считаешь, что пришло время высказать их в полной мере.

– Твое величество, – нежным голоском ответила тагга. – Моя преданность короне безгранична. Я готова и дальше служить тебе изо всех сил, совсем ничего не требуя взамен и уповая целиком на щедрость твоего величества.

– Ах, оставь, – взмахнул рукой король. – Ты отлично знаешь ценность своего поступка. Полагаю, что его в твоих глазах не окупит даже то, если я сделаю тебя даллой. Хочешь быть даллой, Мирена? Я пожалую тебе поместья, попрошу Ксарра найти лучшего управляющего. Ты никогда не будешь нуждаться в деньгах.

– Благодарю, твое величество, – еще более нежно ответила тагга. – Но деньги у меня пока что есть.

– Хорошо. Чего ты хочешь? Говори прямо. Без всяких церемоний.

Мирена немного помедлила, а потом достала из-за корсажа небольшой свиток и протянула его королю.

– Что это? – спросил Михаил, принимая свиток и разворачивая его.

– Список, твое величество, – объяснила тагга.

Когда свиток оказался развернут, вгляду короля предстали имена. Четыре из них находились наверху списка и были подчеркнуты жирной чертой. Шесть остальных имен располагались ниже. Создавалось впечатление, что при их написании нажатие на перо было меньше, чем при написании верхних строк.

– Что этот список означает? – поинтересовался король, быстро пробегая свиток глазами.

– Это – мои враги, твое величество. – Нежность в голоске очаровательной блондинки достигла, казалось, предела.

Король задумчиво посмотрел на собеседницу. У него уже мелькала мысль, что награда окажется именно такой.

– Кто эти четверо наверху списка? – спросил он. – Их имена мне незнакомы.

– Дворяне Томола, твое величество. Далл, два тагга и уру.

– Подданные Гношта?

– Да, твое величество.

Михаил положил свиток на стол. Его взгляд был устремлен на узкое окно, сквозь которое в дом проникал яркий луч света.

– Ты хочешь, чтобы я помог расправиться с твоими врагами? – спросил он.

– Если твое величество это сможет сделать, то я буду невероятно признательна. – Нежность в голосе Мирены сменилась обольстительными нотками.

– Дворяне Томола – не шутка. Гношт их не отдаст, – сказал король. – Я бы лично не отдал на его месте. Что до остальных, то вижу, что пятеро из шести – те, которые ушли с Миэльсом. Думаю, что мне удастся вернуть их рано или поздно. В том или ином виде. Но один-то остался. И принес мне присягу.

– Да, твое величество, – согласилась Мирена.

Оторвав взгляд от окна, Михаил вновь устремил его на собеседницу.

– Я надеялся, что дело не затянется. Вижу, что ошибся. Рассказывай.

– Что рассказывать, твое величество? – вежливо поинтересовалась очаровательная блондинка.

– Сначала о Томоле. Кто такие эти четверо и что тебе сделали. Потом – об остальных.

– О каждом, твое величество?

– Конечно, о каждом, – с нажимом произнес король. – И если ты захочешь что-то выдумать или приукрасить… лучше не надо. Говори так, как есть.

Мирена посмотрела вниз, на пол, опустив голову. Потом попыталась разгладить руками складки подола платья, которые портной, судя по всему, долго и скрупулезно приводил к нынешнему виду. Быстро спохватившись, что делает что-то не то, тагга отдернула руки, вновь обратив свой взор на короля. У нее был трогательно-беззащитный вид. Но Михаил не обольщался. Он знал, кто перед ним.

– Твое величество, эта история очень давняя. Большинство людей, принимавших в ней участие, уже мертвы.