Кэтрин Куртц - Невеста Дерини

— Верно, — согласился Келсон. — Однако, увидев его сына… своего внука… Можешь ли ты честно сказать, что хотел бы избавиться и от него тоже?

Нигель покачал головой.

— Конечно, нет. Когда я смотрю на Альбина, то вижу Конала в том же возрасте. Он так полон жизни, обладает живым умом и любопытством… Но затем я тут же вспоминаю о предательстве Конала…

— А когда я смотрю на него, — возразил Келсон. — То вижу также сына Росаны, который мог бы быть и моим сыном, и думаю, что он был плодом ее любви и преданности, имеющим полное право на имя и наследие Халдейнов. И это еще может случиться, Нигель. Нет, выслушай меня! — добавил он, видя, что Нигель готов его перебить.

— Я смирился с тем, что она никогда не подарит мне сыновей. Но я надеюсь и верю в то, что со временем Альбин Халдейн воплотит в жизнь часть той мечты, которую разделяли мы с Росаной, а избранная мной невеста, — которую предложила мне та же Росана, — как и мы, принадлежит к роду Халдейнов и подарит моим сыновьям еще более ценное наследие. Она уже показала мне, какой может стать королевой, ведь это именно она предложила дать титул Оскане… Что же до Росаны, то теперь я осознаю, что дар, который она несет Гвиннеду — и мне — может быть более ценен для будущих поколений, чем любые дети от ее плоти. Аракси и Риченда рассказали мне о замыслах Росаны касательно Служителей Святого Камбера, и о школе, которую она намерена создать. Возможно, для будущего нашего королевства это станет самым важным шагом.

Он немного помолчал, а затем продолжил:

— Вот почему я собираюсь предложить Росане основать эту школу здесь, в Ремуте, под прямым покровительством короны. Я уже попросил Дункана подыскать подходящее место, и поскольку прошлое неподвластно нашей воле, то на будущее мне бы хотелось, чтобы Альбин смог обрести законное наследие во всей его полноте, и от матери, и здесь, при дворе, и стал бы мужчиной, наделенным всей ответственностью и привилегиями, которых достоин по праву рождения.

— Если же он после этого решит избрать монашескую жизнь, — Келсон развел руками, — все в воле Божьей. Однако со временем мне бы хотелось, чтобы именно Альбин как герцог Картмурский занял твое место рядом со мной, дабы помогать править Гвиннедом моим сыновьям, вместе с сыновьями Моргана и Дугала… А также с сыновьями Рори и Ришель, которые будут править в Меаре от моего имени, неся мир всему нашему королевству. Но чтобы это свершилось, мне нужно, чтобы ты восстановил Альбина в правах и признал его своим наследником.

Долгое время Нигель сидел молча и когда наконец подал голос, то так и не поднял взор на короля.

— Я дам согласие, — промолвил он негромко. — Если согласится Росана.

Капитуляция Нигеля значительно укрепила Келсона в его решимости при встрече с меарцами. Когда Джолион явился к нему поутру, дабы рассказать о том, как прошел их разговор с супругой накануне, король уже точно знал, какое предложение сделает сэру Джолиону Рэмси и его жене.

— Молчание было куда страшнее, чем если бы она принялась вопить или швырять тарелки, — заключил Джолион и рухнул на скамью в нише напротив Келсона. Поняв, что больше он ничего не скажет, Келсон вопрошающе приподнял брови.

— Но потом она с вами заговорила?

— В общем-то, нет. Сперва побелела, потом побагровела, наконец, разразилась рыданиями и ушла в постель. Я спал в другой комнате. Утром, когда я проснулся, она сидела у окна и смотрела в сад. Не сказала мне и двух слов. Я попросил, чтобы ей наверх принесли завтрак.

— Понятно. — Немного поразмыслив, Келсон чуть нагнулся вперед. — Ну что ж, у меня есть для вас предложение, которое, возможно, придется ей по душе. Как вы посмотрите, если мы внесем небольшое изменение в брачный договор Брекона и Ришель, по которому именно вы получите герцогский титул, который я намеревался предложить Брекону после рождения у них первенца?

У Джолиона отвисла челюсть.

— Разумеется, после вашей смерти он все равно унаследует титул, — продолжил Келсон, забавляясь изумлением меарца. — А тем временем останется графом Киларденским. Но зато вы с супругой до конца жизни сможете наслаждаться герцогским титулом и соответствующими доходами.

С этими словами он с удовлетворенным видом откинулся на спинку кресла.

— Что же касается вашей дочери, то я уже сказал, что намерен сделать Рори герцогом… И счастлив сообщить, что Нигель согласился на мое предложение и сделал своим прямым наследником в Картмуре принца Альбина. Разумеется, предстоит еще согласовать это с матерью мальчика, однако это уже не ваша забота.

Застывший, точно статуя, Джолион внимал Келсону, а затем изумленно покачал головой в ответ на вопросительный взгляд короля.

— Сир, вы и впрямь владеете чудотворной магией. Неужто Нигель одобрил это?

— Он согласился, что, в общем-то, одно и то же, — проронил Келсон. — А что скажете вы? Обрадуется ли ваша супруга, если они с дочерью обе станут герцогинями?

Джолион расплылся в улыбке.

— Вы куда лучше разбираетесь в женщинах, чем я думал, государь. Я согласен… Ради всех нас.

— Вот и отлично, — усмехнулся Келсон. — Мне не под силу исправить прошлое, Джолион, но, если будет на то воля Божья, я смогу построить на этом фундаменте прочное будущее. Так могу ли я сообщить нашим придворным дамам, что они могут начать подготовку к двойной свадьбе?

— Конечно, можете, — вздохнул Джолион. — И признаюсь, что лично мне подобный исход дела представляется наилучшим. Оба брака будут удачными, и я желаю счастья своим детям.

— Тогда я займусь подготовкой необходимых документов, — объявил Келсон, поднимаясь с места, — Прошу вас, передайте мое почтение герцогине, вашей супруге.

Глава XXIX

Тогда я был невежда, и не разумел[30]

Разумеется, до подписания брачного договора между леди Ноэли Рэмси и принцем Рори Халдейном нельзя было прилюдно объявить об их помолвке, но в ближайшие дни их часто видели вместе в компании ее брата, кузенов короля и прочих гостей, которые со всех концов королевства прибывали, дабы стать свидетелями брачного союза между Бреконом Рэмси, меарским наследником, и принцессой из рода Халдейнов.

Мать жениха наслаждалась всеобщим вниманием, которым окружили жениха и невесту и их родню, любезно соглашаясь участвовать во всех увеселениях, которые предлагались гостям королевского двора. И хотя леди Оскану по-прежнему терзала обида, что король Гвиннеда не выбрал себе в жены Ноэли Меарскую, все же мысль о герцогской короне, которая вскоре украсит ее чело, значительно смягчала разочарование.