Елена Асеева - Путь Святозара

— Нет, — заметил Святозар, обдумывая рассказ Баюна, — Один великан выбрался и теперь живет на великанских островах.

— Да, ты, что? — удивился кот Баюн и потер лапкой свою мордочку, — Ах, какое упущенье, а я ведь это и не знал. Ах, ах, ах прийдется теперь пару сказок — то переписать, а то ведь верно, Святозар, не хорошо когда в сказаньях неправда поется, — кот вновь помолчал, и взволнованным мурлыканьем, спросил, — А, ты не знаешь, как того великана, что живет на этом острове зовут?

— Нет, — покачал головой Святозар, и увидел, как беспокойно задвигались у кота усы, — Она знаешь, мне не назвалась…, уж больно она была недовольна моим появлением там.

— А так — то великанша была? — переспросил кот и уставился желтющими глазами на наследника.

— Точно, Баюн, великанша, а с ней еще маленький великанчик, — добавил Святозар.

Кот немного помолчал, и удовлетворенно мурлыкнув, сказал:

— Мур, мур, интересные вести, интересные, — а потом заметил, — Спасибо, однако, и тебе Святозар за твой сказ.

— Что ж, Баюн, мне все же пора, — начал Святозар и повернув голову назад, посмотрел на другов, которые стояли невдалеке, и беспокойно его оглядывали, — Дорога у меня и моей дружины дальняя, так, что не обессудь, прощай. А просьбу я твою, как и обещал, исполню и спасибо тебе за помощь, — Святозар вновь низко поклонился, а кот как-то грустно замурлыкал, и, опустив голову в знак поклона до цепи, тронулся по ней, мягко ступая, и, что-то напевая себе под нос.

— Святозар, — спросил друга Стоян, когда они начали восхождение на Сарачинскую гору, — Тот кот с которым… Ну, с которым…

— С которым, я беседовал, друг мой, — помог закончить Святозар.

— Вот, вот, беседовал. Он, что, правда, с тобой говорил? А то Сем пришел и сказал, мне, что ты опять шутишь, и верно никогда не сможешь быть серьезным.

— Ну, Стоян, шутить я, правда, люблю, но в этот раз я не шутил. Этот кот Баюн, живет здесь века и охраняет великие деревья дуб и ель. А дворец, чьи руины вы видели, принадлежал когда-то Велесу и Азовушки.

— А, что ж, — услышал позади себя Святозар, обиженный голос Сема, — Что ж я тогда его не слышал.

— Да, ты, брат, извини, конечно, — засмеялся Святозар, — Уж больно ты не почтителен был к коту, не поклонился ты ему, вот он тебе и не открылся, и сказ ты его не услышал, и будешь теперь, верно, до смерти мучаться.

— От, еще чего не хватало, мучиться из-за сказа, — усмехнувшись, заметил Сем, — Да-к, меня этими сказами Лель уж так изнурил, что еще один, да от кота уж я бы точно не выдержал.

— Ишь, ты, скажи- ка, изнурил я его своими сказами, — возмутился Лель, который шел впереди, и остановился гневно поглядывая на Сема, — Слово то какое нашел…Эх! Изнурил…. я, что тебя в сани вместо коня впрегал, да погонял…

— Лель, — обратился к нему Святозар, — Кот Баюн попросил тебя, чтобы ты про него сказ создал, и когда мы вернемся, спел его для людей, чтобы люди знали про него.

— Хорошо, брат, — вдруг поозорному, глянув на Святозара, ответил Лель, — Я сказ напишу про кота, обязательно. А еще напишу, слышишь Сем, напишу, как ты оболтус невоспитанный не приветствовал, как положено у нас восуров, прекрасное создание и был лишен возможности слушать его чудесный сказ.

— Ох, Лель, — негромко начал Сем, — Ох, уж я тебе надаю тогда, как услышу такой сказ.

— Так ты же их наслышался, вроде, — начал Святозар, — Ты ж, вроде, словно конь был ими изнурен, сам только что говорил. Так что можешь Лель спокойно творить свой сказ, и про кота и про обол-туса нашего брата, он все равно такой изнуренный слушать их не станет.

— Радуйся, Святозар, — пробурчал в ответ Сем, — Радуйся, что идешь ты рядом со Стояном, а то бы я тебе, показал кто здесь старший брат.

— Слышишь, Стоян, — громко смеясь, добавил Святозар, и, прибавив шаг, двинулся вперед следом за хохочущим Лелем, — Ты его пока придержи там, чтобы мы с Лелем успели убежать от него вперед и как младшие братья не получили.

Поднимаясь на Сарачинскую гору, Святозар наблюдал, как меняется кругом местность. Вначале пути горы поросли буйными лесами, сплошь из широколиственных деревьев: дуба, ясеня, бука, липы, клена. Все эти деревья были высокими и могучими красавцами. Своими громадными кро-нами они задерживали свет и тепло, под ними росли лишь низкие травы, да кое-где такие же низенькие кустарники. Идти по такому лесу, было приятно и легко. Летнее солнце стояло очень высоко и жарко нагревало землю. Поэтому тень от крон деревьев спасала другов и наследника от духоты. Постепенно широколиственные деревья сменились на хвойные в основном ели, сосны, пихты. Эти деревья были такие же рослые и широкие в обхвате, но в отличие от широколиственных деревьев, под пологом хвойных деревьев росло множество трав, кустарников, мхов и лишайников. Множество птиц, зверей, насекомых обитало в этом лесу. Встречались не только знакомые птицы и звери, но те которых доселе и невидывали. Особенно поражали Святозара и дружину птицы. Белые, розовые или зеленые, ростом примерно с ворону, с большим хохолком на голове, и загнутым, словно, у хищной птицы клювом они летали по лесу и, что-то громко выкрикивали, и крик их был похож то на кваканье лягушек, то на собачий лай. Незаметно, для Святозара прошел день. Солнце, обогнув с востока на запад Сарачинские горы, двинулось к краю небосвода на покой, и тогда Святозар объявил привал на ночь. Други принялись разводить костры и готовить пищу, захваченную с собой и добытую по пути. Святозар сел около костра, который они разожгли со Стояном и задумался, когда внезапно Часлав, уже прилегший около огня и задремавший, громко вскрикнул, подскачил на месте и начал сдирать с себя рубаху и колотить по телу ладонями. Святозар тоже вскочил и побежал к другу на выручку, а когда подбежал и глянул на то, что вызвало такой пляс у Часлава, остановился и засмеялся.

По телу Часлава ползали маленькие красные, похожие на муравьев насекомые с большими головами и мощными челюстями, их было так много, что все тело друга прямо- таки кишило ими.

— Не смешно, не смешно Святозар, — закричал Часлав и стал колотить себя рукой по спине.

— Да, ты остановись на минуту, и я прочитаю заговор, — сказал Святозар, и когда Часлав с переко-шенным от боли лицом затих на месте.

Святозар подошел ближе, вытянул вперед руки и зашептал заговор, а потом провел руками по телу друга. В тот же миг насекомые, словно град с неба попадали вниз на землю. И лишь только они осыпались с Часлава, тот тут же подпрыгнул, как будто стряхивая оставшиеся, и принялся их яростно топтать на земле.

— Погоди, погоди, Часлав, — остановил друга Святозар и схватил за руку, — Не надо их топтать сейчас, когда они уснули. Ты немного пережди, они проснуться и тогда ты сможешь потягаться с ними силой, — пристыженный Часлав остановился, перестав топтать, словно разъяренный бык землю и, принялся потирать ужаленные места.